"Фантастика 2025-162". Компиляция. Книги 1-15 (СИ) - Greko

– Не откажусь. – Гриша тоже свернул шлем к плечам. – А это что?

– Посмотри.

Хозяйка выдвинула из торца кроватей стоечку кофемашины.

Гриша подошёл к столу.

В коробке лежала плоская, с закруглёнными краями, прозрачно-жёлтая капсула размером с человеческую голову. Внутри её виднелось коричневое ядрышко в форме яичка, проросшее восемью побегами красного цвета.

– Что это? – спросил оператор, уже зная ответ.

– Зародыш, – улыбнулась Саманта. – Когда мы вытащили ячею, он был плотней и меньше, а потом выбросил усики. Значит, мы на верном пути.

– Вы не побоялись… принести его в палатку?!

– Во-первых, коробка полностью обеззаражена. Во-вторых, зародыш под нашим контролем.

Женщина показала лежащий на холодильнике бластер:

– Если процессы зайдут далеко, можно его будет поджарить. Кстати, он в два раза больше тех, что лежат в ячеях инкубатора. Очевидно, продержался без питания дольше.

– Один из тех двух, о которых вы докладывали?

– Второй чуть меньше, но цвет у него как у банана.

Гриша покачал головой, разглядывая капсулу со смешанными чувствами: было интересно, оживёт ли зародыш грогуса, очертаниями напоминающий восьмилапого крабоосьминога, и было страшновато, потому что в психике людей отпечатался облик злобного существа из Голливуда – «чужого», который мог встретиться им в космосе.

– Подожди минуту, я забыла кое-что. Только не трогай ничего грязными руками.

– Я не снимал перчаток.

– Коробка стерильна, не наклоняйся и не дыши на неё.

Саманта опустила язык шлема и торопливо вышла.

Гриша спрятал руки за спину, подошёл к столу, наклонился к панели микроскопа, включил сканирование.

Над столом вспыхнул квадратик экрана, развернулся в объём передачи.

На зеленоватом фоне виома проявилось изображение капсулы с ядрышком внутри, обросшей кустиками красного цвета.

Показалось, что кустики шевелятся, как ножки раздавленного насекомого.

Гриша увеличил изображение, прикидывая, где у зародыша передняя часть, а где задняя. Плод походил на крупную фасолину и одновременно на свернувшийся человеческий эмбрион в матке матери.

– Ещё один родственничек! – глубокомысленно проговорил оператор.

В палатку торопливо вскочила Саманта:

– Что ты сказал?

– Вам не кажется, что эта «фасолина» похожа на человеческий зародыш?

– Зародыши всех живых организмов на Земле в самом начале развития действительно похожи, и в этом нет ничего удивительного, если принять во внимание гипотезу панспермии.

– Старая гипотеза.

– Но её никто не отменял. Жизнь вполне могла быть занесена на нашу планету носившимися по космосу нуклеотидами.

– В таком случае Вселенная изначально была насыщена жизнью?

– Мы придерживаемся именно этого механизма возникновения планетарного биоценоза. Поэтому и эмбрион грогусов немного похож на человеческий, а человеческий, в свою очередь, – на вселенский. Кстати, по косвенным данным, грогусы не были агрессивными существами. Они воевали и потерпели поражение, но это не значит, что войну затеяли они.

– Был бы с нами Копун, уже выяснили бы.

– Справимся и без него. Да вы не переживайте, скоро мы подключим этого малыша к отдельной камере в самом инкубаторе и понаблюдаем за ним. Мои коллеги сейчас как раз занимаются наладкой питания инкубатора. Поэтому я и отнесла ячейку к себе.

– Вы меня успокоили, а то я уже подумал, что вы втайне от шефа хотите затеять эксперимент.

Саманта засмеялась:

– Нет, мы не авантюристы и не владельцы тайных лабораторий, как американцы на протяжении всей своей гнусной истории. Шеф знает о наших планах.

Гриша бросил ещё один взгляд на капсулу с «фасолиной» внутри, натянул шлем и вздрогнул от громкого голоса в наушниках:

– Куда подевался этот анархист? Голову оторву!

Оператор сообразил, что говорит капитан Брюллов и речь идёт о нём. Пока он находился в палатке Саманты, сняв шлем, его, наверно, не раз вызывали.

– Капитан, здесь я!

– Где здесь?!

