Если завтра случится (СИ) - Джолос Анна

Выезжаем на дорогу, ведущую до МКАДа.

Держимся за хондой Калаша, а Илья набирает клиента, чтобы завуалированно отчитаться о нашем визите к Валиду.

— И чё ты думаешь, оставит мебельную фабрику в покое? — спрашиваю уже после.

— Оставит. Мы были весьма убедительными.

— До крысы дошли? — по тону голоса понимаю, что Антон кривится.

— Дошли. Но даже не пришлось накрывать его пузо кастрюлей. Оказалось, что Могучий Валид итак до уссачки боится грызунов. Как увидел, такую истерику закатил…

— Пхах. Ну хоть где-то неадекватная идея Динамита сыграла на руку.

— Нас кто-то пасёт, — бросаю внимательный взгляд в зеркало заднего вида.

— А ну проверь. Череп, предупреди Дымницкого.

— Ага, щас, — быстро печатает тому эсэмэску.

Разгоняю нашу поддержанную иномарку и наблюдаю за развитием событий.

— Похоже, что ты не ошибся, Дань.

Пацаны видят то же, что и я. Та самая машина, что показалась мне подозрительной, упрямо продолжает висеть на хвосте.

У меня снова вибрирует телефон. Достаю его и принимаю звонок от Калашникова, краем глаза успев заметить, что пришло сообщение от Насти.

— И кто это? — осведомляется Стас.

— Те же, что и в прошлый раз, — отвечает ему Илья.

— Чё предпримем?

Видим, как впереди замедляется хонда, в которой сидят наши пацаны.

— Чё им от нас надо опять? Ё….. — Черепанов филигранно матерится.

Не успеваем ни хера понять, как нас начинают обстреливать.

Твою мать!

— Тоха, автомат мой дай, — требует Паровозов зло.

— Какого ляда? Они стреляют? — Калашников всё ещё висит на трубе и слышит всё, что происходит.

— Разгоняйтесь, а потом резко тормозите, — громко командует Илья, вжавшись в сиденье.

Съезжаю по сидушке вниз и давлю на газ вслед за хондой.

Топим по трассе под аккомпанемент прилетающих по тачке пуль и снова испытываем это мерзкое чувство. Ощущение того, что может случится непоправимое.

— Сейчас, Дань! Стас, прижмитесь к обочине! — орёт Паровоз в трубку.

Почти синхронно даём по тормозам, и автомобиль преследователей оказывается справа от нас на соседней полосе. Именно туда вырулил водила, чтобы не въехать нам в зад.

— Ну, суки, ловите…

Паровозов тут же опускает окно и начинает палить по ним из автомата.

— Господииии, иже еси на небесех, — доносится до нас молитва усравшегося в край Черепанова.

Но грех его винить. Это действительно страшно. Мы ведь уязвимы и деться-то особо с загородной трассы некуда.

Пальба.

Холодный ветер бьёт в лицо.

Уши закладывает со свистом.

В какой момент всё заканчивается, не знаю. Просто в определённую секунду внедорожник набирает скорость и исчезает вдали. Мы же наоборот, съезжаем к обочине.

— Падлы. Все целы? — Илюха обеспокоенно нас разглядывает. — Клим? Череп? Отвечайте! — звучит в салоне требовательно.

— Да. Я в норме, — непроизвольно сглатываю.

— Лично я чуть в штаны не наделал! — шумно дыша, сообщает Тоха.

Сзади останавливается наша хонда, и уже через минуту высокая фигура Дымницкого спешно направляется к нам.

— Чё, как? Никто не пострадал? — уточняет Илья встревоженно.

— Динамит башкой ударился о панель и отключился.

— Ему полезно.

— Ну и жопа, — осматривает пострадавшую машину. — Тачку прячьте в лес. Менты докопаются однозначно. Нам сегодня только этого для полного кабздеца не хватает.

Выполняю то, что сказали. Проезжаю чуть дальше, сворачиваю на грунтовку и вскоре «паркую» авто в кустах.

Глушу мотор.

Всё. Баста. Приехали.

— Вещи наши заберите.

Вываливаемся наружу. Черепанов вытирает со лба испарину.

— И чё, как теперь до Москвы доберёмся? — недоумеваю.

— Я отлить, пока вы решаете, — вздыхает Антон, врубая фонарик на телефоне.

— Надо обмозговать, — задумчиво заключает Паровозов.

