Морская академия (СИ) - Кириллова Наталья Юрьевна

— Да. Тебя это удивляет? — Мужчина отложил стопку бумаг в сторону, посмотрел внимательно на собеседницу.

— Скорее меня удивляет глагол «был», — осторожно поправила русалка. Интересно, ярые фанатки магистра знают о ребенке и бывшей супруге? — С ней… я имею в виду, с вашей женой что-то… произошло?

— Нет, — спокойно ответил Кэйлаш. — Мы развелись.

— Но я думала, что ваш народ не…

— Не разводится? Общественностью, особенно старшим поколением, разводы не поощряются и не приветствуются, но всё же иногда случаются.

— А ваш сын?

— Уже большой парень, через несколько лет поступит в академию. Хочет на факультет стражей.

Остается надеяться, что к этому светлому моменту она академию как раз успеет закончить.

— И давно вы…

— Одиннадцать лет назад. Поскольку, как я вижу, вернуться к прежней модели отношений мы уже не можем, а я не хочу, чтобы ближайшие два с половиной года ты либо шарахалась от меня, либо подходила исключительно с группой поддержки…

— Я не… — возмутилась было Феонна, но мужчина жестом прервал её.

— Не перебивай, пожалуйста. Я считаю необходимым сразу определить границы. Я не собираюсь ни предлагать тебе брак, ни настаивать на чем-либо, о чем ты наверняка подумала, ни вообще выходить за рамки отношений магистр-адептка, пока мы находимся на территории комплекса, и пока ты не окончишь академию. Ничего личного, никаких намёков, двусмысленных или прозрачных, никаких поблажек. Я не твои нетерпеливые сверстники, стремящиеся поскорее уложить понравившуюся девушку в постель, я готов ждать столько, сколько потребуется, и зажимать тебя здесь по углам не намерен. На каникулах, если на то будет твоё желание, мы можем начать узнавать друг друга лучше, но, опять же, в границах приличий и на нейтральной территории.

На нейтральной территории? В океане поплавать хочет, а пуще того — понырять? На глубину, без акваланга или воздушного пузыря?

Хотя, пожалуй, можно получить определенное удовольствие от наблюдения за тем, как магистр тонет.

— И что будет, когда я закончу академию?

— Посмотрим.

— А если я раньше влюблюсь в кого-то? Захочу встречаться с кем-то? В конце концов, сексом начать заниматься после инициации?

— Поверь, Феонна, с сексом мы однозначно разберемся. Что касается твоих гипотетических отношений с кем-то ещё — не думаю, что таковые возникнут. — Кэйлаш поднялся, достал из ящика стола папку и сложил в неё бумаги.

— Вы поразительно самоуверенны. — Русалка тоже встала.

— Я наблюдаю за тобой с первого учебного дня вашей группы. У меня было время подумать, разобраться, всё взвесить и принять решение.

С первого дня?! А она и не замечала ни разу. И в отношении Кэйлаша к ней никогда не проскальзывало ни малейшего намёка даже на поверхностный интерес. До визита в катакомбы. Именно тогда магистр впервые назвал её по имени, без привычного и обязательного в его устах добавления «адептка». Но на тот момент всё равно не возникло даже случайной мысли, что за обращением по имени может скрываться что-то большее.

И уж тем более настолько серьезное.

— А моё мнение вы узнать не хотите или у вас согласия женщины спрашивать не положено? — сугубо из чувства противоречия поинтересовалась Феонна.

— Хорошо. Ты согласна?

— Нет.

— Заметь, я спросил. И у тебя ещё есть два с половиной года на размышления. — Мужчина взял папку, обошел стол, открыл дверь. — После вас. — И с лукавой улыбкой добавил тихо, так, что услышала только Феонна: — Моя дорогая.

Пришлось прикусить язык, чтобы не ответить колкостью.

— Я терпеть не могу всяких «дорогая», «милая», а также «котиков», «зайчиков» и прочей мохнато-крылатой живности, — прошипела русалка, выходя из кабинета.

Лэри дожидалась в коридоре, прислонившись спиной к стене возле двери.

— Обязательно учту на будущее, адептка. — Мужчина вышел следом, достал из кармана штанов ключ. — Доброго дня. Как только удастся связаться с элле, я непременно вам сообщу.

— Спасибо, магистр, — хмуро отозвалась Феонна и быстро зашагала прочь от кабинета, пока Кэйлаш возился с замком. Не хватало ещё и идти вместе в учебный корпус!

Лэри догнала бегом и, покосившись через плечо на мужчину, негромко заметила:

— Какие страсти, однако, кипят в вашей компании. А по виду ведь и не скажешь. Макс, возможно, похитил Триш из-за любви к ней, Ксанти пыталась увести его у Триш, у тебя, похоже, бурный роман с самым популярным магистром в академии.

