Строптивая принцесса - Нэн Райан

— Ты — моя единственная любовь, — ответил он. Принцесса подняла голову и недоверчиво посмотрела на него.

— Говори правду. Я полагаю, у тебя было полно женщин до меня.

— Да, женщин было много, — признал он. — Но я не любил ни одной из них, пока не встретил тебя.

Ей понравился такой ответ. Но оставалась еще одна вещь, которую она хотела узнать.

— А Королева «Серебряного доллара» была твоей женщиной?

— Нет.

— Нет? Ты обманываешь меня? Вирджил хмыкнул.

— Я заснул в ее постели до того… — Он пожал плечами. — Клянусь тебе, я даже не прикасался к ней.

— Хорошо, — вырвалось у принцессы. Довольная, она положила голову ему на грудь и попросила: — Расскажи мне о своих родителях.

К ее удивлению, Вирджил охотно согласился на это. Онс гордостью говорил о храбром техасском рейнджере, своем отце. Она узнала, что капитан Чарлз Блэк погиб как герой.

— Мне не было и восьми лет, когда его убили, но я хорошо его помню. Он был большим, добрым и веселым человеком. И очень смелым. Я горжусь им.

— Я тебя понимаю, — произнесла она. — А твоя мать?

— Хорошенькая женщина со звонким смехом очень любила жизнь. Я потерял ее, когда мне не было еще и девяти лет.

— Мне очень жаль. — Принцессе понравилось, что он не сказал ни одного плохого слова об этой женщине.

Сделав вид, что не знает правду о его матери, принцесса спросила:

— А ты похож на свою мать?

— Нет, — сказал Вирджил. — Но я очень похож на своего отца.

Они еще долго разговаривали, подробно делясь самыми сокровенными мыслями и чувствами, зная, что эти воспоминания будут согревать их, когда каждый вернется к своей привычной жизни.

Они поклялись не забыть ни единого мгновения этой прекрасной звездной ночи, проведенной ими на вершине горы.

Тихо вздохнув, принцесса посмотрела в блестящие глаза своего возлюбленного.

— Один поэт сказал: «В жизни каждого бывает мгновение, которое никогда не забудется».

Она снова вздохнула и крепко прижалась к Вирджилу, услышав его ответ:

— Вот оно, это мгновение.

Глава 43

На шумной железнодорожной станции Эль-Пасо Вирджил и принцесса стояли на деревянной платформе в стороне от остальных. Они смотрели друг другу в глаза, о чем-то говорили, с болью сознавая, что больше никогда не увидят друг друга.

Вирджил безумно любил ее, но сейчас ему казалось, что он совсем не знает эту молодую красивую женщину, которая выглядела сейчас настоящей принцессой. Было невозможно представить ее в облегающих бежевых замшевых брючках, которые были на ней вчера. И невозможно было поверить, что это она поднялась с ним ночью на вершину пика Бризна.

И не только одежда принцессы делала ее такой чужой. Ее вновь окружала придворная свита. И каждый из присутствующих здесь: и Монтильон, и баронесса, и телохранитель — были готовы исполнить любое ее желание.

Раздался удар колокола.

— Мне пора, — проговорила принцесса.

— Да, я… Подожди, чуть не забыл! — Вирджил полез в карман и достал бутылку. — Маленький подарок, — улыбнулся он, протягивая ей сувенир.

Принцесса с любопытством взяла его в руки.

— Белый песок! — радостно воскликнула она. — Ты привез мне этот драгоценный белый песок! Ты знал, как я хотела его, и ты… ты… О Вирджил! — Она смотрела на него с восхищением и любовью. — Этот подарок так много значит для меня. — На глаза ее навернулись слезы, и она прошептала: — Спасибо, дорогой. Большое спасибо.

— Не за что, ваше высочество.

Прижимая к себе эту бутылку так, словно в ней заключались все сокровища мира, принцесса не заметила, как упала ее перчатка.

— Ты уронила перчатку. — Вирджил наклонился, чтобы поднять ее. Он хотел отдать ей перчатку, но передумал: — Я сохраню ее, милая. — Он засунул перчатку в нагрудный карман. — Она будет напоминать мне о тебе.

— Да, конечно, — ответила она, и ее сердце сжалось. — Сохрани ее и… думай обо мне… иногда. — Она попыталась улыбнуться, с трудом сдерживая рвущиеся из груди рыдания.

— Я буду помнить о тебе всегда. — В его голубых глазах промелькнуло отчаяние.

Это длилось всего лишь миг, и принцесса подумала, что они очень похожи, хотя и выросли в разных мирах. Ее с детства учили скрывать свои чувства и не демонстрировать на людях свои страдания. А он сам воспитал в себе эти качества.

Их глаза были сухими.

Раздался второй удар колокола.

— О Господи! — вырвалось у него. — Как же это тяжело. Принцесса подошла ближе и положила руку на блестящую серебряную звезду на его груди.

— Я люблю вас. Я всегда буду любить тебя, мой дорогой. Вирджил глубоко вздохнул и нежно прикоснулся к ее щеке.

— И я люблю вас, ваше королевское высочество. Она быстро сказала:

— Ты мог бы поехать со мной. Я могла бы присвоить тебе какой-нибудь титул.

— Принцесса Марлена, — печально ответил он, — у меня уже есть титул. Капитан техасских рейнджеров.

Она грустно посмотрела на него, смирившись с тем, что он никогда не оставит свою службу в отряде.

Вирджилу очень хотелось поцеловать ее, но он больше не мог позволить себе этого и, в последний раз сжав ее руку, отступил в сторону. Придворные быстро окружили принцессу и увели в вагон.

Вирджил Блэк стоял на платформе рядом с Уилли и с тоской смотрел, как поезд уносил вдаль любовь всей его жизни. Принцесса махала рукой, пока видела его, а он стоял, сжав кулаки с такой силой, что ногти впились в его ладони.

— Тебе не следовало отпускать ее, — сочувственно заметил Уилли. — Ты никогда не встретишь такую, как она.

— Ясно, что не встречу, — проворчал Вирджил. — На своей службе мне не часто приходится сталкиваться с принцессами.

Он быстро отвернулся и спрыгнул с платформы, чтобы старик не заметил слез, выступивших у него на глазах.

Поезд неторопливо полз по городским предместьям, а принцесса, сидя у окна, изо всех сил старалась сдержать слезы.

— Ваше высочество, вы в порядке? — обеспокоенно спросил Монтильон.

— Да… это все американская пустыня, — ответила она, тоскливо глядя в окно королевского вагона. — Она укрепила мои силы, но отняла мою гордость.

— Тогда нам лучше закрыть окно, — посоветовал Монтильон. — Похоже, с юга идет знаменитая песчаная буря.

Она повернулась и с улыбкой повторила то, что однажды сказал ей Вирджил:

— Говорят, что небольшая песчаная буря даже полезна для фигуры.

Монтильон озадаченно нахмурился:

— Извините, ваше высочество, я не понял.

— Я просто пошутила. — Она снова повернулась к окну. Город остался позади, поезд начал набирать скорость, а принцесса все так же продолжала смотреть в окно.

— Вас что-то тревожит? — спросил Монтильон.