Зеленые береты - Игорь Марченко

Пирс сделал быстрый знак Першину заняться охранниками вокруг бункера, а сам взял на прицел генерала. Такую жирную добычу грех упустить. Как показывала практика, лишившись командного состава, вьетминцы теряли присутствия духа и становились легкой добычей.

Внезапно словно почувствовав угрозу, генерал резко обернулся и пристально уставился во тьму ночи, откуда на него смотрел Пирс. Зябко поежившись, подозвал к себе двух солдат и кивком головы указал в ту сторону. Те послушно взяв автоматы на изготовку, медленно направились к затаившимся разведчикам. Сам же генерал быстро пересек свободный от ящиков с боеприпасами участок холма и скрылся внутри бункера.

«Черт бы его подрал!» – выругался про себя Сергей.

Солдаты подошли так близко, что чуть не наступили ему на руку. В пол голоса, обсуждая приказ генерала, тщедушного вида вьетминцы еще немного потоптались на месте собираясь уходить, когда у бункера раздались тихие вскрики и несколько охранников упали замертво. Пришлось, наплевав на осторожность сбить и этих с ног и двумя молниеносными ударами клинка добить. Бесшумные очереди расчистили путь к бункеру, однако панику было уже не остановить. Наблюдая, как товарищи в брызгах крови оседают на землю, остальные вьетминцы открыли беспорядочную стрельбу во все стороны. Сорвав с ремня осколочную гранату, Пирс метко закинул ее в гущу солдат. Вызвавшая детонацию снарядов одна единственная граната, эффективнее бомбардировщика выкосила весь артиллерийский расчет холма. Стреляя на бегу короткими очередями в дверной проем, Сергей успел первым ворваться в бункер, до того как бронированную дверь успели захлопнуть у него прямо перед самым носом. Увернувшись от штыка, в свою очередь ударил по искаженному от ненависти лицу прикладом. Перепрыгнув через упавшего солдата прямо с бедра, всадил длинную очередь вдоль бетонного коридора, где вдали мелькали оливковые мундиры. Появившиеся минутой позже Першин и остальные поддержали из своих автоматов, после чего закрыли и заблокировали дверь за собой.

– Зенитные платформы на северной стороне комплекса. Последовательно зачистите оба коридора ведущие к траншеям и заминируйте. – Распорядился Пирс.

– Сделаем. – Коротко кивнул Першин.

Прошедшие здесь многочисленные бои почти начисто уничтожили всякое освещение. Тусклые лампы аварийной сигнализации здорово действовали на нервы. С опаской пробираясь внутри бункера, разведчики часто натыкались на неорганизованное сопротивление которое жестоко подавляли. Сергей, помня о присутствии где-то поблизости генерала, приказал по возможности взять его живым и вскоре такой шанс им предоставил сам генерал.

На открытых зенитных площадках суетились враги, спешно готовясь к стрельбе по приближающейся в ночи транспортной авиации Анклава. В обычное время площадки закрывались бетонными куполами, которые сейчас были сдвинуты в сторону. Длинноствольные высокоскоростные турельные пушки калибра сто миллиметров были захвачены вьетминцами практически целыми и невредимыми. Сбежавший в страхе расчет союзников, оголил фланги. С этой высоты 137 вся территория базы просматривалась как на ладони. По другую сторону небольшой цепи холмов находилась уже территория Северного Вьетминя, где в этот момент сверкали тысячами огней подтягивающиеся колонны с боеприпасами и свежими силами.

Зеленые Береты тут же кинулись к пушкам и стали с помощью подвижных платформ разворачивать их на сто восемьдесят градусов.

– Отведайте наших гостинцев! Огонь по готовности!

Недобро ухмыльнувшись, Сергей припал глазом к электронным окулярам командного перископа и дал добро на залп одновременно из дюжины пушек. Миг грохота, звона в ушах и вот впереди и позади колонн врагов цепочкой распускаются огненные цветки разрывов. К сожалению, механизм автоматической перезарядки не работал, так что пришлось оставить батарею, предварительно ее заминировав. Для начала, атаковав сектор, в котором располагался массивный механизм, управляющий створками, разведчики обезвредили все огневые площадки, снова накрыв их бетонными крышками, а потом быстро отсекли вьетминцев от подкреплений уже собравшихся по веревочным лестницам спускаться в бункер.

