Ее зовут Тень - Ксения Чайкова

— С добрым утром, — жизнерадостно пропела я, подталкивая графенка к столу.

— С добрым, — рассеянно отозвался Папаша. Остальные сосредоточенно покивали, не отвлекаясь от своего занятия, только Каррэн галантно вскочил и поддержал меня под локоть, помогая усесться на лавку. Тьма неодобрительно зашипела и сощурила глаза, не понимая, отчего я даже вырываться не пытаюсь. А что поделаешь, к хорошему быстро привыкаешь. Самой себе, ну еще, пожалуй, демону можно признаться: мне все это начинает даже нравиться…

Хозяин, заметив прибавление в сидящей за столом компании, быстренько отправил свою женушку к нам с дополнительной порцией блинов и маленькими плошечками с медом и клубничным вареньем. Судя по тому, как они были поставлены, сладости предназначались как раз для меня. Мужчины действительно предпочли проигнорировать их, отдавая предпочтение сметане из солидных размеров миски. Правда, Торин покосился жалобно и повздыхал для затравки, но я величественно сделала вид, что не заметила и не услышала. Вот еще, сладостями с графенком делиться! Чай, не маленький!

Хозяин гостиницы, удостоверившись, что гости сыты и пришли в более-менее благодушное расположение духа, осторожно подсел за стол, комкая в руках какие-то бумаги и нервно почесывая шрам на лице. Я, понимая, что неприятного разговора о деньгах все равно не избежать, приветливо кивнула ему, снимая с лавки Тьму и пересаживая ее себе на колени. Вонато недовольно зашипела — мужчин она не любила, а тут еще завтрак обошелся без ее любимого мяса. Конечно, тут всякая озвереет!

— Вы, господа хорошие, урон-то мне немалый нанесли, — начал явно заранее заготовленную и отрепетированную речь хозяин, с опаской поглядывая на демона.

— По вопросам оплаты — вот к этому господину, — быстро кивнула я на Торина, решив хоть деньгой его наказать за вечерние и ночные беспокойства.

— А кем вообще были эти типы? — солидно поинтересовался Батя, выбивая трубку о ребро стола. Хозяин покосился на сыплющийся на пол пепел, но предпочел не заводиться из-за ерунды.

— Извини, они забыли представиться, — хмыкнула я. — А когда меня пытаются обстрелять из арбалетов, а потом зарубить мечом, я не спрашиваю имен, а предпочитаю отвечать ударом на удар.

— И чего им нужно было? — мрачно вопросил Цветик, глядя на меня так, будто не сомневался, что эта драка была организована лично мною, дабы уверить всех присутствующих в своем героизме и личной незаменимости.

— Они не успели сообщить суть своих требований, — хищно улыбнулась я, вспоминая вчерашнюю свалку и пьянящее упоение боем с достойным противником.

— Надо было не убивать всех, а оставить хоть одного для допроса! — резонно заметил один из двойняшек. Второй согласно кивнул.

— Я слишком увлеклась, — призналась я, решив не выдавать хозяина, испуганно стиснувшего в руках свои записи. Мужик, разумеется, боялся вовсе не нас, как таковых, а того, что мы смоемся, не заплатив.

— Ничего бабы по-человечески сделать не могут, — прошипел Цветик. Я решила оставить этот выпад без комментариев и повернулась к Торину:

— Расплатись, и поехали. А то как бы по наши души еще кого-нибудь демоны не принесли.

— Уже ехать? — разочарованно протянул графенок. — А я еще хотел…

— Чего? — грозно уточнила я, приподнимаясь.

— Ну… Погулять, посмотреть…

— Правильно. Я бы тоже хотела. Да и хочу, если честно. Только не время сейчас для пьянок-гулянок. Вот отвезем кристаллы, будем возвращаться назад — тогда да. Хоть неделю на шатание по Тинориссе можем потратить, я первая «за» буду.

— Да, кстати, Тень, это тебе, — ни к селу ни к городу заявил вдруг Каррэн, протягивая мне какой-то сверток. Я удивилась, но взяла. Внутри оказались два слегка помятых, но все еще очень вкусно пахнувших пирожка.

— Спасибо, — потрясенно поблагодарила я, разламывая один из пирогов пополам. — О, с мясом! Каррэн, ты гений!

Альм самодовольно приосанился. Правда, тут же поник и даже, кажется, слегка обиделся, когда я протянула одну половину восторженно заклекотавшей Тьме. А что поделаешь, если ей мяса не дашь, так она сама на кого-нибудь налетит и кусок выкусит — прецеденты уже были.

Уезжали мы быстро. Торин послушно расплатился за погром и, кажется, даже незаметно сунул себе один болт на память об этом происшествии. А может, для отчета перед своим папенькой — надо же будет как-то оправдаться, куда столько денег девал.

Расставаться с Тинориссой было жаль. В этом городе мне случалось бывать только проездом и безумно хотелось познакомиться с ним поближе. Но увы! Кристаллы не ждут, Торин злится, Цветик хмурится — какое уж тут гулянье…

Д

ень, как и вся предыдущая неделя, выдался какой-то расплывчатый, неопределенный в погодном плаце: то солнце палит так. что хочется не то что плащ — последнюю рубашку снять, то ледяной ветер нале шт. мигом заставляя накинуть что-нибудь теплое и возмечтать о шубе. Торину погода тоже не нравилась, и он весьма громко об этом задавал. Да так. что через час я уже откровенно взмолилась всем богам сразу, прося ниспослать хоть какую-то определенность с солнцем и ветром или хотя бы заткнуть графеныша. Столь страстные мольбы хранители Сенаторны не смогли оставить без внимания: Лорранскому влетела в рот огромная навозная муха, и Торин, подавившись своей обличающей речью, машинально ее проглотил. Остаток дня мы наслаждались обществом о-о-очень молчаливого спутника- предводителя.

Я нервничала, и нервничала немало. Очень смущало это странное нападение. Чего достигли налетчики? Да ничего — только головы сложили. А чего хотели достичь? Да полно, Торин ли был целью? Мало ли зачем мужики воевать полезли, может, им хозяин гостиницы еще по старым делам денег должен был, а я тут подвернулась и мигом ввязалась в драку? Представляю, какой это шок был для мужиков. Интересно, что они подумали, если, конечно, успели?

К вечеру я почти уверилась, что драка была какой-то глупой случайностью. Ну в самом деле, кто будет так безрассудно нападать на гостиницу, не проверив предварительно, там ли находится нужный человек?

И я расслабилась. И, как выяснилось, зря.

Часа за три до темноты наш маленький отряд подъехал к переправе. Вообще-то довольно узкая и порожистая Ниилата тара Лээрто, что в переводе с эльфийского означает Слезы Богов, здесь расширялась почти до озерного состояния. И кто догадался ладить переправу в таком странном месте — загадка. Возможно, именно отсутствие мозгов в их головах боги и оплакали в момент сотворения мира подлунного.

Конечно, возможно, я была слишком пристрастна, а местные жители недостатком ума вовсе не страдали, а, движимые вполне понятным желанием заработать, устроили переправу именно на большом торговом шляхе, а не на пару десятков верст выше или ниже по течению — там, где река, по-свойски называемая Нилтой, вновь сужалась до своего обычного состояния. Кому ж будет охота такие крюки выписывать?