Под крышами Парижа (сборник) - Генри Миллер

Анна врывается в общество с видом человека, чувствующего, что о нем позабыли. У нее пизда чешется, говорит она, и не мог бы кто-нибудь с этим что-нибудь сделать? Билли обнимает Анну и принимается ее всю ощупывать… вскоре они уже забавляются с хвостами друг дружки, и вовсе не удивительно, когда Билли втискивается головой Анне между бедер и начинает лизать ей сочную манду.

Джин у Билли за спиной щекочет ей промежность и всовывает ей в пизду палец… Господи, столько жоп напоказ, что я просто не могу сидеть там и смотреть, как они друг с другом забавляются. Я подскакиваю к ним тоже и хватаю Джин… Джон Ч. пока не в форме, но эта сука знает, что с этим сделать, – есть у нее такое, чем его подлечить… она раздвигает ноги так, чтоб я мог играть с ее фигой, а она принимается массировать мне хер.

Жаркий она молоденький кулек, эта Джин. Несколько минут с ней, и хер у меня такой, что, ошибись он адресом, его бы без предупреждения подстрелили и набили из него чучело. Она так распалилась, что пыхтит, как собака… она расколет себя напополам, если попробует развести ноги еще шире… а конийон у нее так раскрыта тем, что с ним делала Билли, что мои пальцы будто проваливаются внутрь, едва я ее касаюсь… Славная жирная пизда… Я если чего и не люблю, так костлявых этих сук, у кого там лишь пучок волосин и дырка, как будто ее в них палкой проткнули.

Билли не против того, что я делаю с ее Джин. Она, может, и так бы не возражала, но сейчас слишком уж захвачена Анной – буквально, – и у нее нет времени ни на что больше. Анна же за нами следит, но Билли вообще не замечает, когда я забираюсь на Джин.

Та поначалу не ебется. У нее задраны колени, отчего мне просто в нее проникнуть, но это примерно и все ее сотрудничество. Тут, скорее, ее дрючат, а не она сама… и ввинчивают ей чертовски хорошо. Мой хер с каждым ее подскоком заглубляется на всю длину…. Края пизды я ей подвернул, а щелочки все законопачены волосней. Я ебу ее, пока у нее язык не вываливается… и когда она уже едва не кончает, берется ебаться сама; тут-то уже всё – как ебаться с фурией.

От наблюдений за моей скачкой на такой необузданной пизденке Анне под жопу словно лишнюю толику перца подсыпали. Она растягивает себе пизду как можно шире, пока чертова эта штуковина едва ли не зияет, и Билли, похоже, в нее чуть ли не всем лицом засунулась. Тут-то она и кончает: когда это происходит, она не может уже терпеть, что Билли пытается к ней туда залезть…. Билли она отталкивает, но разрешает той снова вернуться и слизать сок, стекающий у нее по бедрам.

Когда Билли из всего этого выныривает и видит, в какую игру мы играем с Джин, она исторгает из себя некую брань, что слишком уж складна для такого мужчины, каким хочет выглядеть Билли. Только фемина способна так беспечно разбрасываться выражениями, да еще чтобы они что-то значили. Она не сердита, вообще-то… но, судя по тому, что я вижу, похоже, что этой своре пёзд веселей всего, когда они либо харкают друг другу в рожи, либо носят друг друга на пинках. Джин не слишком обращает на это внимание… ебется она жестче прежнего. Затем закидывает одну ногу почти что мне на плечо, выставляет жопу так, чтобы Анна и Билли отлично видели, что же это за игра у нас такая, вблизи… и мы оба с ней кончаем..

Она хочет узнать мой адрес! Вот первое, что Джин произносит, кончив, и говорит она так, что совсем не шутит. Мля, не собираюсь я отказывать в адресе такой пизде, как Джин… а со стороны Билли даже свирепого взгляда не прилетает. Ревнует сейчас у нас Анна, не кто-нибудь… спрашивает Билли, не боится ли та потерять свою маленькую пизду. Билли уж точно не потеряет….

– Ей надо ввинчивать, – говорит Билли Анне, поигрывая волосами Джин и убирая их у той с глаз. – Я не против, если она куда-то ходит и там ее заваливают…. это тех стервозных лесбиянок, с которыми она все время путается, я терпеть не могу. Но ты же знаешь, что тебе придется сделать, Джин, если я говорю, что можно….

Джин знает… и тут же, не сходя с места, показывает, что это. Заправляет волосы себе за уши, чтобы не мешали, потом наклоняется и целует пизду Билли….. Она еще не отдышалась после дрючки, которую я ей устроил, но сосет Билли пизду, пока Билли не кончает…..

