Этноспорт. Руководство пользователя - Алексей Кыласов

Президенте Российской Федерации по физической культуре и спорту (2013–2018) [МВК]. Операциональные возможности и инструменты такого взаимодействия были разработаны, апробированы, проанализированы и представлены в статье «Межведомственное взаимодействие в спорте» [Кыласов 2017б].

Опыт межведомственного взаимодействия был также использован в ходе подготовки и проведения других мероприятий Федерация этноспорта России и ее региональных отделений в Иркутской области, Москве и Московской области, Республике Бурятии, Республике Саха (Якутия), Ростовской области, Санкт-Петербурге, Тамбовской области, Тверской области и ХМАО-Югре.

Однако взаимодействие со спортивными ведомствами в этих регионах позволило выявить не только позитивные моменты расширения привлекаемых ресурсов, но негативные последствия требований спортивной отчетности. Уровень негативного воздействия отличается от региона к региону социокультурными особенностями территорий. Например, в статье «Сопоставление опыта спортизации традиционных игр Югры и Якутии» [Кыласов 2016б] проанализированы большие различия: в Якутии развивают исключительно национальные виды спорта, причем только народа саха, а в Югре поощряют игровую культуру всех народов региона, причем без обязательного «превращения» в спорт. Деятельность Федерации этноспорта ХМАО-Югры поддерживается в рамках различных программ с привлечением ресурсов различных департаментов Правительства ХМАО-Югры — культуры, образования, природопользования, физической культуры и спорта, что создает большую привлекательность для зрителей и привлекательные условия для спонсоров, покрывающих свыше 60 % бюджета таких мероприятий [Кыласов 2016б].

В Якутии «эффект колеи» (по А. Аузану) предыдущего опыта развития национальных видов спорта не позволил реализовать инновационный потенциал модели этноспорта. Но в то же время удалось в полной мере реализовать весь инновационный потенциал разработанного подхода в социокультурном проектировании традиционных игр и состязаний в ХМАО-Югре — начиная с исследовательской деятельности в подготовке мероприятий и заканчивая имплементацией модели этноспорта.

При поддержке Правительства ХМАО-Югры была проведена важная для региона научно-практическая работа по исторической реконструкции и возрождению традиционной хантыйской борьбы нюл-тахли, которая завершилась восстановлением этого утраченного элемента праздников народного календаря (Вит Хон хатл, Вурна хатл, Медвежьи игрища). Результат этого научного эксперимента, проведенного вместе с моим коллегой А.С. Тедорадзе, подтвердил научную достоверность параметров модели этноспорта: восстановленный образ традиционной борьбы нюл-тахли был не только признан общинами хантов, но и полностью соответствовал изображению в кинохронике начала прошлого века, которую мы обнаружили год спустя (2015) после успешного завершения нашего эксперимента. Отчет был опубликован в виде статьи «Проблемы сохранения и развития традиционной борьбы нюл-тахли» в ключевом по этой проблематике рецензируемом научном журнале «Вестник угроведения», индексируемом в Scopus и WoS [Кыласов, Тедорадзе 2014].

Полученные данные в ходе имплементации модели этноспорта были проанализированы в статье «Социокультурные и экономические аспекты проектирования традиционных игр» [Кыласов, Гуреева 2016], что позволило сформировать и обосновать методику ивент-менеджмента этноспорта. Опыт организации мероприятий этноспорта показал, что ядро участников соревнований составляют спортсмены, поэтому основой социокультурного проектирования стало сотрудничество со спортивными организациями. Поначалу приглашались к сотрудничеству в качестве соорганизаторов мероприятий по модели этноспорта спортивные федерации: по хоккею с мячом — для турниров по клюшкованию, по гребле на байдарках и каноэ — для гонок на обласах, по тяжелой атлетике и пауэрлифтингу — для турниров силачей, по единоборствам — для кулачных боев и другие. Вопреки ожиданиям, сотрудничество со спортивными федерациями свелось к постоянным недоразумениям в вопросах судейства по традиционным правилам и к избыточной формализации церемоний (построения, шествия, награждения), разрушающих атмосферу праздника. Выход был найден в заключении рамочных соглашений со спортивными федерациями об участии в турнирах по модели этноспорта спортсменов из схожих видов спорта:

