Азовская альтернатива : Черный археолог из будущего. Флибустьеры Черного моря. Казак из будущего - Анатолий Фёдорович Спесивцев

пристрелили специально выделенные для такого случая снайперы, рассыпавшиеся вдоль стен. Стрелков же из башен для отражения штурма было заведомо недостаточно, хотя их пули и картечь скосили немало атакующих. Прежде чем лезть на стену, казаки перебрасывали через неё гранаты, ещё более облегчая себе жизнь. Именно за ними находились ближайшие резервы. Гранаты взорвались прямо среди них или над головами, произведя страшную прополку в их рядах. Спускавшимся казакам оставалось добить, можно сказать, из милосердия всех не убитых гранатами. Ошарашенные ультразвуком, оглушенные, контуженные взрывами гранат ополченцы и янычары не смогли оказать сколь-нибудь серьёзного сопротивления.

Всего при штурме стен казаки потеряли несколько десятков человек, в основном в башнях, где ультразвук оказался неэффективным. А гарнизон и городское ополчение при этом потеряли около восьмидесяти процентов защитников, большей частью не успевших сделать по врагам ни одного выстрела. Что приятно, город попал в руки казаков, в отличие от реала, неповреждённым, с целыми стенами и башнями. Правда, стенами без зубцов. Позже стоило городские укрепления существенно осовременить.

Не связанный постановлениями важных советов, Срачкороб принял в штурме самое непосредственное участие. Он возглавил сотню казаков, под его влиянием перевооружившихся дробовиками, целенаправленно двинувшуюся на арсенал крепости. Не приходилось сомневаться, что среди защитников Азова может найтись храбрец, готовый бросить горящий факел в бочку с порохом. Юхим вознамерился предотвратить взрыв арсенала с разрушением цитадели.

Для облегчения проникновения в центр города его отряд оделся в трофейную турецкую одежду, таковой у запорожцев было много. Благодаря вовлечённости резерва янычар в бой с штурмовым отрядом, ворвавшимся в речные ворота, сотня Срачкороба стремительно, без боёв, дошла до арсенала, легко – многие в сотне свободно говорили по-турецки – ликвидировала стражу и ворвалась в здание.

Численное преимущество, неожиданность, несравненно лучшая организация позволили казакам быстро блокировать подходы к пороховому погребу, убив стражей у его двери. Опомнились турки слишком поздно. Прежде чем в здании перебили всех защитников – бежать или сдаваться никто из них не собирался – они смогли только нанести отряду Срачкороба незначительные потери. Стрелять янычары умели. Своим умением рубиться они в этот раз воспользоваться не смогли. Казаки расстреливали всех замеченных турок, не допуская их на расстояние удара ятаганом.

Потеряв большую часть своего отряда в уличных боях, Али Бесстрашный сумел прорваться с десятком своих янычар к арсеналу. Он намеревался уйти с этого света с максимальным эффектом, с как можно большим числом врагов. То, что арсенал давно уже захвачен врагами, он и подумать не мог. Всех их, как в тире, без потерь со своей стороны, уничтожили казаки Срачкороба.

К сожалению для казаков, запас пугающих ракет закончился быстро, да и куда ими стрелять, если со всех сторон уже свои? Добивать отряд того самого аги, увлёкшегося уничтожением штурмовиков, пришлось в честном бою, так любезном сердцу Васюринского. Янычары смогли взять за свои жизни достойную плату. Несмотря на применение гранат и дробовиков, потери в этом бою были один к одному. Так что общие потери при взятии Азова казацким войском составили почти четыреста человек убитыми и умершими от ран. Ещё сотни три получили раны, излеченные позже.

Аркадий наблюдал за последним этапом боя за город с одной из башен приречной стороны. Ему разрешили туда подняться, когда полностью зачистили стены и башни. Зрелище со стороны было не впечатляющее. В конце двадцатого и начале двадцать первого веков научились убивать людей куда более эффектно и эффективно. Однако лезть в гущу сражения ему и не хотелось. В отличие от адреналинового наркомана Васюринского, страдавшего из-за отлучения от передовой, попаданец был уверен, что рисковать собственной шкурой им придётся ещё не один раз. И совсем не убеждён, что удастся уцелеть достаточное время для серьёзных изменений в истории. Всё только начиналось.

Путём реформ

Конец цветня 7146 года от с. м. (начало мая 1637 года от Р. Х.) Азов

Не бравшие в рот ни капли спиртного несколько недель, свою победу казаки отметили весело и бурно. Со стрельбой в воздух и по чайкам и воронам, с песнями и танцами. Вот здесь казачий табор обычному наёмническому лагерю тех лет проигрывал сильно. В нём не было женщин. Причём не только в запорожском, но и в донском. Более того, увлёкшись подавлением сопротивления последних янычар и местных ополченцев, казаки под горячую руку вырезали и подавляющее большинство представительниц прекрасного пола. Теоретически, по казачьим законам, они должны быть зарезанными или заколотыми без предварительного изнасилования, но ручаться за исполнение этого пункта именно тогда я бы не стал. Очень уж ненавидели донские казаки жителей Азова.

Освобождённые в городе христианки по мере сил пытались скрасить досуг храбрых воинов, но их было слишком мало, чтобы сделать это для всех. Кстати, шастая по казачьему лагерю, они не так уж сильно рисковали. За изнасилование, что у запорожцев, что у донцов, наказание было быстрым и беспощадным.

А потом, прямо возле Азова, состоялся большой круг Всевеликого Войска Донского. И на нём были приняты несколько судьбоносных решений.

Первое. Послать специальную станицу в Москву, к царю-батюшке о великой победе православного оружия. Просить его о милостивом разрешении торговать московским людишкам с Доном, беспошлинно завозить туда товар разный. Присылать казакам свинец, зелье, зерно, вино, а уж казаки службу свою охранять Россию исполнят. Во главе станицы поставить Потапа Петрова.

Второе. Разрешено было земледелие на юге владений Всевеликого Войска Донского. Возражений было немало, запрет на земледелие был одной из основ донского общества. Здорово помогли проведению этого решения запорожцы, у которых на землепашество никаких запретов не было. Поспособствовал и голод, пережитый этой зимой.

Третье. Атаман Татаринов выступил с большой обидой, жалуясь, что когда он заставлял казаков рыть многочисленные траншеи к стенам крепости, то многие не просто ворчали, жалуясь на утеснение тяжёлой холопьей работой, но и требовали его смещения. А траншеи-то спасли множество казачьих жизней. Причём, для убедительности, он назвал нескольких попавшихся на глаза казаков из числа не желавших перетруждаться перед боем. И названные, и другие горлохваты заметно смутились.

Предложил же Татаринов, что атаманы и есаулы должны держать ответ по истечении своих полномочий. Если, конечно, с врагами православного люда не знаются, таких-то негодяев, уличённых в предательстве, казнить можно сразу после суда казачьего. Сытые и пьяные казаки поддались, хотя тоже не без сопротивления, такому давлению и проголосовали за. Кое-кто из самых неуступчивых не решился второй раз подряд противоречить атаману.

Четвёртое. Поддержали они и развитие на Дону ремёсел и торговли. Ходить босиком и в обносках всем надоело. Да и налоги, которые предстояло платить торговцам и ремесленникам в казну войска, лишними не были.

Пятое. Очень бурные дебаты и немалое сопротивление вызвало предложение об отчислении