Вчера вечером, ровно в восемь как с куста, я прибываю на свидание ко входу в Жардан-де-Плант. Пятнадцать минут…. полчаса…. Девять часов, а эта сука так и не появилась. Исусе, людей, не приходящих на встречу, надо сажать в тюрьму. Они же будто деньги у тебя отбирают… хуже, чем деньги отбирают. Они тратят твою жизнь…. час тут, пятнадцать минут там… чуть погодя целые годы накапливаются. Вот у меня украли еще час, и где мне теперь его брать взамен? Господи мой боженька, я не собираюсь жить вечно, у меня не так-то много часов осталось, чтобы ими эдак разбрасываться. Но женщины о таком никогда не задумываются. Мне кажется, женщины вообще никогда не думают, что доберутся однажды к самому концу своей жизни. Уж явно не так, как это делают мужчины. На это можно полагаться…. если непунктуален мужчина, он обычно никчемен, бездеятелен и еще как минимум восемнадцать разных мудаков в придачу. Но даже умная женщина или такая, каких мужчины считают умными, будет без всяких угрызений совести томить тебя в ожидании….

В девять вечера я с этого угла сваливаю. Мне есть чем развлечься и без того, чтобы всю ночь занимать тротуар. До чертиков отлично все Рауль устроил…. Хотя есть тут одно… в Париже на пароход никогда не опоздаешь. Если одна пизда не появилась, возникнет другая…. в сральнике любого кафе на стенках – отличный список адресов, и все они не липа, как в Америке. (Какую пизду найдешь себе по любому из этих адресов? Как-нибудь надо попробовать….) Пизда там по всему размазана…. за нее можно платить, или она тебе за так перепадет, все зависит от того, насколько сильно тебе нужно, и пускай тут у тебя пусто в животе так же часто, как и в Америке, постели твоей пустовать необязательно….

Поэтому, даже если невестка Рауля не появилась, меня не волнует, что я не найду себе поебку. Где-то час спустя, когда я уже принял несколько на грудь, одну я склеиваю. Она не шлюха, вообще-то, – она просто голодает. Не красотка, но недурна, молодая, и видно, что мылом иногда пользуется. Поэтому я ее кормлю, а потом мы идем домой, и я пытаюсь вновь выбить из нее все это тараном…. но все равно обижен насчет той, другой пизды….

Затем наутро прискакивает Рауль, весь свеж, как маргаритка. Потешаться он намерен, сукин сын…. и как оно все вчера вечером прошло, желает знать он….

– Ох батюшки! О! Алф? – говорит он, грозя мне пальчиком. – Как она тебе понравилась? Что надо багаж, как я и думал? Видишь….. когда я все улаживаю…. может, в следующий раз ты мне и поверишь… – Он бегает по комнате и находит сигарету. – Ты ей понравился, Алф…. Я ее сегодня видел, первым делом, и она по тебе с ума сходит….. только она думает, ты немного того. Одно только плохо вот… очень плохо. Все эти синяки у нее на попе, Алф…. как ей это объяснять моему брату? Ах, но это ей тоже понравилось…. тогда. Она своевольная, Алф, и про завтра забывает…. поэтому в следующий раз не надо шлепать ее так сильно… И Христа ради, отводи ее в отель получше…. в этом у нее знакомые….

– Хватит умничать, черт возьми. Слушай, Рауль, пизде этой можешь сказать… Ох, да что угодно, блядь, говори! Я ее прождал целый час….

– Час? Не, не час, Алф…. Восемь вечера, мы же договорились….

Рауль продолжает болтать, пока до меня не начинает доходить, что он взаправду считает, будто вчера вечером я был с его невесткой. Бля, ему даже все подробности известны… Наконец я вправляю ему мозги на место и до черта времени убеждаю, что я нисколько не шучу…. Он даже забирается на кровать и нюхает простыни, когда я говорю ему, что вчера вечером был дома с совсем другой пиздой. А убедившись, становится буен:

– Но ее же завалили, Алф… честно, завалили! Ты б ее видел сегодня утром! Я думал, ты мне просто тюльку вешаешь, Алф… Она не такая умная, чтобы мне вешать… Ты знаешь, что произошло, Алф? …Ее отдрючили… ее наебали!

Он хочет знать, кому я говорил об этом свидании. Я никому не рассказывал. Тогда на каком углу я стоял? Да, там она и была… и т. д. и т. п., десять минут. Рауль не видит в этом ничего смешного, а мне ржать еще слишком рано.

– Ну и что будем делать с той поебкой, которая мне должна была перепасть? – спрашиваю у Рауля я. – Как насчет сегодня вечером? У нее получится?

Рауль обижается. Нахуй эту мою якобы поебку, говорит он… как быть с той, что ей досталась? Как он будет ей это объяснять? Я что, считаю, что он может просто подойти к ней и сказать, слышь, это не тот был, давай-ка снова, а? Когда ей даже не заплатили?

– Ну что за сукин сын такое мог сотворить, Алф? Должно быть, кто-то из твоих друзей… никто больше не мог бы такого сделать. Что он за мудак, Алф, а? Так воспользоваться невинной девушкой… и даже не заплатить ей… он же ей даже не заплатил, Алф? И в дешевом паршивом отеле, где она могла вшей подцепить! Моя родная невестка!