Танец богов - Норма Бейшир

— Но куда же мне деться?

— Это меня не касается, — отрезал Александр. И, выйдя, хлопнул дверью с такой силой, что со стены сорвалась картина.

— Ты пожалеешь, подлец! — прошипела ему вслед Анна. — Горько пожалеешь. — Схватив со стола хрустальный графин, она запустила его в дверь. Графин вдребезги разлетелся, осыпав пол и ковер дождем осколков, в то время как Анна изрыгала по-гречески самые изощренные ругательства.

Лишь выйдя на улицу через двери, выходящие в сторону Центрального парка, Александр почувствовал, что гнев его начинает стихать. Он двинулся в сторону Пятой авеню. Анна всегда будила в нем самые черные чувства. Даже сейчас ему хотелось физически выместить на ней свою злость. Избить до полусмерти. Но с другой стороны — почему? За то лишь, что она его предала? А имело ли это значение, по большому счету? Александр сокрушенно покачал головой. Не стоило ему с самого начала связываться с Анной. И уж тем более ошибкой было привезти её сюда. Ладно, по крайней мере, он сделал первый шаг и нашел в себе силы избавиться от нее.

Александр шел по Пятой авеню, не обращая внимания на разодетых по-зимнему прохожих, увешанных покупками. Он не замечал даже резкого ветра, порывы которого обжигали щеки. Он вышел от Анны в такой ярости, что даже не удосужился застегнуть пальто, и теперь не завязанный пояс болтался внизу, шлепая его по ногам. Но Александр ничего этого не замечал. Он наконец покончил с Анной и теперь упивался новым, доселе неведомым чувством.

Чувством свободы.

Глава 10

Лос-Анджелес, май 1981.

Выбравшись из студийного микроавтобуса, Мередит поспешила через площадку для парковки автомобилей к подъезду студии Кей-Экс-Эл-Эй. Она валилась с ног от усталости. Утро выдалось на редкость сложным. Целых три часа ей пришлось вести драматический репортаж об ограблении банка в Марина-дель-Рей, во время которого четверо бандитов захватили в заложники шестерых банковских служащих и ещё стольких же посетителей, угрожая перебить всех невинных людей, если полиция не выполнит их требования.

В комнате новостей Кей-Экс-Эл-Эй уже началась лихорадочная подготовка к пятичасовому выпуску. Мередит шла к своему рабочему месту, лавируя между столами, заваленными и заставленными бумагами, полупустыми пепельницами, смятыми сигаретными пачками, стаканчиками из-под кофе и прочей всячиной. Тед Хэммонд, директор службы новостей, тучный мужчина лет пятидесяти пяти, восседал за своим столом, надзирая за происходящим. Увидев Мередит, он улыбнулся.

— Что-то ты быстро, — произнес он. — В чем дело? Нагрянули коммандос и испортили тебе всю малину?

— Очень остроумно, — пожала плечами Мередит. Подойдя к нему поближе, она промолвила вполголоса: — Между нами, я рада, что все позади. Тем более, что у меня полно материала.

— Отлично! — расплылся Хэммонд. — Рад слышать, что хоть что-то сегодня получилось нормально.

— А в чем дело, Тед? У вас сего… — Мередит осеклась на полуслове, заметив нечто необычное в большой карте мира на стене за спиной директора службы новостей. В центре карты теперь красовался коллаж, на котором пролетавший над студией Кей-Экс-Эл-Эй тяжелый бомбардировщик В — 51 сбрасывал свой смертоносный груз прямо на здание студии. Мередит покачала головой и криво усмехнулась.

— Это чьих рук дело? — полюбопытствовала она.

— Моих, — ответил Тед, ухмыляясь. — Говорю же тебе — день с самого утра не задался.

— Да бросьте, Тед, — махнула рукой Мередит. — У вас и в самый идеальный день руки чешутся.

— Мередит!

Оба обернулись. В коридоре за стеклянной перегородкой стоял Чак Уиллард.

— Мередит, ты нужна мне, — сказал он. — Зайди ко мне. — И вернулся в свой кабинет.

Проводив его взглядом, Мередит недоуменно повернулась к Хэммонду.

— Хотела бы я знать, в чем дело, — промолвила она.

Хэммонд ухмыльнулся.

— Может, это сюрприз? — предположил он.

Мередит скорчила гримаску.

— Угу, нападение японцев на Пирл-Харбор тоже стало для многих сюрпризом. А что из этого вышло? — Она пробралась между столами в коридор и вошла в кабинет Уилларда. — Да, Чак?

— Прикрой дверь, — сказал он, не вставая из-за стола.

Мередит закрыла дверь и, пройдя вперед, уселась. Уиллард вынул из выдвижного ящика папку с перепиской.

— Похоже, Мередит, этой весной ты произвела неизгладимое впечатление на парней из Нью-Йорка, — сказал он, откидываясь на спинку кресла.

— Да, настолько, что мне даже не предложили место Карлы Гранелли, когда она не стала продлевать в январе свой контракт, — сухо заметила Мередит. Это и в самом деле был жестокий удар по её самолюбию.

— И тем не менее они делают тебе новое предложение, — сказал Уиллард. — Ты знаешь передачу «Мир в фокусе»?

— Еще бы. — Это была популярная утренняя программа новостей. До ушей Мередит уже в течение полугода долетали слухи, что Тиффани Гордон, одна из её основных ведущих, собирается летом уйти, однако ни сама Тиффани, ни руководство программы этих слухов не подтверждали.

— Тиффани Гордон не продлевает свой контракт, — словно прочитав её мысли, сказал Уиллард. — Гарв Петерсен, продюсер, предлагает тебе занять её место. Интересно?

— Спрашиваете! — рассмеялась Мередит. — Не только интересно, но я готова сию же минуту написать вам прошение об отставке.

— Ты должна быть в Нью-Йорке с таким расчетом, чтобы приступить к работе с первого июля, — сказал Уиллард. — Это возможно?

— Вполне, — пожала плечами Мередит. — Я готова покинуть Лос-Анджелес пятнадцатого июня. Мне нужно время, чтобы подобрать квартиру и обосноваться в Нью-Йорке. Вы сумеете за этот срок подыскать мне замену?

— Постараюсь, — улыбнулся Уиллард.

— Вот и отлично, — улыбнулась в ответ Мередит. — Тогда договорились.

— Значит я могу позвонить в Нью-Йорк и сказать им, что ты согласна? — спросил Уиллард.

Мередит подняла руку.

— Если вы не против, Чак, то я хотела бы позвонить сама, — сказала она.

— Не возражаю, — кивнул Уиллард. Затем, усмехнувшись, добавил: — Знаешь, я был почти уверен, что ты согласишься, но не ожидал, что это будет так легко.

Мередит встала и подошла к двери.

— Я тоже, — призналась она. — Должно быть, в глубине души я давно ожидала этого предложения.

«Да, все и в самом деле вышло очень легко», — думала Мередит, возвращаясь вечером в Малибу. Куда проще, чем она ожидала. В её мозгу не было никаких сомнений. Предложение ведущей нью-йоркской телекомпании открывало перед ней самые радужные перспективы. Мередит понимала, что заслужила столь высокую честь, поэтому и согласилась сразу, без малейших колебаний.