— атлетов командно-игровых видов спорта (бейсбол, крикет, регби, футбол и другие);

— атлетов лодочных гонок (академическая гребля, байдарки и каноэ, лодки драконы, рафтинг и другие);

— атлетов силовых видов спорта (гиревой спорт, пауэрлифтинг, стронгмен, тяжелая атлетика и другие);

— атлетов спортивной борьбы (вольная борьба, греко-римская борьба, дзюдо, самбо и другие) для участия турнирах по традиционной борьбе.

Однако участие спортсменов не обеспечило ожидаемого роста вовлечения зрителей. Как выяснилось в ходе экспериментов, решению этой задачи способствует расширение программы соревнований, в которых могут принять участие даже те, кто не имеет специальной подготовки. Успешный опыт проведения Атмановских кулачек с использованием такого подхода в проектировании показал устойчивый рост интереса к соревнованиям по борьбе за-вороток, стеношному кулачному бою, играм — кила, лапта, рюхи, а также хороводным играм, исконным забавам — клек, чиж, стрельба из традиционного лука и другим. В этих турнирах принимают участие новички, но, получив соревновательный опыт, они продолжают практику на следующих турнирах.

В рефлексировании возникающей притягательности этого подхода мы использовали определение «круга игры» (по И.А. Морозову) [Морозов, Слепцова 2004], в котором заключается миссия народных праздников, формирующих идентичность каждого индивида этнических групп через «верное восприятие им и усвоение общих культурных ценностей», согласно максиме античных времен, известной по изречению Аристотеля [Аристотель 1983: 35]. Вовлечение зрителей обеспечивает запуск механизмов самоорганизации, что достигается действиями специально подготовленных аниматоров, чья исторически обусловленная функция заводил-запевал-зачинщиков реализуется в новых социокультурных условиях с использованием всего арсенала современных технических средств.

Серьезной проблемой продвижения модели этноспорта стало отсутствие «живой традиции», которая фрагментарно еще сохранилась в культурной памяти, но почти повсеместно перестала воспроизводиться. Для ее «оживления» требовалась особая деятельность и, разумеется, необходимо было найти источники ее финансирования. Изучение этой проблемы велось в условиях включенных наблюдений, анализа данных с нарастающим итогом и перспективного моделирования. Первые результаты исследования были изложены в статье «Экономика этноспорта» [Кыласов 2016в].

Мы исходили из того, что финансирование проектов в области традиционной культуры не приносит прибыли организаторам и потому осуществляется за счет средств государственных и муниципальных грантов. Однако такая ситуация усугубляет хронический дефицит в обеспечении потребностей существующих культурных проектов — фольклорных фестивалей и конкурсов, выставок народного творчества, массовых гуляний и других форм поддержки потенциальных объектов нематериального культурного наследия. После ряда сопоставлений и моделирования процессов, мы пришли к выводу, что перераспределение средств в пользу поддержки малых форм сопоставимо с эффектом энтропии — неизбежного рассеивания энергии, поэтому мы сравнили поддержку в виде целевого финансирования игровых площадок на массовых мероприятиях с эффектом фейерверка: «сноп искрящихся огоньков даже одного залпа салюта не менее эффектен, чем нескольких одиночных выстрелов ярких ракет» [Кыласов, Гуреева 2016: 397].

В развитие этого тезиса, мы пришли к выводу, что увеличение числа финансируемых проектов в рамках одного события обратно пропорционально суммам вложений — «дорогостоящие долгосрочные проекты поддержки творческих коллективов с их редкими выступлениями сопоставимы по воздействию на публику с гораздо менее затратными интерактивными площадками на народных праздниках» [Кыласов, Гуреева 2016: 398].

Когда по прошествии пяти лет с начала деятельности Федерации этноспорта России (2011–2016) накопился эмпирический материал для осмысления, мы осознали, что нам не хватает количественных данных восприятия внедряемой модели этноспорта, поэтому было разработано и проведено два масштабных социологических исследования. Сначала был проведен