Логово дракона. Обретенная сила - Бернхард Хеннен

Теперь мальчик смотрел на него так, словно опасался за его рассудок. Абир понимал, что все это может звучать очень запутанно, и то, что мальчик не доверяет ему и его способности судить, разозлило его. Тем не менее, он решил пойти на уступки.

— Может быть, ты и прав, мальчик, и Аарон из-за этого страшного происшествия стал еще большим дураком, чем был.

— Но то, как он спас Джубу, как в одиночку пошел на облачный корабль ишкуцайя. Это ведь было потрясающе! Это поступки героя! Команда корабля-дворца любит его за это. Настроение на борту заметно изменилось. Он был...

— Он и тебя уже очаровал, мальчик? Не дело это — когда бессмертный втирается в доверие к своим подданным. Он бог среди людей. Ему такое не нужно!

Паланкин остановился, и сквозь прозрачную ткань занавесок Абир увидел широкие мраморные ступени храма Единства.

— В нашу задачу как священнослужителей входит устранение каких бы то ни было сомнений. Поэтому теперь мы позаботимся о том, чтобы весть о святотатстве, которое Аарон хочет совершить над героями прошлого, была услышана нужным человеком. Говорят, Курунта, хранитель Златых Чертогов, казначей Лувии, каждый день приходит помолиться в храм Единства. Мы должны помолиться вместе с ним. Может быть, таким образом мы добьемся того, чтобы девантар еще раз пригляделся к Аарону.

— А если он не одержим?

— Тогда эта глупость насчет того, чтобы похоронить эльфийку в небесах, все равно сыграет нам на руку. Зачем предоставлять свое будущее судьбе, если у нас есть возможность строить его самим? В ближайшие дни я пошлю священнослужителей через Золотые ворота в Акшу, чтобы они подготовили изменения в управлении во дворце. Лишение власти сатрапов, других любимчиков и дармоедов. И тебе в этом отводится решающая роль, Барнаба. Ты позаботишься о том, чтобы Аарон пал еще ниже и чтобы у него не было иного выхода, кроме как уступить желанию храма. А теперь слушай хорошенько, мой мальчик, ибо сейчас я объясню тебе, что ты должен делать, — Абир улыбнулся мальчику, не обращая внимания на сомнения в его взгляде. Барнаба доверяет ему и в нужный момент поймет, что его восхищение геройством Аарона ничего не значит по сравнению с положением и указаниями друга его отца Абира. Его план хорош — и он сработает.

О войне драконов

«1. В целом Дайя разделена на семь частей. В каждой из них свой язык, устройство и обычаи. Общее у них только то, что управляет каждой из этих империй бессмертный, человек, выбранный девантаром за свои таланты и получивший от него вечную жизнь.

Из всех жителей семи империй те, что живут на Плавучих островах, самые мирные. Они очень мало общаются с другими народами. Среди детей человеческих рассказывают, что эти острова дрейфуют в море, подобно плотам, и ни один из них нельзя дважды увидеть в одном и том же месте. Это предположение может строиться на том, что мореходы детей человеческих боятся открытого моря, ибо еще не научились руководствоваться положением звезд.

Самая воинственная из империй та, что зовется Лувией. Там правит бессмертный Муватта, кузнецы которого научились ковать железо, что помогло империи обрести слишком большую власть на полях сражений, ведь их соседи сражаются оружием из бронзы, которой не справиться с железом. Лувийцы называют свою империю Великим домом, они разделили ее на комнаты, под которыми, однако, подразумеваются не провинции, а различные сословия, которым под угрозой смерти запрещено смешиваться друг с другом.

Самые храбрые из детей человеческих, вне всякого сомнения, те, кто происходит из лесной империи Друсна. Они любят войну и живут ради нее. Почти без доспехов, иногда даже совсем нагишом, защищенные только своими разукрашенными щитами, они бросаются в бой, где ищут противника, равного себе по мужеству и храбрости. Поэтому многие из них умирают от ударов мечом в спину, поскольку они просто пробегают мимо самых мелких своих врагов. Несмотря на то что у них тоже есть бессмертный, их королевство не организовано по строгим законам, как в Лувии. Часто из различных племен сколачивается банда для нападения на соседей, угона скота и снискания славы, ибо доброе имя воина весит в этой империи больше золота. В странной противоположности к их воинственности находятся ритуалы, которые каждый, проливший кровь, должен провести по возвращении на родину. Так, витязи в первую очередь идут в священные рощи, чтобы предстать перед предками и попросить прощения у душ тех, кого они убили на полях сражений. Лишь после этого воинам дозволено вернуться к своим или лечь в постель с женщиной.

Пожалуй, самым мудрым бессмертным можно назвать того, кто правит королевством Арам. И однако, именно при его дворе лазутчики детей альвов добивались наивысших должностей. Правитель всех черноголовых, как его называют подданные, отличился мужеством на поле боя; говорят, будто однажды лишь с помощью огня в своем взгляде и поднятого божественного меча ему удалось заставить целый флот пиратов сложить перед ним оружие. Они настолько сильно изменились, что убийцы и поджигатели стали священнослужителями и заслуженными воинами в личной гвардии бессмертного.

Самой загадочной из семи великих империй детей человеческих является та, которую называют Цапоте. Она находится в отдалении, омываемая со всех сторон морем, у нее нет соседей, желавших бы ее жителям зла. Здесь бессмертный не король, как в других империях, а священнослужитель, и его трон стоит в Пернатом доме, где часто гостят девантары, как у других правителей — провинциальные князья. Словно горы, вздымаются ее храмы над лесами, и говорят, что они уходят вглубь мира дальше самых глубоких корней. Лишь немногие путешественники приходят в страну Цапоте, а ее жители не раскрывают своих тайн. Поэтому ходят только слухи о черве или змее глубоко под храмами. Существо, подобное богу, которому благодаря бесчисленному количеству жертв дарована вечная жизнь. Говорят, что самые великие воины лесов пьют кровь змеи и едят ее плоть, после этого преображаются и могут сражаться с силой священного ягуара.

Самые безудержные из детей человеческих — степные кочевники Ишкуцы. Множество мелких королевств подчинили они себе, завоевали бесчисленное множество сокровищ и, несмотря на это, практически ничего не забрали с собой. Они испытывают весьма слабый интерес к вещам, которые не могут передвигаться самостоятельно. Для них свобода — это все, они — неустанные скитальцы степей. Даже их бессмертный живет не во дворце и не в храме. Он правит при Кочующем дворе, и его тронный зал — это юрта на колесах. Его сокровища — это сопровождающие его стада, его жены и дети. Поскольку они никогда не стоят на месте, этот народ непобедим для врагов, войска которых теряются на просторах степи.