Московская магия. Первая волна - Артем Михалев

В себя пришли одновременно. Я головой трясу, вампирша прокашливается.

— Еще раз попытаешься, я тебе сделаю больно. — Подтверждая свои намерения, несильно ударяю о стену.

— Тебе не говорили, что нельзя бить женщин?

— Ты сейчас не женщина. Вампир. Враг. — Говорю больше для себя.

На душе осадок. Мерзко, но по-другому нельзя. И все равно пакостно.

— Я тебе не враг. Это случай.

— Врешь. Та троица для тебя завтрак. Чистая подстава. — Сказал и только потом осознал — так и есть. — Зачем?

— Случайность.

Лена на глазах приходила в себя и успокаивалась. Это плохо, но я ничего не могу поделать. Не так воспитан, и она это понимает. Где-то я прокололся. В бессильной ярости сдавливаю ее горло, тот максимум, на который я способен.

— Врешь. Говори правду!

— Брось, Саша. Зачем мне врать? — Опровергая сказанное, в голосе раздаются ироничные нотки. Черт, она же ни капли не боится. — Да и что ты мне сделаешь? Побьешь? Мне не будет больно, я просто отключу боль. Убьешь? Так у тебя кишка тонка. Ты еще человек, несмотря на свою чешую. А-а-а! Знаю! Ты меня изнасилуешь?

Тонкие, изящные пальчики приподнимают подол платья. Белое кружевное белье вспыхивает в темноте, словно луч прожектора. Белизна магнитом притягивает взгляд. Манит и отвлекает. А платье поднимается все выше, провоцируя на сумасшествие. В горле застрял мучительный ком.

— Прекрати!

— Глупый мальчик! — Елена словно не слышит меня. — После этого танца я тебя сама изнасилую. Ты понимаешь нас. Столько хищной грации, столько силы. В тебе есть что-то от сородича. Ты почти такой же, Саша. Хищник. Только пока молодой. В тебе слишком много от человека, но это ненадолго.

— Не тебе судить. — Я вздрогнул, и она это заметила.

— Я тебя не сужу. Просто у тебя нет выбора. Поверь мне, я это знаю. Может быть, даже слишком хорошо.

— Да пошла ты. — Отшвырнув девушку, я рванул к выходу. — Знает она.

Она не преследует меня, я чувствую. Просто стоит и смотрит. Молча. Это хорошо. Если бы она засмеялась, я бы не сдержался.

Иду к машине, а в голове проскакивают последние события. Маги. Тут отличился Граф. Втянул меня в эту кутерьму с Печатями. До сих пор не знаю, чем все закончится. Оборотни. Здесь лидирует Волков — засунул в клетку, под пулеметы. Теперь вампиры. Психованная девка чуть не перегрызла мне шею. Прошло всего десять дней, а сколько раз меня убить пытались? Пять, десять? И что дальше? Одаренные, избранные, отбракованные. Нелюдь!

— Ка-а-азлы вы все! — ругнулся я, выворачивая руль. — Хватит с меня. Домой и спать. Наплясался.

Колеса взвизгнули, и машина сорвалась с места. На асфальте перед клубом остались только длинные черные следы от горелой резины.

— Саша. Просыпайся, сынок, к тебе пришли. С работы.

— Кто? — Со сна я туго соображаю.

— С работы. Девушка. Красивая.

— Красивая — это Женя. Хорошо. Мам, напои ее чаем. Я быстро.

Мама вышла из комнаты, а я сел на кровати. Зеркало отразило взъерошенного типа с красными глазами. Тот еще видок, и во рту — словно носок забыли. Неудивительно, заснул перед самым рассветом, все думал о вампирше. Не идет из головы, хоть ты тресни.

— Сын, иди умывайся и садись завтракать, — донесся через стену голос матери.

Кстати, а сколько времени? Ешкин кот, полтретьего! Вот это я поспал. И десяток пропущенных звонков от Жени — зря я телефон отключил. Из кровати меня выбросило пружиной. Неудивительно, что за мной заехали. Сегодня Печать ставим, а исполнитель главной роли дрыхнет без задних ног. Натянув джинсы, я проскакал на одной ноге в ванну. Плохая идея — одеваться на ходу, чуть унитаз не своротил. Чертов носок. Одно хорошо, пролетая по коридору, я увидел Василька. Сидит на кухне, чаи гоняет. Значит, пока не смертельно опаздываю. Характер ее я изучил достаточно, чтобы понять — стесняться она не будет. Голяком выдернет.

Пять минут на все про все, даже голову успел помыть и причесаться. Никогда так быстро не умывался.

— Привет, Жень. Прости засранца, проспал, — шмыгнув носом, улыбнулся я.

— Сейчас-то проснулся?

Пришлось всем своим видом показывать полную готовность. Браво козырнул, мол, хоть сейчас прямо на луну и даже без скафандра. Женя подхватила со стола какую-то папку, и мы вышли из квартиры. Уже в лифте она начала серьезный разговор:

— Саш, что произошло? У тебя вид — краше в гроб кладут.

— Нормально все. — Пустой взгляд мне удался. Девушка поняла, что расспрашивать дальше бесполезно. — Это личное.

— Личное, публичное. Как знаешь. До ритуала три часа, успеваем. Я пока ликбез проведу. Первое и самое важное, о Печати никому ни слова.

— Почему?

— По кочану. Убьют. Печать невыгодна слишком многим, а слухи о ритуале уже просочились. Нам повезло, что магия появилась недавно. Ковены еще слабы, полноценную охоту не потянут. Ключники — сильнейшие маги Москвы. Опытные и хорошо натасканные. Голыми руками нас не взять. Прости, Саша, но юнец-оборотень — это слабое звено. Ты в относительной безопасности только до тех пор, пока никто о тебе не знает.

— Подожди, Жень! — Я выставил перед собой ладонь. — Ты что, ключница?

Девушка кивнула.

Открыв дверь, я пропустил ее вперед. На улице было солнечно, такое чувство, будто в баню попал. Духота. Ни один листик не шевельнется, ветра вообще нет.

Женя пиликнула сигнализацией и продолжила:

— Садись, на моей поедем. Кондиционер нас спасет. — Она обмахнулась папкой. — Так вот, рисковать с сегодняшнего дня запрещается. Даже в туалет ходи с опаской, чтобы не засосало. Пока не стоит последняя Печать, ритуал завязан на живого оператора. Сдохнешь — твоя Печать рухнет в течение суток. Если не успеем заменить, она может зацепить соседние. Цепная реакция. — Василек положила локоть на руль и взяла меня за плечо. — Саш, я тебя прошу, будь осторожней. Осталось всего ничего, нельзя облажаться перед финишем.

Слушать Женю было тяжело. Перед моими глазами в очередной раз промелькнула картина вчерашнего вечера: мутный взгляд вампирши, оскал белоснежных клыков и аппетитно извивающееся тело. К разговору удалось вернуться с большим трудом.

— Я постараюсь. Обещаю. Лучше про Печать расскажи, зачем она?

— Универсальная «глушилка». Сеть давит все заклинания выше второго уровня. То есть ничего массового и разрушительного нельзя применить. Принцип работы слизали у вампиров — тянем силу из жителей. Берет по чуть-чуть, крохи. Но людей в Москве слишком много. Набирается столько, что перебодать невозможно. К сожалению, предел есть у всего, в том числе и у емкости Печати. И чем больше населения на территории, тем больше их требуется. Для сравнения — в Питере хватило четырех.