Гарри Поттер и Лес Теней. Альтернативное окончание. - Constance_Ice

В гробовой тишине они услышали, как чья-то рука нажимает на ручку двери. Ручка покрылась инеем. Гермиона издала неопределенный звук, похожий на истерический всхлип. Дверь затряслась сильнее. Рон держал в одной руке палочку, а в другой сжимал бутылку из-под кока-колы:

- Гермиона! Метла выдержит ее одну, скорее, Гарри! - но Гарри застыл, наставив палочку на дверь и пытаясь собрать в кучу все свои счастливые мысли. Мысли путались, и в такой каше он никак не мог поймать ту, которая ему еще несколько недель назад казалась самой счастливой. - Гарри, не спи!!!

- Я не полечу одна! - взвизгнула Гермиона. - Я вас не брошу! - Поезд качнуло, и ребята попадали друг на друга. За дверью уже не было слышно ни единого крика, точно весь поезд вдруг вымер. В дверь начали ломиться сильнее, и Всполох жалобно заскрипел. По рукоятке пошла трещина. - Я... попробую сама!

- Вздор! - заорал Рон. - Ты не сможешь, ты не умеешь пока хорошо левитировать! - он стоял, позеленевший от страха, и прижимал к себе отчаянно цеплявшегося ему за рубашку Криволапсуса. Зеленые глаза кота были наполнены смертельным ужасом. - Черт, что же... что же делать?! Может просто прыгать?

На такой скорости прыгать из поезда означало неминуемо разбиться насмерть, подумал Гарри. Если бы мы могли уместиться на Всполохе втроем! Улететь отсюда прямо в Хогвартс! О, Мерлин, если бы желания могли исполняться, я бы пожелал, чтобы Всполох стал в три раза больше! Пожелал бы... БОЖЕ, КАКОЙ Я ИДИОТ!!!...

- Пусти, Рон! - Гарри рванулся к своему раскуроченному сундуку и жадно зашарил на самом дне. Где же она? Ну, где же! В двери щелкнул замок, она начала поддаваться, и из-за нее в купе вновь ворвалась волна холодного ужаса. Гермиона зажала рот руками, чтобы не закричать. Гарри выхватил старую бутылку в тот момент, когда в щель протиснулась омерзительно скользкая серая рука, похожая на клешню живого мертвеца, покрытая слизью и струпьями, и начала нашаривать ручку двери и метлу в ней.

- Ваддиваси!

- Привет, о мой прекрасный господин! - вырвался клуб дыма из бутылки. - Что прикажешь, слушаю и повинуюсь... О, это тоже благородные друзья моего господина? Припадаю к вашим стопам, о неверны... высокородные господа! Я - ваш покорный раб - Джамаледдин Кудама ибн... - он замолчал, видя, какое потрясающее впечатление произвел на высокого и нескладного рыжего парня и девушку с растрепанными каштановыми волосами, забившуюся в угол купе, и хвастливо пригладил лысину смуглой ладонью. Джим имел право гордиться собой: пиджак от Тома Форда сиял чистотой, на его кривом глазу кокетливо сидел золотой монокль - это приспособление Джим углядел в какой-то книжке из библиотеки Гарри, а тающие в воздухе ноги элегантно облегала серая блестящая ткань, костюмы из которой могли шить исключительно на Сэвил-роу.

- Заткнись, Джим, и скорее унеси нас отсюда! - заорал Гарри, видя, как мерзкая конечность дементора скользит по двери, оставляя на ней липкие следы слизи. Дверь начала поддаваться, Всполох отчаянно хрустел.

Джим обернулся и его хитроватая морда засветилась счастьем:

- Неужели мой великий хозяин Малик-бей ибн-Асад изволит произносить свою первую просьбу? О, твой презренный раб не верит в такое счастье!.. Что же конкретно ты хочешь, о повелитель?! - мучительно долго шурша пергаментом, джинн разворачивал свою летопись исполнения желаний, что-то бормоча и ковыряясь в ухе пером. - Сейчас, сейчас, где же конец...

- Это что - джинн? - слабым голосом спросила Гермиона, почти теряя сознание от ужаса: вся дверь обледенела и покрылась налетом слизи. Криволапсус жалобно заорал от ужаса.

