Фантастика 2025-138 - Владимир Владимиров

Нужно думать не только о себе, но и о нем. Да, меня пугала сама мысль, что у ребенка будет аномалия. Потому что сама через это прошла. Но в то же время главное, что он появится на свет. Я так долго этого ждала! Почему все случилось именно сейчас? Когда наши жизни оказались на грани? Судьба?

Шел четвертый день. Я снова сидела у постели Дара. И спрашивала себя, могло ли все быть иначе? Могла ли я хоть как-то ему помочь? И получала ответ: могла. А вместо этого предала, оставила наедине с проблемами и добавила новых. Мне было страшно. Страшно оттого, что Дар чуть не погиб. Что сейчас лекари просто разводят руками и советуют ждать. Страх стал частью меня.

– Кэрри, – тихий голос мужа показался мне оглушительнее грома.

– Дари, – склонилась я над ним. – Как ты, любимый?

Он не ответил. Просто смотрел на меня. И от этого взгляда становилось еще больнее.

– Ты не ушла.

– Куда бы я ушла? – непрошеные слезы покатились по щекам. Что-то я все время плачу.

– К Владису, – Дар говорил спокойно, но его слова рвали сердце.

– Я люблю тебя, – почему-то сейчас признание давалось тяжело. Наверное, потому, что я не знала, вправе ли произносить эти слова тому, кого сама же предала.

Дар промолчал. Я осторожно прикоснулась к его щеке. Он похудел за эти дни. Почему-то вспомнился Кардем, когда он приехал туда после затяжной болезни. Кажется, даже тогда Дар выглядел лучше.

– Ты не простишь меня? – задала самый важный, самый страшный для меня вопрос.

– Прощу, – ответил он, не задумавшись ни на секунду. – А ты меня?

Я не смогла сдержаться. Рыдания душили. Дар прижал меня к себе, гладил по голове, как маленькую. Запоздало подумала, что ему, наверное, больно вот так меня держать, но он не дал мне вырваться.

– Спрошу в последний раз, – тихо сказал на ухо. – Ты по-прежнему хочешь быть моей женой? Если нет, уходи сейчас, потому что потом я тебя не отпущу.

– А я повторяю: никуда уходить не собираюсь, – ответила упрямо. – Ни сейчас, ни когда-либо позднее. Придется тебе терпеть меня до конца дней.

– Хорошо, – Дар улыбался. Впервые за долгое время. Как же я скучала по его улыбке. – Я люблю тебя. Что бы ты ни вбила в голову.

Я вытерла слезы. Хватит плакать. Все хорошо, все живы. Прикоснулась пальцами к его перебинтованной ладони. Золотистые искорки молнии перебежали на руку мужа.

– Тем более что теперь мне придется думать о вас двоих, – сказал Дар.

– Или нам о тебе, – я тихо рассмеялась. – Кстати, готовься. Есть один человек, который очень хочет высказать тебе все, что думает о твоем поступке. И это не мы с малышом.

– Не пускай ко мне Дагеора, – Дар натянул одеяло на нос.

– Его не пустишь! Тогда дворец точно придется отстраивать.

– Да, потому что после его студентов вечно нужно что-то ремонтировать. Академия скоро нас разорит.

Наконец-то мне стало легче. Мы разговаривали обо всякой чепухе, как тогда, когда только поженились и я еще не до конца понимала, что это такое – быть кронной Арантии. Почему, чтобы понять, как кто-то тебе дорог, нужно сначала его потерять? Почему мы все время хотим большего, чем подарила нам судьба? Я не знала ответа. Но знала, что никогда и никуда не отпущу своего мужа. Будь он хоть трижды крон.

Аланел

Все возвращалось на круги своя. Дар выздоравливал. Быстрее, чем предрекали лекари. Но даже болезнь не защитила его от моего гнева.

– Это надо было додуматься! – уже полчаса расхаживал я по комнате, пока крон полулежал на кровати и делал вид, что его моя гневная речь не касается. – Нет, вот знал, что ты скотина. Но не до такой же степени!

– Прости, – крон улыбался чему-то своему и совсем меня не слушал.

– Простить? Да ни за что! Мало того что ты втянул мою академию в дурацкий турнир. Мало того что приказал арестовать и казнить. Ты еще и решил подставить себя под удар. Это как называется, Дарентел?

– У меня был план.

– План? – я даже остановился и присел. – Может, поделишься его подробностями?

– А что уже делиться? – пожал он плечами. – Ты сам все видел. В конце лета я получил информацию, что в стране готовится переворот. Во главе его стоял академический совет. У меня еще не так много доверия со стороны народа, Аль. Мне не на кого было положиться. Поэтому я решил, что разозлю совет твоим участием в турнире. А в том, что вы выступите достойно, я даже не сомневался. Они разозлятся и сделают шаг, который поможет вывести заговорщиков на чистую воду. Во все вмешался Гарден. Я был так зол на вас! На тебя, на Ленора. Приказал арестовать, а потом подумал, что это мой шанс. Раз вас нет – я слаб. Значит, самое время нанести удар.

– Зачем было убеждать нас, что в бокале яд?

– Из мести, – усмехнулся Дарентел. – А если серьезно, только один из тех, кто вошел к вам в камеру, знал, что там снотворное. Он и должен был доставить вас в безопасное место. Только проснуться вы должны были позднее, когда все закончится.

– Глупость какая!

– Если бы ты был здесь, то бросился бы меня защищать. И мог пострадать. Точно так же и Ленор.

– Да, мне уже Гарден втолковывал, что ты таким образом хотел нас спасти, – ответил я.

Дар нахмурился.

– Ладно я. А ты-то почему ничего мне не сказал? Например, о том, что у тебя по академии разгуливает мой злейший враг? Или что Мартис в Ладеме? Как это понимать, Аланел?

– Я хотел тебя от этого защитить, – ответил в его же манере. – Думал, ситуация под контролем. А если честно – прости. Нужно было сразу все тебе рассказать. Глядишь, избежали бы хотя бы части того, что свалилось на наши головы. Кстати, интересно, почему не видно Мартиса? Я ожидал, что он вмешается.

– Как знать? Может, собирает козыри в рукав, – сказал Дар.

В двери постучали.

– Ваше величество, к вам господин Киримус дер Гарден, – поклонился слуга.

– Я пойду, – поднялся я с кресла.

– Нет, останься. Только набрось иллюзию, – приказал Дар, дождался, пока я скроюсь в нише у окна и создам невидимость, а затем сказал: – Пусть заходит.

Слуга посторонился, пропуская Гаденыша. Тот, как всегда, выглядел довольным жизнью. Есть ли что-нибудь, способное стереть ухмылочку с его лица?

– Здравствуй, Дарентел, – присел он на покинутое мной кресло.

– Здравствуй, – ответил Дар презрительно. – Зачем пожаловал? Я думал, ты уже сбежал, поджав хвост.

– На этот раз нет, –