Почти герой - Богдан Дорошин

Собрание закончилось, но многие гости уезжать не спешили. За окном до сих пор гремела гроза, а частые молнии врывались в окна ослепительным светом. Те члены Ордена, что очень уж спешили, воспользовались телепортами, отчего подвергли риску свою жизнь еще раз.

В мрачном холле зажгли свет, а кто–то даже умудрился оживить огромный камин, вокруг которого в креслах разместились самые расторопные. Дархан вместе с Канном не вошли в число счастливчиков, оставшись стоять возле лестницы.

– Здесь определенно не хватает слуг, – пожаловался Канн. – Или хотя бы кого–то, кто мог бы приготовить и принести пожрать.

Это был человек не робкого десятка, который за весьма длинную жизнь так и не расстался с привычкой говорить косно и вульгарно. Если бы не шитый золотом камзол, лакированные туфли и шелковые чулки, поддерживаемые подвязками и пышными бантами, то Канна все бы принимали за обычного оборванца, сына кузнеца или еще кого. Но между тем, если не обращать внимания, на слегка небрежные манеры, он был великолепным боевым магом, каких немного в Первом королевстве.

– Насколько я помню, – протянул Дархан, – даже во времена моего детства здесь было чрезвычайно мало прислуги. Один лакей, две горничных, повариха и конюх.

Далеко на улице раздался особенно сильный раскат грома, который встревожил почтенных магов у камина. Канн недовольно посмотрел в окно, словно искал в нем виноватого. Потом он развернулся к своему другу и буркнул:

– Не нравиться мне все это.

Дархан так же посмотрел в окно и ответил:

– Мне тоже.

– Чертовски плохая ситуация. – Продолжал Канн. – И пусть Онор всегда все преувеличивает, но чует мое сердце, в этот раз намечается что–то действительно страшное.

– Только не говори, что ты испугался.

Вычурно одетый маг измерил своего коллегу уничтожающим взглядом. Потом он предостерег его пальцем, мол, таких слов больше не произноси. Дархан улыбнулся, после чего его примеру последовал и Канн.

– Я ничего не боюсь, и ты это знаешь. Но я, слава богам, все еще осторожен. Если в самой верхушке завелся ренегат, то вся структура Гильдии гроша ломанного не стоит. И что может не устраивать, если ты и так выше всех?

– Многое. Но не забивай себе голову, это дело не наше. Пока не наше.

Канн тоскливо обернулся и посмотрел на компанию, которая как ни в чем не бывало, грелась возле камина. Свободного места там не наблюдалось, и хоть в замке были другие камины, идти и разжигать их не было никакого желания.

– Ты будешь привлекать семью? – спросил Канн, вновь обернув голову к своему собеседнику.

– Возможно, – не стал спорить Дархан, но, после, поразмыслив, опроверг собственные слова: – Нет, не думаю – справлюсь и без них. К тому же, большинство моих родственников даже не знает о существовании Ордена.

– А еще ты боишься, что кто–то из твоей родни может быть замешан в предател…

Канн умолк, заметив, какими угрожающими стали глаза Дархана. Все что касалось семьи, воспринималось его другом очень остро, впрочем, как и любым другим благородным. В точности так же, как до этого Канн, Дархан поднял палец и пошевелил ним из стороны в сторону, предостерегая друга, после чего оба выдавили по улыбке.

– В любом случае, кто бы ни был этот предатель, – произнес маг, – Орден отыщет его, и накажет в соответствии с нынешним временем.

Город, который рассматривал Дархан с крыши одного из зданий, назывался Драксо. Это была самая южная окраина королевства, куда война не забредала вот уже триста лет. Местные жители привыкли к размеренной и спокойной жизни, что давал им их сюзерен и владыка вместе с Гильдией. Высокие живописные холмы, бухта, мол и ряды ухоженных домиков располагали ко всему, кроме беспокойства.

Дархан мысленно встряхнул себя, вспоминая, что прибыл в этот городишко исключительно по делу. За сегодняшний день ему удалось побывать в трех подобных поселках, где он провел допросы с пристрастием всем подозрительным чиновникам и градоправителям. На очереди был здешний мэр, который подлежал проверке, как и все.

Дархана тошнило проверять еще одного подозрительного забулдыгу из провинции. Голова у мага кружилась, за день он телепортировался трижды, что не могло сказаться на его самочувствии. Подобную работу должны выполнять новички из Гильдии, а не элитные колдуны Ордена, но что поделать, если задание их совершенно секретное!

Сражаясь с раздражением, Дархан поправил рукава своего плаща из грубой ткани и, пользуясь приставленной к крыше стремянкой, спустился на улицы города. Местный люд казался ему слишком распущенным, своевольным и даже местами наглым. Несколько солдат, повстречавшихся ему на пути, только закрепили это мнение, когда громкой гурьбой прошли мимо.

Но ратуша выглядела пристойно и была ухоженной, чего нельзя было сказать про административные здания тех городов, что успел посетить за сегодня маг. Он окинул взглядом добротные двери и скучающий караул, который, явно не выспавшись ночью, делал это сейчас, оперевшись на свои алебарды.

Об инспекции Дархан счел необходимым никого не уведомлять, ведь его положение было заведомо выше, чем положение местного мэра. Подойдя к двери, он тронул за плечо дремлющего караульного, приказывая впустить его.

– Что? – удивился солдат, прищурился и недобро выругался. – Да ты видел себя со стороны, оборванец несчастный? А ну идти отсюда, пока я тебя не избил как…

Не будь Дархан так раздражен, он, может быть, и выслушал бы караульного до конца, но троекратное перемещение в пространстве сказалось на нем сильнее, чем он сам думал до этого. Мысленно прочитав формулу, он навесил на солдата заклинание сна, отчего тот продолжил свое недавнее занятие, только уже растянувшись на полу. Другие караульные, заметив недоброе, поспешили к «оборванцу», но попадали задолго до того как настигли его.

Дверь пришлось открывать самому, отчего самолюбие мага слегка уязвилось. Он решил, что местного мэра сварит вместе с его же чиновниками, если хоть что–то в его делах будет не в порядке. Между тем, эти же чиновники, встретили инспектора весьма враждебно, чуть ли не в штыки, отчего дарханово терпение подошло к концу.

Внимательно обведя шайку госслужащих, маг выбрал самого неприятного, после чего предупредил, что является представителем Гильдии и от нечего делать, ему нужно поговорить с мэром. Как и ожидалось, сперва никто не верил, но после того как «неприятный» свалился на землю, схватившись за быстро покрывающееся бородавками лицо, сомнения остались лишь у немногих.

«Если я еще раз отправлюсь в подобное предприятие, – подумал Дархан, – то обязательно выскажу все Онору. А еще лучше – возьму его с собой!».