— Нет у нас никакого романа! — огрызнулась русалка. — Ни романа, ни повести, ни рассказа. И если ты хоть кому-то проболтаешься, даже намекнешь…

— Что он называет тебя по имени и на «ты»? Я не сплетница, не волнуйся. И если я собираюсь и дальше специализироваться на зельях, в том числе на любовных, я должна уметь хранить тайны клиентов. Это жирный и важный плюс к репутации. Кстати, могу предложить хорошее зелье — не любовное, не думай, — помогающее открыть разум и сердце, очистить их от лишних сомнений и гармонизировать и способствующее принятию правильного решения.

Феонна не удостоила девушку ответом. Всё равно ничего цензурного на языке не вертелось.

–

После завтрака, дабы мы с Ноксом не путались под ногами и не привлекали лишнего нежелательного внимания, Макс проводил нас в комнату в одной из башен, где хранились оставшиеся от народа элле предметы. Дорогой парень рассказал, что время от времени люди находят «ископаемые реликты» по всему острову, но, разумеется, никто толком не мог разобраться ни в назначении, ни в устройстве этих предметов. Поэтому их годами и веками свозили в замок протектора и складывали в отдельном помещении. Собственно, небольшой склад комната и напоминала. Деревянные стеллажи рядами, полки заполнены вещами, не опознающимися даже мной, привыкшей к технологиям и гаджетам Железного мира. Нокс присвистнул, разглядывая содержимое полок. Макс же предложил элле в кои-то веки заняться общественно полезным делом и разобрать хотя бы часть коллекции. Мало ли, вдруг что-то давно уже пришло в негодность или вообще хлам, а люди наивно полагали, что это редкий и ценный артефакт? Меня оставили с Ноксом за компанию, и чтобы он мог совмещать приятное с полезным, то есть ревизию с охраной моей персоны. Затем парень, одарив бывшего соседа суровым предостерегающим взглядом, ушел, Нокс со вздохом шагнул к первому стеллажу, а я уселась на подоконник единственного окна, грызть орехи в меду из глубокой тарелки, прихваченные с подноса с завтраком. Сладко и липко, зато всё исключительно натуральное, никаких искусственных добавлений, красителей и прочих модифицированных радостей моего мира.

Дело у Нокса спорилось. Элле просто брал с полки очередной загадочный предмет, вертел его в руке, презрительно морщился, бросал на пол и переходил к следующей «ценности».

— Хлам… Рухлядь… Ерунда… Хлам… Хлам… А это вообще только на поржать.

— И что, здесь совсем ничего полезного нет? — поинтересовалась я, наблюдая, как чёрная коробочка с вензелем на крышке улетела в быстро растущую кучу забракованных предметов.

— Триш, для меня всё это один мусор, который по какому-то недоразумению не вынесли и не утилизировали, а разложили по полкам. Да ещё и старье сплошное.

— Среди старья как раз вполне может попасться что-то ценное, — возразила я.

— Всё действительно ценное предки забрали с собой. — Вслед за коробочкой в кучу отправилась овальная желтая пластинка.

— Слушай, а ведь на острове есть воздушный корабль. Откуда?

— Ещё одно местное поржать, по-другому и не назовешь. Мне Кайла рассказала. Несколько лет назад эта развальня сбилась с курса в непогоду. Бывает, сильные грозы иногда активируют природные порталы, и корабль угодил в такой портал, а вывалился здесь, на острове, прямо на хибару какого-то неудачливого селянина. Ну, дом, разумеется, почил с миром, корабль и так был основательно потрепан грозой, и падение лучше его не сделало. Находившийся на борту пилот погиб при крушении, во всякой случае, Кайла сказала, что тело нашли только одно. Местные даже решили ненароком, что это очередное проявление божественной воли. Вызвали протектора, Макс и Кайла приехали с отцом. Донэйл, как ни странно, оказался мужиком в меру просвещенным и доходчиво разъяснил подданным, что это такое на них свалилось и что да, благодать богов, не иначе. Только вот управлять кораблем никто не умел. Его транспортировали к замку, долго изучали, исследовали и пришли к неутешительному выводу, что кристаллы-то и разрядились. Макс тогда был моложе, находился в постоянных конфликтах с родителем и в это дело принципиально не лез. Так и простояла деревянная калоша на задворках до этого года, пока её не решили использовать в операции по твоему похищению. Корабль подлатали, а Шересса даже смогла разобраться с системой управления, благо та уже достаточно устарела, чтобы с ней мог сладить и ребенок. Кристаллы худо-бедно зарядили и полетели, гордые собой невероятно. Но увезти тебя по-быстрому на посудине, в принципе летающей со скоростью подстреленной утки на последнем издыхании, вряд ли получилось бы и поэтому они приурочили операцию к печально известному тебе морскому сиянию. Шересса воспользовалась энергией аномалии, чтобы открыть портал, через который они благополучно и скрылись.