— Тут неподалёку гостиница есть. Забуримся там до утра? — предлагает Дымницкий, уже когда возвращаемся пешком к дороге.

— По ходу придётся.

— Вперёд пока ехать опасно. Вдруг поджидают где-то.

— Ну тогда без вариантов.

— Стойте-стойте! Меня забыли! — вопит Черепанов, догоняя нас.

— Садитесь короче.

— Хер мы все поместимся.

— Поместимся. Ты ложишься в багажник, — сообщает Антону Кирилл.

— Почему я? — возмущается Черепанов, застёгивая ширинку. — Я, между прочим, самый худенький и не займу в салоне много места.

— Давай уже, а. И вы не стойте, — командует Паровоз, забираясь в чудом уцелевшую хонду.

Лезу за ним следом. Слева от меня усаживается Кир. Калаш за рулём. Динамит, держащийся за башку, впереди на месте пассажира.

Ну хоть заткнулся. И то радует.

— Развернись, езжай назад. Пара километров и ты увидишь гостевой дом, — глядя в телефон, наставляет Дымницкий.

— Ладно, выдохнули, братва, и погнали. Череп, ты там как, устроился?

Из багажника доносится отборный мат. Мы трогаемся с места, и я достаю из кармана телефон, чтобы глянуть наконец сообщение от Насти.

Открываю мессенджер, уже тогда шестым чувством ощущая приближение какого-то п****ца.

Учитывая, что она никогда не пишет, а всегда звонит…

Читаю.

Внимательно.

Один раз.

Второй.

Третий.

И знаете, смысл написанного доходит до меня не сразу. То ли виной тому произошедшее с нами в дороге, то ли настолько сильно я шокирован этим её сообщением.

— Клим, ты в норме?

Дымницкий замечает, как жалобно трещит под моими напряжёнными пальцами экран недавно купленного смартфона.

В норме ли я?

Нет, точно нет.

«Дань, всё, что было между нами, — ошибка. Я приняла решение остаться с мужем. Так будет правильно. Я от него беременна»

Внутри меня поднимается что-то страшное. Нечто тёмное и невероятно разрушительное по своим масштабам.

Ошибка.

Остаться с мужем.

Беременна.

Эти её слова, словно заточенное лезвие по сердцу.

Не могу дышать. Кислород будто исчез.

Лёгкие отказываются вентилировать воздух. А мозг наотрез отказывается принимать полученную информацию…

Глава 41

— Клим, — меня окликает Паровозов.

Тоже вышел подышать воздухом. Спецом или нет — не знаю.

— Ты как? В поряде? — хлопает по плечу и садится рядом на ступеньки.

— Да.

Пацаны устроили сабантуй в номере. Я опрокинул в себя пару стопок с водярой и по традиции свинтил. Сейчас мне точно не хочется находиться в шумной компании.

— А если не ***деть? — внимательно на меня смотрит, пытая взглядом. — С балериной твоей какие-то проблемы?

Проблемы ли…

— Даже не знаю, какое слово тут подобрать.

Ну в конце-концов, если не с Ильёй делиться, то с кем?

— Всё плохо? — предполагает он. — По шкале от одного до десяти…

— Одиннадцать.

Молча протягиваю ему телефон. Злосчастное сообщение всё ещё горит на экране, ведь я, как последний идиот, до сих пор пялюсь на него, перечитывая снова и снова.

— Дела… — тянет Паровоз, ознакомившись с текстом. — Что думаешь по этому поводу?

— Что я могу думать? — забираю из пачки предложенную мне сигарету.

— Я говорил тебе, ни к чему тянуть.

— Сука, вот на хера я её тогда послушал! — затягиваюсь дымом до рези в грудной клетке. — Просил остаться у меня. Сказал же, что с мужем её разберусь сам.

— А она что?

— Слёзно умоляла не лезть и не вмешиваться.

— Так-то логично, тебя ведь до сих пор могут притянуть за то похищение.

— Да плевать мне на это было!

— Значит, обещала, что уйдёт от мужа? — хмурится парень.

— Обещала. Врала ещё, — усмехаюсь, ощущая привкус едкой горечи на губах.

— На тему?

— Люблю мол тебя, — стряхиваю пепел и качаю головой.

Повёлся. Ну не идиот ли, скажите?

— Люблю, но выберу мужа, — слышу за спиной голос Дымницкого.

— Получается, что да, — признаю, ощущая адскую боль внутри.