Наёмник - Добрый Лич

Рассказ Джу о своей семье очень быстро перерос в небольшую лекцию посвященную "магическому образованию", которая основывалась на ее объяснениях о структуре души человека. Исходя из того, что не далеко не каждый человек имел перспективы стать даже заурядным подмастерьем, то есть, довольно слабым магом, поиск одаренных детей был занятием трудоемким и чрезвычайно важным. В Аваре подготовка магов была в числе первоначальных обязанностей Совета. Я тогда еще хмыкнул — естественно, нужно же ведь новых защитников режима отбирать.

Возвращаясь к рассказу волшебницы о себе — в шестнадцать лет она удачно прошла проверку на магические способности. В ее родном городе (Варра или Вурра, что-то такое), как и во всей Аваре, это мероприятие проводилось раз в год и учувствовали в нем все дети достигшие тех самых шестнадцати лет. Как объяснила девушка, в этом возрасте уже можно более или менее точно сказать есть ли у человека магический потенциал. На мой вопрос о том, как именно проверяют, она ответила, что специальный маг просто смотрит на ауру ребенка, пользуясь специальным артефактом.

Вот так вот просто.

Спрашивать у Джу есть ли у меня магический потенциал я не стал. Не хочу быть частью всего этого волшебного безумия, даже за плюшки в виде артефактов и всего прочего. Ну и не хочу жалеть в случае позитивного ответа.

Родители Джу не были магами. Да что там, у нее в роду перед этим вообще не было магов! Отец работал помощником в лавке местного артефактора, а мать была, кажется швеей. А вот дочь у них уродилась с магическим даром.

Для всех родителей в Аваре — это едва ли не самая радостная весть. Если у твоего ребенка есть магический потенциал или же попросту дар, о его будущем не стоит и волноваться. Да и о благополучии всей семьи тоже — семьи, в которых кто-то из родственников владел магией, принадлежали к высшему классу.

Сразу же после обнаружения у ребенка магического дара, его отправляют в столицу. Вот и Джу собрала вещи, попрощалась с родителями и укатила самый большой город царства — Нит. Приехала, город и людей посмотрела, себя показала и получила в наставники нашего дорогого Саяра. Его как раз сумели поймать и заставить выполнить "конституционный долг" — принять участие в Распределении.

Ничего сверхъестественного в Распределении не было. Рассказ об этом знаменательном для каждого будущего мага дне затянулся надолго (волшебница очень этим гордилась), но суть была проста — детей делили на группы, вводили в особый зал набитый магами, где в торжественной обстановке их строили в шеренгу и, как не удивительно — распределяли. Каждый из будущих учителей смотрел на детишек, рассматривал ауру и выбирал себе ученика. Дело это подневольное — одним из немногочисленных налогов, которыми Совет обкладывал магов, был налог на учеников.

Звучит странно, а на проверку очень даже разумно.

Совет имеет право требовать от каждого мага уровнем не ниже маэстро раз в десять лет взять ученика. Точнее, требовали- то явиться на Распределение, а уж если ты явился — без ученика уйти не удастся. Все расходы на содержание ученика маг брал на себя, точно так же как и ответственность в случае получения им травм или (Всякое бывает! — ответила волшебница на мой удивленный взгляд) смерти.

Лично мне Распределение напомнило покупку домашнего животного, но говорить об этом вслух я не решился — Джу бы мне череп проломила, как пить дать.

А дальше жизнь моей визави потекла медленно и спокойно — Саяра, получив ученика, выбил себе место в одной из сторожевых башен, на подобие покинутой нами не так давно Ай-Тар, и начал обучение.

Погрузившись в воспоминания, я начал понемногу клевать носом.

Жизнь у моей волшебницы крайне интересная, меня даже от рассказов о ней в сон клонит. Погода опять же отличная так и подначивает заснуть. Поспать, что ли? Времени у меня еще минут пятнадцать, может…

Задумавшись, я широко зевнул, да так и застыл.

В один момент всю идиллию нашего лесного пикника, словно ураганом снесло.

Слева от места, где мы остановились, кусты разлетелись сломанными ветками, и из них выпрыгнуло нечто огромное, одетое в кольчугу и донельзя заляпанное кровью. Мой мозг, все еще настроенный на ленивое созерцание умиротворенной природы, отметил, что существо несло кого-то на руках, из щита одетого ему на спину торчало несколько стрел, а кожа, не закрытая кольчугой и не заляпанная кровью была темно- зеленой, с коричневым отливом.

Мысли у меня в голове замелькали быстрее молний, а телу осталось лишь поспевать за ними. Ладонь сама легла на рукоять револьвера и, вытягивая оружие из кобуры, я взвел курок.

Все произошедшее после появления орка на полянке, уложись буквально в десяток секунд. Воин (а это точно был воин) еще не успел добежать даже до середины поляны, как кусты, из которых он выпрыгнул, опять взорвались, но теперь уже по- настоящему. Молодые деревья разорвало в клочья чем-то невидимым, что спустя еще мгновение врезалось в спину убегающего зеленокожего, свалив его с ног и заставив перекувыркнутся через голову. Сделав умопомрачительный кувырок, орк каким- то непостижимым образом оказался лицом к месту, из которого его атаковали. Его движения были настолько быстрыми, что даже мне удавалось с трудом за ними проследить. Мгновение и из-за спины появляется тяжелый щит…

… как раз вовремя, чтобы принять на себя еще одну жуткую атаку — из леса по зеленокожего снова метнули заклинание. В этот раз я заметил, как воздух искажается, будто на автостраде в жаркий день. Вот такая искаженная область, размером с человеческую голову пронеслась к орку и прямо на моих глазах врезалась в его щит.

Взрыв!

По щиту словно из гранатомета попали. Эти снаряды, чем бы они не были, явно намного опасней в "компактной" форме. Зеленокожего, укрывшегося за щитом и в свою очередь прикрывающего собой еще кого-то накрыло взрывной волной. Напряженно наблюдая за происходящим, я отстраненно подумал, что еще никогда не видел, как взрывная волна появлялась из ниоткуда.

Орк все так же сидел, закрывая своим немаленьким телом еще кого-то. Кольчуга на его спине была в нескольких местах разорвана, а из глубоких ран сочилась багровая кровь. Самым ужасным было то, что вместо левой руки, которой он удерживал щит, осталась обгорелая культя. Небольшая воронка в том месте, где неизвестный снаряд столкнулся с препятствием, была заляпана кровью и еще чем-то крайне напоминающим остатки руки зеленокожего.

— Гарраш сиганзаам! — донесся из кустов резкий мужской голос, а следом показался и хозяин.

Очень эффектно показался, надо сказать — он просто вылетел. Хотя нет, летают в горизонтально положении, а этот хмырь в темной мантии просто завис над землей сантиметрах в десяти, да так и двигался вперед. Мне тут же вспомнился Саяр, вытащивший нас с Такедой из передряги, которая послужила отправной точкой для всех моих неприятностей.