Врата скорби (Часть 1) - Александр Афанасьев

Но в этот день – он как и положено в девять ноль – ноль, стоял на проходной Ходынского аэродрома, но его Вергилий, неулыбчивый и молодой "сотрудник" (так они все звались) в штатском – повел его не в очередной забег по лабиринту кабинетов, а к лифту. В лифте – около каждой кнопки были прорези для ключа и номеров этаже не было. Непонятно было даже, то ли этот лифт идет вверх, то ли он спускается вниз, в адские подземелья.

Судя по толчку – все таки вверх…

На верхнем этаже – похоже, что шестом, последнем – они оказались в лабиринте тихих и прямых коридоров. Полы были застелены чистой красной ковровой дорожкой, в отличие от первых этажей – не замусоленной. На дверях – не было табличек с именами и чинами только безликие номера. Около одной из табличек – его провожатый остановился и постучал…

И вот – князь Шаховской оказался в кабинете, стены которого были отделаны сафьяном, буквой Т был выстроен стол карельской березы, с длинной приставкой для совещаний, а за спиной хозяина кабинета был имперский штандарт и еще один флаг, черный, с белой летучей мышью. На фотографической карточке – пристально, без тени улыбки, на происходящее в кабинете смотрел Государь Его Императорское Величество, Александр IV Романов.

– Петр Иванович – представился, протянув руку хозяин кабинета. Вид у него был вполне даже штатский, только глаза, быстрые и внимательные, как будто прикасающиеся к тебе взглядом – несколько портили картину

– Капитан, князь Шаховской – представился князь – временно откомандирован.

– Может так статься, что уже и не временно. Господин Богачев довел, чем вам предстоит заниматься?

– В общих чертах. Разведка в зоне Ближнего и Среднего Востока.

Князю было не совсем удобно обращаться к начальству – он не знал звании я, и пока что – заминка была заметной.

– Не совсем так. Мы, можно сказать, особая организация. И нам нужен специалист именно вашего профиля. Точнее – специалисты…

Князь никак не отреагировал.

– Вы прошли курс выживания?

– Как и положено в Сибири.

– Были в Рейхе?

Черт.. разговор сворачивал совсем не туда. Шаховской любил Рейх – хотя бы потому, что не менее половины его крови была немецкой, точнее – остзейской. Кроме того, он верил в дворянское братство, которому ни к чему границы.

– Несколько раз. С родителями на водах, жил у родственников в Кенигсберге…

– Крайний раз когда?

Петр Иванович себя выдал. Немного – но выдал. Слово "крайний" – используют авиаторы, использование слово "последний" является табу. Последний полет – это тот, из которого не вернулись…

– Два года назад. Принимал новую технику.

– Вам знакома структура Люфтваффе? Кто такие "метеорологи"?

– Конечно. Метеорологи – специальная группа наземных действий, входит в состав стратегического командования люфтваффе. В нее входят опытные десантники, специалисты по выживанию в экстремальных условиях. Их забрасывают с парашютом в глубокий тыл противника с целью наблюдения за метеорологической обстановкой в районе цели, разведки и обозначения целей, оказания помощи сбитым экипажам, и даже организации промежуточных аэродромов подскока с дозаправкой ударных средств. Курирует лично командующий Люфтваффе, рейхсмаршал авиации Герман Геринг. На вооружении…

– Достаточно. А про скандал с неким оберстом Ровелем слышали?

– Это тот, который в нарушение Цюрихских конвенций о шпионаже, занимался установкой разведывательных камер на гражданские самолеты Люфтганзы?

– Он самый.

– Слышал. Его лишили звания и отдали дело на рассмотрение офицерского суда чести.

Скандал и в самом деле был знатный. Началось все с того, что дальний гражданский транспортный самолет Фокке-Вульф Кондор запросил экстренной посадки в аэропорту Борисполь в связи с отказом сразу двух двигателей на одном крыле. Посадку разрешили, самолет сел благополучно – в том смысле, что все пассажиры остались живы и здоровы, их пересадили на экстренно вылетевший следом самолет и отправили дальше по маршруту. Поскольку Борисполь являлся одним из пунктов обслуживания компании Фокке-Вульф – двигатели решили менять прямо там, на месте, благо там были и двигатели. И квалифицированные немецкие механики, чтобы их поменять. Однако, на сей раз все пошло совсем не гладко, не так, как рассчитывали организаторы этого полета. Внезапно нагрянувшая русская жандармерия – взяла под стражу и самолет и летный персонал по обвинению в контрабанде. Когда же германская сторона заявила решительный протест – русские продемонстрировали две автоматизированные фотокамеры Цейсса для съемок с большой высоты, которые отнюдь не входили в стандартное оснащение самолета.