Бой был скоротечным и кровавым. Вырубив остатки освещения, спецназовцы надели на глаза приборы ночного видения и в течение пятнадцати минут последовательно уничтожили всех, кто их пытался атаковать в лоб. Для того чтобы вывести зенитные орудия из строя, достаточно было закинуть в ствол гранату после чего больше не волноваться, что пушкой еще кто нибудь сможет воспользоваться. Пока его подчиненные занимались выводом их из строя, Сергей вместе с Першиным поспешил следом за отступившим генералом. Он не успел далеко уйти. Все кто выжил, засели на нижнем уровне бункера, готовясь к эвакуации.

Переждав очередь за углом коридора, Пирс швырнул в сторону стрелявшего световую гранату, а следом за ней и осколочную. После оглушительного взрыва в замкнутом пространстве, он успел выскочить на небольшой перрон, где грузовые локомотивы, доставляли по железнодорожной ветке боеприпасы для пушек. Гневно отдающий приказы разгоряченный генерал отправлял на убой одного солдата за другим. Сам он без устали возился с управлением головной частью поезда, готовясь совершить побег по подземной линии. Под его командованием оставалось не больше дюжины солдат. Укрывшись за пустыми платформами, они ожесточенно отбивались, готовясь биться до последнего. В буквальном смысле, перекидываясь друг с другом гранатами, разведчики и вьетминские пехотинцы втянулись в безумный танец со смертью. В один из моментов напряжение достигло такого накала, что сам Пирс уже не понимал, жив он или уже на небесах. Гремевшие повсеместно громовые разрывы одновременно со стрекочущими залпами автоматов вьетминцев, заполнили собой окружающий мир. Перед глазами пульсировал лишь алый тоннель в конце, которого мельтешила ненавистная мордатая физиономия генерала.

Медленно проехавший вдоль перрона поезд с генералом, как раз проезжал мимо того места, где притаившийся Першин, не преминул ловко закинуть в кабину последнюю гранату. Не ожидавший подобной подлости Зиап, попробовал выпрыгнуть на ходу, но неудачно запнулся и растянулся во весь рост. Граната на удивление обоих не взорвалась. Толи запал оказался бракованным, толи просто генерал ужасно везучим, тут как говориться история умалчивает. Смерть могущественного помощника председателя Ли, судьба вложила в руки одному из его собственных людей неправильно истолковавшего надпись на языке гаиджинов и передвинувшего стрелку не в то положение. Состав генерала, миновав стрелочный перевод, выехал на встречный путь, по которому уже ехал другой состав, под завязку груженный снарядами для гаубиц.

Успев прыгнуть головой вперед следом за Першиным в узкий инженерный лаз, Пирс быстро заскользил вниз по узкой трубе, пока не вылетел в пустоту и не погрузился с головой в затопленный грунтовыми водами широкий водосток. Ударная волна от взрыва настигла их уже на выходе в пещеру, когда два уставших и промокших насквозь человека выбрались на берег подземной речушки, протекавшей по сети старых карстовых пещер. Эти ходы были естественного происхождения, вымытые потоками воды в мягкой почве.

– Жаль, с нами нет Хога. – Посетовал Першин. – Пещеры это его стихия.

– Сами выберемся! – отрезал Пирс, включая фонарь.

– Когда граната не рванула, я был готов сам взорваться от злости.

– Было бы счастье, да несчастье помогло. Одним высокопоставленным «гуком» стало меньше.

– Лично меня больше волнует как мы выберемся к своим. Не можем же мы выкопать себе нору одной саперной лопаткой. Если компас не врет, речушка течет в правильном направлении и если следовать вдоль ее русла то рано или поздно выберемся к Конгу.

– Слишком далеко. – Не согласился Сергей. – Попробуем найти другой выход, если его конечно не завалило взрывом. Я чувствую приток свежего воздуха, а значит где-то есть отверстие, ведущее на поверхность.

Потратив несколько часов на поиски выхода, разведчики с облегчением остановились у ржавой, покосившейся лестнице ведущей вертикально вверх. Где-то в двадцати или тридцати метрах светился едва видимым светом полуоткрытая щель неплотно закрытого люка. Взобравшись по лестнице, Першин осторожно выглянул через щель наружу, после чего отодвинул люк. Друзья очутились в полуразрушенном подвале комендатуры, куда и вел древний секретный ход. В предрассветных лучах нового дня вокруг царила подозрительная тишина, нарушаемая редкими выстрелами. Ночной туман рассеивался, открывая взору печальные руины первой оборонительной линии. Они вышли прямо к своим.

– Слава богу, дошли. – Першин смахнул беретом со лба пот и трижды перекрестился.

– Надеюсь, остальным повезло выбраться к своим так же как и нам.