Путь друг к другу (СИ) - Татьяна Тюрина

Келина же фыркнув, задрала нос, бросив на него пренебрежительный взгляд.

— Нет никакой необходимости меня приветствовать, генерал, — она ещё сильнее скривилась, называя его так. — Ведь мы с вами и в предыдущий раз не попрощались.

— Мои глубочайшие извинения. Обстоятельства сложились так, что мне было необходимо срочно отбыть.

— Не утруждайте себя извинениями. Мне всё равно, — сказала принцесса, сознательно нагрубив ему. И демонстративно пройдя мимо него, она подошла к королеве Шатории и с величественной грацией склонилась.

— Моё почтение, Ваше Величество. Мой отец, король Анаквий Третий, также шлёт вам своё глубочайшее почтение и выражает надежду, что вы в добром здравии.

Альдан не обратил внимания на намеренную грубость Келины. Теперь, когда он всё осознал для себя, то смотрел на неё и пытался понять, почему именно она оказалась такой особенной.

Одетая в мужскую дорожную одежду воина, лишь слегка переделанную под девушку, волосы просто собраны на голове и нет даже намёка на шпильки, никаких женских ухищрений в виде румян или белил для лица. Она выглядела ничем не примечательно… Но почему-то он едва заставил себя отвернуться от неё. И как только он отвёл взгляд, ему опять мучительно захотелось на неё посмотреть.

Но продолжая играть роль, Альдан опять нацепил улыбку и, предложив Риане руку, сопроводил её к королеве.

Шатория Алекионская, впрочем, не отличалась такой же королевской вежливостью, как принцесса, хотя благосклонно кивала слушая то, что та говорила. Когда же с любезностями было покончено, она встала и, бросив ревнивый взгляд на Альдана, всё же подошла к Келине, придирчиво заглядывая ей в лицо.

— Ах, девочка моя. Что же ты с собой сделала. Вся в матушку… та тоже была упрямой и своевольной. Говорила я, что негоже в королевы брать простолюдинку, да ещё и из чужих земель.

— Моя матушка была хорошей правительницей, — сдерживая раздражение, сказала принцесса.

— Конечно-конечно, — отмахнулась Шатория и обратила своё внимание на Риану. — Рада приветствовать жрицу Небесной Богини. Я была удивлена, узнав, что вы уже взрослая. — Она усмехнулась, стараясь скрыть ревнивый взгляд, так как Альдан всё ещё стоял рядом с этой молодой красноволосой девушкой. Шатория была умна и понимала, что со жрицей не стоит ссориться, понимала она и то, что даже короли обязаны были склоняться перед Небесными Посланницами и потому, пусть и с неохотой, но склонила свою голову. — Для меня честь видеть вас в моём замке и должна признать, что здесь вас, как ни в одном другом месте, будут почитать и уважать за ваши боевые навыки.

— Я тоже приветствую тебя, но ответь мне, пожалуйста, почему именно здесь, как ни в одном другом месте? — спросила Риана, так что Шатория на миг онемела, не зная, что ответить, потом опять натянуто улыбнулась и пояснила:

— Алекион королевство, где весьма уважают воинские способности, как мужчин, так и женщин. А о ваших способностях даже мы слышали.

— В таком случае, мне приятно, — сказала Риана, чувствуя некую раздражительность со стороны Шатории. В другое время она бы постаралась поговорить с ней, понять причины и постараться убрать эту неприязнь. Сейчас же у неё не было на это времени, и потому Риана сразу перешла к главному: — Однако я прибыла сюда не просто с визитом. У меня есть срочное дело…

— О дела, дела… — мученически вздохнула королева. — Все дела завтра, сегодня же я приглашаю вас присоединиться к нашему празднику. — Она подтолкнула жрицу вперёд, надеясь, что та не восприняла его как излишнюю грубость. — Я познакомлю Вас с нашими лучшими воинами, уверена, вы найдёте общий язык и приятную для себя компанию.

Шатория была готова на многое, лишь бы жрица, весьма недурная собой, оказалась подальше от Альдана. У королевы на него были свои планы. Ей и так едва удавалось держать своих распутных дочерей подальше от красивого генерала Дракона. Даже Микра, её младшая дочь, которой едва стукнуло пятнадцать, уже успела обзавестись женственными формами и увести у матери ни одного любовника. Хотя таскать мужчин в свою постель та начала с тринадцати. И с тех пор во всём замке тех, кто не побывал без штанов в её комнате, едва удавалось посчитать по пальцам. Тем не менее, несмотря на распутство, Шатория любила младшую дочь, так как, даже имея пристрастие к мужчинам, она могла ставить тех на место. Едва любовник ей надоедал, Микра, не раздумывая, выгоняла его и находила нового. Не забывала девочка и беречь себя, регулярно принимая нужные снадобья, чтобы не понести, как это случилось с её старшей сестрой.

Ласките было восемнадцать, но в детской та уже имела дитя, что расстраивало её мать. Девочка была значительно красивее младшей сестры и значительно умнее, и потому для Шатории оставалось загадкой, как девчонка так сглупила, что принесла в подоле ублюдка. Да ладно ещё от воина какого-нибудь, так нет — от конюха!

Хотя, признаться, мальчишка был хорош собой, и она сама бы его затащила к себе, если бы не дочь. Ласкита же, несмотря на свой ум, всё же влюбилась и понесла от юнца.

И королеве-матери ничего не оставалось, как выслать парня за стену замка и приказать втихую перерезать тому горло, чтобы не болтал лишнего. Младенца подкинула, приплатив, одной девице, которая недавно родила. Кто там вспомнит, одного или двух рожала. И никто в замке не знал, что второй горлопанящий свёрток — её внук, да и к лучшему это. Негоже будущей королеве до брака иметь ублюдка. Это мужчинам ещё можно, а вот девицам не так всё просто с рук сходит. И так было сложно скрыть большой живот Ласкиты. Приходилось делать вид, что старшая дочь серьёзно больна, и теперь, когда роды позади, выздоравливает. Да и сама принцесса первое время после того выглядела болезненной. К тому же она всё ещё злилась на мать, так как та выгнала конюха. Хвала небесным, эта девица не знала, что тот уже кормит червей.

Шатория надеялась, что дурь из её головы выветрится и со временем, похоже, так и произошло. Лакита стала мудрее и, хотя продолжала тайно ходить к своему ублюдку, всё же согласилась с матерью, что та приняла верное решение, скрыв её неудачный роман. Сейчас же она выглядела даже краше, чем раньше, и так же, как и Микра, начала водить любовников к себе. Хотя, в отличие от сестры, меняла их гораздо реже.

И хотя Шатория по-прежнему всё ещё была довольно привлекательной, она серьёзно опасалась, что одна из этих вертихвосток уведёт красавца Альдана у неё из-под носа. Такие мужчины, как он, всегда предпочитают самое лучшее. И её радовало, что он хоть и видел её дочерей, всё же уделяет время именно ей. Ей это льстило.

И когда все вернулись к столу, Королева, естественно, усадила Альдана рядом с собой, демонстрируя всем, в том числе и Риане, в коей видела соперницу, что этот мужчина принадлежит ей.