- Джим, скорей же! - взвыл Гарри, налегая всем весом на дверь, за которой сгрудились дементоры.

- Да, величайший? Итак?..

- На нас напали дементоры! Доставь нас с друзьями в Хогвартс! Скорее!

- Что-что, о дражайший повелитель?

- В ХОГВАРТС! В НАШУ ШКОЛУ! ДОСТАВЬ НАС ТУДА КАК-НИБУДЬ! ЭТО МОЕ ПЕРВОЕ ЖЕЛАНИЕ!

- Слушаю и повинуюсь, мой великий хозяин! - торжественно провозгласил джинн, радостно потирая руки. Он пробормотал какое-то заклинание, и на голову Гарри свалился тяжелый сверток, почти оглушив его. Сверток был пыльный и грязный, и когда они с Роном дрожащими руками начали разворачивать его, то он оказался старым дырявым ковром, изъеденным молью и покрытым пестрой шерстью неизвестного животного. Судя по цвету шерсти животное, которое последний раз путешествовало на ковре, было тигром.

- Великолепное приспособление, о повелитель! ССС-СуперКовер! Самаркандский скоростной снегоградодождеотталкивающий...

- Нет, Гарри! Летать на коврах-самолетах запрещено законом от... - Крик Гермионы потонул в хрусте ломающейся под ударами целой армии дементоров двери. Рон уже открывал окно. Поезд мчался, как бешеный.

- Гермиона, наплевать! Быстро, Джим, как им управлять?!

- Я сам поведу его, повелитель! - оскорбился джинн. Ковер встряхнулся, расправил углы (пыль осела на открытый сундук Гарри, ласково окутав пушистым облаком все его вещи) и с готовностью выпорхнул наружу. Он стремительно летел в воздухе, держась у самого окна купе, и приглашающе махал одним уголком.

- Полезай, Гермиона!

- Нет! Я боюсь! - Гермиона мотала лохматой шевелюрой, прижимаясь к стене.

- Да скорей же! - Рон вскарабкался на столик и перелез через форточку прямо на приспособление под названием ССС-СуперКовер. Ковер мягко спланировал пониже, помогая Рону устроиться поудобнее, а затем парень свесился в окно, протягивая руку Гермионе. - Это совсем не страшно! Скорее! Гарри, помоги ей!

Гарри помог Гермионе вскарабкаться на стол, подсадил ее, и девушка, дрожа, вцепилась в вышитый край ковра. Гарри сунул в карман куртки карту Мародера, затолкал под свитер плащ-невидимку и схватил в охапку Криволапсуса. Кот орал дурным голосом и упирался, впиваясь когтями в одежду и руки Гарри. Парень крепко прижал Криволапсуса к себе и прыгнул на стол. Джинн вежливо поддержал его под локоть.

- Изволь присесть, мой господин!

Гарри влез на ковер, дрожа от ужаса, думая, что случится, если на всех не хватит места, или он окажется слишком тяжел для такой хилой тряпки. Но на ковре оказалось неожиданно мягко и удобно, хотя линялая тряпица и прогибалась под их весом. Передав кота Гермионе (с трудом, потому что несчастное животное не желало отцеплять свои когти от его куртки) он повернулся, стараясь не смотреть вниз - поезд мчался с ужасающей быстротой! - и крикнул Джиму:

- Отчаливай!

Джинн с готовностью протянул бутылку Гарри и просочился на ковер. Места хватило всем, даже еще осталось - коврик был явно семейным средством передвижения, как раз предназначенным для четырех седоков. Джим загнул передний левый край ковра, и дырявое волшебное средство передвижения, сделав элегантную дугу в воздухе (Рон позеленел и схватился за край ковра), оторвалось от окна поезда и заскользило вверх. Гарри увидел, как Всполох отчаянно хрустнул в последний раз, переламываясь надвое, как купе заполнили бесконечные серые капюшоны дементоров, но холод, который они несли с собой, уже не мог повредить ребятам. Ковер плавно удалялся, язвительно помахав вечно голодным дементорам на прощание залатанным уголком.