Говорящий со зверями - Андрей Геннадьевич Кощиенко

рога поотшибаю! – пообещал я ей, для большего вразумления подойдя и ткнув носком своего сапожка в ее филейную часть. – Не все есть внутри таково, как оно кажется снаружи, – объяснил я замершим варгам и сипящей на полу Ринате. – Но всякий подвергающий жизнь других опасности из-за своего неуемного любопытства – идиот, вне всякого сомнения! Все. Пошли дальше!

Ринату подняли на ноги, Кира прошипела ей в ухо что-то многообещающее, та огрызнулась в ответ, и мы пошли дальше. Поставив варг, как и раньше, прикрывать тыл, я возглавил колонну. Двинулись мы по тому же пути, по которому и прибежали. Впрочем, другого варианта и не было. «Прокрутив» в голове картинку нашего «марафона», я констатировал, что коридор тут один и никаких ответвлений в стороны не будет. Так и оказалось. Через четверть часа осторожной ходьбы, с внимательным периодическим прислушиванием и выглядыванием из-за поворотов, мы добрались до комнаты со шкафами, в которой нас подловил восьмилап. Помещение представляло собой преунылое зрелище. Пол завален рухнувшими и разломанными стеллажами и как битыми, так и целыми банками с неизвестным порошком. Порошок, кстати, был рассыпан и так – кучками. Свой цвет со светло-желтого он изменил на аспидно-черный, и это как-то не вдохновляло. Уцелело буквально несколько шкафов с банками, стоящих у самого выхода из зала. Тут мне на глаза попалась деталь, на которую я как-то вначале не обратил внимания. По всем уцелевшим стеллажам в массив дерева или того, из чего они там сделаны, была встроенная, тонкая, миллиметра в три, светящаяся полоска. Она шла по всем полкам, по всем боковинам шкафа, наливаясь зеленоватым светом и тускнея в такт мерцающему освещению. Присмотревшись к ближайшим обломкам стеллажа, я увидел такие же полоски. Только они уже не светились.

«Сломано! – констатировал я. – Но! Сломано – и порошок изменил цвет. Значит? Значит, по идее выходит, что до этого он был «нормальным»? Как мясо в работающем холодильнике? Только тут не холодильник, а хранение с замедлением времени…»

– Всем в коридор, – приказал я варгам, – нечего тут дышать неизвестно чем. Потом еще рожать не сможете.

Я кивнул на россыпи черного порошка, указав, что я имею в виду.

– Займите там круговую оборону и наблюдайте. А я пока тут кое-что поизучаю…

Возражений не последовало. Глянув на пол, варгуши быстренько слиняли в коридор, бросив меня одного посреди этой свалки возможных токсических отходов, несовместимых со здоровьем. Впрочем, опасности я от порошка не ощущал и поэтому занялся изучением заклинания, наложенного на стеллажи.

Да, похоже на то, что я уже встречал в подвале, который мы тогда откопали в Серых пустошах, констатировал я, закончив осмотр. Хм, но что же это такое… тут хранится?

Аккуратно ступая, чтобы не навернуться посреди всего этого погрома, я подошел к ближайшему уцелевшему шкафу и осторожно, за крышку, вытянул из гнезда длинную шестигранную банку, полную светло-желтого порошка.

Хм, подумал я, медленно вращая ее в руках и глядя, как содержимое пересыпается по стенкам, взять, что ли? А зачем? Чтобы было? А вдруг что-то ценное? Может, если им эльфов накормить – они как кролики размножаться начнут? А что? Вполне может быть. Решено! Беру! Место она в «потайном мешке» много не займет, и в нем у меня ничего не портится. Точно – возьму!

Я поочередно вытащил из шкафа три банки и убрал их к себе в «мешок». Потом подумал и прихватил еще парочку.

«Хомяк разбушевался?» – с иронией спросил проснувшийся внутренний голос.

«А чего добру-то пропадать? – ответил я ему, решив забрать всю полку. – Сихот его знает, когда еще сюда попаду! Не зря же кто-то этот порошок в таких количествах делал, да хранилище такое организовывал! Значит, на что-то он да нужен. Может, и мне сгодится! А нет – выкину или любителям древностей стеклотару продам…»

«Ну-ну, – сказал внутренний голос, – посмотрим…»

Запихав в мешок содержимое с трех полок, я решил остановиться. Халява – она, конечно, хорошо, но нужно и разум иметь. Хватит мне.

– Пошли, – сходил я до выхода и позвал варг.

Осторожно, цепочкой, оставляя следы в черном порошке, лавируя вокруг груд обломков, мы прошли сквозь разгромленный зал и вышли в длинный коридор, из которого в него повернули.

Вопрос, подумал я, куда направиться дальше? Назад, к телепорту? А потом тащиться по пустыне от «Зеленого приюта»? Как-то не хочется… Продолжить движение внутрь этого подземного комплекса? Тоже как-то не хочется… Интересно, откуда приполз этот восьмилапый урод? Выйдя из телепорта, мы свернули налево… А там был еще коридор направо… Если тут – главные помещения, то телепорт получается «снаружи», за расплавленной дверью… Что еще может быть – «снаружи», за дверью? Только одно – сама «наружа» и вход в нее. Похоже, я не туда свернул… Нужно было – направо… Ладно, вернемся, не так уж тут далеко. А пока, может, стоит еще немного тут побродить? Поискать, например, библиотеку… Не слишком ли это опасно? Опасно? У меня за спиной пятерка ментальных убийц ошивается! Справимся, если что! В крайнем случае, куда бежать – уже известно. Хорошо, пойдем погуляем тут еще…

В этот миг мое внимание привлекли скребущие звуки, раздающиеся за моей спиной. Резко обернувшись, я увидел пятерку ацких убийц, дружно шоркающих подошвами по полу.

«Черный порошок оттирают! – понял я, в первый момент не сообразив, что это они такое делают. – Вот уж действительно – заставь дурака Богу молиться, так он и лоб расшибет! Пошутил, называется…»

– Вы что, сдурели, что ли? – спросил я их. – Шумите тут! А ну, тихо! Пошли за мной!

Я качнул головой, задавая варгам направление.

Следующая по коридору дверь слева… отсутствовала. Но петли с остатками двери – были.

Тоже хорошо, подумал я, осторожно заглядывая в дверной проем, зато ломать не нужно. Все уже сломано… до нас!

Помещение за дверью мне не понравилось. Квадратный зал с двумя большими столами посредине, чем-то похожими на операционные. Наверное, из-за больших плоских дисков, висящих над ними и смахивающих на лампы. Еще в зале были какие-то металлические столики на колесах и у дальней стены справа три цилиндра с конусообразными черными крышками из чего-то прозрачного… Битого прозрачного… Стекло – не стекло, из которого они сделаны, было разбито внизу, и содержимое цилиндров вытекло на пол, засохнув на нем чем-то гнилостно-зеленым. А в самих цилиндрах что-то чернело…