Скандал поднялся знатный. Оберст Теодор Ровель – возглавлял абвер-пункт при германском аэродроме Тегель в Берлине. Он ни в чем не признался – однако, имело место грубое нарушение Цюрихских конвенций, да еще в отношении союзника. Самолет следовал в Циндао через всю территорию России – и Россия дала понять, что такие полеты могут быть прекращены. В результате – оберста Ровеля освободили от занимаемой должности, лишили воинского звания и передали дело на рассмотрение офицерского суда чести. Было понятно, что неполадки сразу в двух двигателях, появление жандармерии, которая точно знала, что ей искать – не случайность, и оберст Ровель, как начальник абверпункта должен был понести ответственность.

Собственно говоря, тем же должен был заниматься и Павел Иванович Богачев, тайный советник и куратор новичка, князя Шаховского. Только в отличие от оберста Ровеля – Богачев ни разу не попался…

Павел Иванович улыбнулся

– А сами то верите?

– Во что, простите? В то, что его для вида осудят? Да, верю.

– Увы… вера ваша напрасна…

Павел Иванович достал из ящика стола лист бумаги, толкнул его по столу вместе с ручкой из письменного набора.

– Да, подпись расшифровка полностью…

Князь посмотрел на разграфленный лист. Это был текст присяги…

– А что… произносить вслух необязательно?

– У нас здесь свои порядки, еще привыкнете. Одно из правил: язык мой, враг мой.

Князь посмотрел влево и наверх. Император – внимательно смотрел на него с фотографической карточки, словно бы спрашивая: сдюжишь? Потянешь? Справишься?

Перед ним была новая жизнь. Его новая жизнь.

Резкими движениями – он начертал требуемое…

– Оберст Теодор Ровель – сказал Павел Иванович, убирая бумагу в стол – не только не повергнут суду офицерской чести, но и вообще никак не наказан. Он обнаружен нами в Киле, на главной базе Флота открытого моря, где есть первоклассный центр дешифровки аэрофотоснимков. Второй такой центр – судя по всему, расположен в Кенигсберге, в котором вы гостили…

Павел Николаевич постучал ручкой по столу, словно привлекая внимание

– Полковник Теодор Ровель – как, оказалось – является не сотрудником Абвера, он руководит ранее неизвестной нам секретной службой Рейха, известной среди своих как Лисья нора. Эта спецслужба – является личной разведкой маршала Геринга, подчинена только ему и не имеет никакого отношения к Абверу. Хотя ее сотрудники – часто прикрываются либо разведпунктами Абвера, либо и вовсе – представляются пилотами Люфтганзы и других авиакомпаний. По тем немногим сведениям, какие нам удалось узнать – первоначально служба была создана как служба получения и дешифровки аэрофотоснимков с использованием гражданских самолетов, но теперь ее полномочия даже расширены. Теперь – маршал Геринг независимо от Абвера ведет разведку в тылу потенциального противника и даже своих союзников, заводит и ведет формализованные дела на цели для стратегических бомбежек. Они же – решают задачи по повышению эффективности поражения целей с помощью технических средств наведения. В частности – с использованием радиомаяков, так называемых "воздушных торпед",[137] автоматически наводящихся на эти маяки. Вы все поняли?

– Мы должны их уничтожить?

Павел Николаевич недоуменно посмотрел на князя, а потом… расхохотался… Искренне и шумно…

– О господи… да нет, конечно. Какой смысл их уничтожать? Скажите на милость… уничтожить. Уничтожив Ровеля – мы ничего не добьемся, просто ему на смену придет еще кто-нибудь. Мы должны перенять их опыт, молодой человек. Сделать свою – Лисью нору. И вам – полагаю, выпадет честь в этом поучаствовать…

– Простите, каким это образом?

– Все в свое время. Вы, кстати, радиолюбитель-механик, верно?

– Верно – ответил Шаховской, уже ничему не удивляясь.

– Это вам пригодится в вашей работе. Но для начала – вы должны пройти дополнительную подготовку. Того уровня навыков по выживанию, который у вас есть – совершенно недостаточно. Ждите здесь, никуда не отлучайтесь…

Богачева – пришлось ждать. Почти час. За это время – князь многое передумал, и уже почти пожалел, что ввязался во все в это. В конце концов – можно переучиться, пойти гражданским пилотом… возить пассажиров тоже кто-то должен. А небо есть небо.