– Возле ракеты.

– Тебя куда посылали?

– Биологи готовятся провести эксперимент в инкубаторе, попросили помочь.

– Шалопай! Немедленно на борт! Мы сворачиваемся!

– Э-э… – Гриша застыл статуей. – Что случилось?!

– Забирай биологов, раз уж ты там торчишь, и возвращайся. Потом снимешь группу Димитрова.

– На нас… напали?!

– Приказ покинуть Сферу, – вместо капитана ответил Димитров расстроенно. – Велено двигаться к Ланиакее.

– К Лани… куда?!

– Выполняйте приказ, лейтенант! – взъярился Брюллов.

Гриша ошеломлённо посмотрел на Саманту и увидел её растерянное лицо.

– Нам приказано… эвакуироваться! – проговорила женщина.

– Нам тоже.

– Чёрт знает что! Только мы начали разбираться с уцелевшим биоматериалом грогусов – и на тебе!

– Случилось что-то весьма серьёзное, если нам приказано двигаться к Ланиакее. Давайте я помогу отнести кейс обратно в ракету.

Шокированная Саманта начала торопливо отсоединять от кейса присоски приборов.

Через час космолётчики свернули лагеря на пяти планетах Сферы и собрались в кают-компании в ожидании руководителя экспедиции.

Жилинский заявился в кают-компанию вместе с Брюлловым.

Потрясённые члены экспедиции молча выслушали вердикт шефа, сводившийся к сентенции, что «надо выполнять приказ» и что «мы ещё вернёмся к этому потрясающему экзоту».

Затем слово взял капитан:

– У подножия мегаскопления Ланиакея найден Пузырь, в котором спрятана тюрьма, а может быть, кладбище древних боевых роботов – джиннов. Как вы уже знаете, Вестник планеты-«бублика» вернулся в нашу Систему и находится на лечении. Он подтвердил, что объект очень опасен. А к нему, по данным разведки, уже начали прибывать корабли со всех концов света. Одна машина опознана – драккар, принадлежащий ЧАК «Сириана».

– О! – не сдержала удивления Марго Болич. – Второй? Нам здесь досаждали как раз бандиты из «Сирианы».

– Бартоломео Губин, – напомнила Биара Циденова имя капитана археологов.

– Кроме ЧАК, в Пузыре появились и другие машины, предположительно из самой Ланиакеи. Если им удастся реанимировать роботов, человечество может исчезнуть в течение короткого времени.

– Там же гуляет наш беспилотник, – сказал Жилинский.

– И «Великолепный», – добавил Гриша. – Неужели он не справится с разведмашинами?

– Один в поле не воин, – скептически произнёс Брюллов.

– Очень даже воин!

– К сожалению, тюрьма охраняется большими силами беспилотных аппаратов, не дающих возможности нашим парням приблизиться к ней.

– Дроздов найдёт способ приблизиться.

– Не о том говорим, – проворчал кто-то из группы специалистов Жилинского. – Капитан, ведь можно же оставить здесь исследовательскую группу, которая продолжит изучение Сферы. Военные пусть занимаются своими делами, а мы – своими.

– Я не имею права рисковать, – сухо сказал Брюллов. – Убеждён, что мы скоро вернёмся.

– Тем более можно оставить всю научку, – добавила Саманта. – Есть ещё один аргумент: присутствие в Пузыре экспертов абсолютно не обязательно. Там ведь будет горячо? То есть небезопасно? Мы прилетели не воевать, а трудиться на благо науки. В конце концов, именно ради исследования экзотов и посылаются экспедиции, а не ради завоевания господства.

– У меня приказ…

– В приказе наверняка не говорится, что вся группа должна лететь к Ланиакее. Вас никто не обвинит в произволе.

– Капитан, Саманта права, – поддержал женщину Жилинский. – Мы отберём тех, кто готов остаться, и вы отправитесь в Пузырь.

Гриша засмеялся:

– Хорошая перспектива – лететь в Пузырь!

Биара укоризненно покачала головой, давая понять, что смех неуместен.

Он смущённо поёрзал на стуле. На ум пришла шутка из лексикона современных юмористов о том, как на безымянной планете оказались русский, негр и еврей, но, глянув на капитана, Гриша расхотел шутить.

– Хорошо, Милага Иванович, – вышел из задумчивости Брюллов. – Даю час на подготовку группы.