Я и мой капитан - Артем Морозов

Самка проигнорировала маневр 24-го и продолжила движение к станции. Агент осторожно огляделся. К ларьку направлялся другой гуманоид в надвинутой на лоб кепке — приземистый, почти на голову ниже Лени, он кутался от ветра в легкий темно-зеленый плащ. Глущенков подождал, пока человек подойдет вплотную, потом сам пошел к станции.

— Девушка, — услышал он за спиной голос землянина, — кофе есть у вас?

Купив билет, Леня сел на скамейку на платформе и стал ждать прибытия поезда. Самка на высоких каблуках вертелась в толпе пассажиров поблизости, все так же о чем-то болтая по телефону. А вскоре появился и недавний тип в плаще, постоял пару минут под навесом, затем взглянул на часы, сел на лавочку неподалеку и закурил, потягивая растворимый кофе из пластикового стаканчика. 24-й достал из наплечной сумки книгу и начал читать.

Подошла электричка. Народ сгрудился на краю платформы. Глущенков захлопнул книгу и присоединился к толпе. Двери открылись, и пассажиры начали суетливо загружаться в вагоны. Леня тоже вошел, но место занимать не стал, а остался в тамбуре. Гуманоид в кепке вместе со всеми продвинулся мимо него в салон, окинув коротким пустым взглядом. Дождавшись последнего пассажира, 24-й вышел из вагона обратно на платформу.

— Пригородный электропоезд Новоиерусалимская-Подольск отправляется со второго пути, — услышал он объявление по станции.

Типа в кепке видно не было, зато блондинка на каблуках, которая вроде бы садилась в другой вагон, снова объявилась на перроне, не отрывая от уха мобильник. Леня прошагал мимо нее к выходу с платформы.

— Да, мама, представляешь — чуть не села в другой поезд! — услышал 24-й ее звонкий голос.

Агент двинулся к остановке маршрутных такси. Самка не сделала даже попытки последовать за ним, стояла привалившись к фонарному столбу и совсем не смотрела в сторону Лени.

«Создатель, сколько же вас тут?» — Глущенков окинул взглядом скопление людей, но выделить кого-либо было невозможно. Ясно было только одно: в автобус с ним самка точно не сядет, а кто-то другой — непременно.

Два часа эскалаторов и подземных переходов. 24-й однажды даже перепутал ветку. Единственное, на что он надеялся, что оторвался от преследователей, так как уже не фиксировал однажды увиденных в метро лиц. Кажется, за ним следили четверо, помимо тех двоих, что он засек в первый день.

«Ну что ж, пора работать». Леня сжал рукоять ненастоящего ТТ в кармане куртки, наблюдая с площадки пятого этажа, как начальник ГРУ провинции Россия покидает салон черного «мерседеса». Водитель взял под козырек, и через минуту «Гелендваген» укатил прочь из переулка. Жутко захотелось курить снова. «Чертова земная отрава! Вот так со Светой разок затянешься, и уже не отпустит». Агент и так уже выкурил три сигареты в ожидании цели, каждый раз выбрасывая тщательно протертый от отпечатков бычок прямо в мусоропровод. Только однажды на лестничной клетке появился местный обитатель, укоризненно посмотрел на отвернувшегося к окну Леню, но ничего не сказал. Просто высыпал отходы из пластмассового ведерка в приемник для мусора и, гулко хлопнув крышкой, удалился в свою каморку. 24-й тогда дополнительно просканировал дурно пахнущую территорию: рядом с мусоропроводом валялись какие-то ветхие лохмотья, резиновые шланги и несколько пустых пластиковых инъекторов. А к тыльной части вытяжной трубы был прислонен прибор с жесткими прутьями для очистки пола типа «веник».

Подъехал лифт. Леня стоял, напрягшись, в лестничном пролете между пятым и четвертым этажами. Каминский подошел к квартире, открыл внешнюю дверь и набрал код сигнализации на пульте в простенке. Когда дважды щелкнул замок внутренней створки, 24-й уже тихо подкрался к гээрушнику сзади. В спину Каминскому уперлось что-то твердое.

— Спокойно заходите, — приказал Глущенков.

Начальник разведки чуть развел руки в стороны и сделал пару шагов в квартиру. И, как только почувствовал, что Леня пробует запереть входную дверь, внезапно очень прытко для его возраста развернулся, схватил руку агента и попытался выкрутить ее. Но в этой руке оказался фонарик, приставленный ранее повыше поясницы Каминского, а вот пистолет Леня держал в другой, и сейчас его ствол смотрел прямо в лицо разведчику.

— Заходите, — повторил 24-й.

Тот послушно попятился, но агент даже в полумраке заметил, как в свиных глазках противника промелькнул опасный огонек, поэтому превентивно ударил главу ГРУ рукоятью ТТ по голове.

Сергей Викторович Каминский очнулся на обитом кожей диване в библиотеке. Незнакомец сидел в таком же коричневом кожаном кресле напротив и в упор смотрел на разведчика: собранный, с пистолетом на коленях. Высокий, мощный, лицо каменное, волосы огненно-рыжие, похож на боевика ИРА. «Ира!» — мелькнуло в голове дурацкое совпадение. Здоровяк молчал. Каминского подмывало спросить: «Что вам нужно?» Так как если сразу не убили, значит, что-то нужно. Но в разведке даже такая нейтральная фраза имеет свою цену: вопрос «Что ВАМ нужно?» отличается от «Что ТЕБЕ нужно?» и может многое сказать о предположениях собеседника на ваш счет. Каминский не собирался давать противнику лишнего шанса, поэтому промолчал, поморщившись от боли в темени: «Пускай начинает первым». Тем более что по внешнему виду нападавшего определить что-либо было затруднительно: «Ну не ирландец же он, в самом деле?!»

— Сергей Викторович, — произнес незнакомец очень спокойным тоном, — вы хотите увидеть вашу дочь?

«Шантаж! Вот так прямо к делу, без обиняков, — подумал Каминский. — С другой стороны, зачем ходить вокруг да около?»

— С ней все в порядке, насколько мне известно, — ответил он, поглядывая надуло пистолета.

Непрошеный гость положил руки на подлокотники, посветив Каминскому фонариком в лицо.

— Пока — да. Но вы сами понимаете, что некто из ее окружения обладает серьезными возможностями. И последствия его действий могут быть катастрофическими как для нас, так и для вашей дочери.

«Китайцы? Моссад? ЦРУ? Или все-таки пришельцы?» — перебирал варианты начальник ГРУ. Агент тем временем продолжил:

— Мы не пытаемся вас завербовать, мы всего лишь хотим получить доступ к некоторой информации, касающейся контактов вашей дочери.

Каминский едва заметно улыбнулся: «Всегда именно так и говорят — „мы вас не вербуем, просто предайте свою страну разочек“. Инопланетяне, — теперь он был уверен, другие разведслужбы давно бы выяснили круг общения Иры, если бы стояла такая цель. — Да и наверняка знают они все и так, особенно американцы — это же их работа».

— Какой именно информации? — осторожно спросил он.