Не такие, как все – иные. Тропинка нового пути - Такира

ты так не кричала я бы тебе поверил, – усмехнулся отец, но потом переменил взгляд на серьёзный и, приблизив свою морду к рыже-чёрной дочери, внёс вердикт, – Чтобы к вечеру на полу не было ни паутинки, ни шерстинки, ни камешка, ни пылинки.

Золотой кот махнул хвостом и ушёл к чёрной кошке с медовыми глазами, с улыбкой наблюдающей за произошедшим.

Заря с раскрытой пастью наблюдала за уходившим прочь, отцом. Мимо прошла довольная Айра и с ехидной мордой встряхнулась, сбрасывая с себя зацепившуюся пыль.

– Котятки! Идите сюда! – раздался зов чёрной кошки. Это была их мама.

Малыши послушно прибежали на неуклюжих лапках и последовали за матерью по трубам. Сзади расположился отец, готовый поймать ненароком споткнувшегося, котёнка.

Чёрная кошка, призывно махнув хвостом, вышла через дырку на улицу. Айре там не очень нравилось. Там было холодно и громко. А ещё там была куча разных незнакомых запахов, которые вскруживали голову и изредка вызывывали тошноту.

Белый свет прорезал серые глазки Айры. Что-то треснуло под лапками, пробираясь дрожью по шерстинкам. Кошечка опустила глаза и увидела блестящий покров перьёв, извергающих из себя холод. Оглянувшись по сторонам, Айра поняла, что всё вокруг покрыто этими холодными перьями.

– Что это такое? – пискнула Заря, понюхав холодный воздух над белым ковром.

– Это снег. А сделан он из снежинок, – промурлыкала мать.

– Здорово! – вскрикнул Луч, начав прыгать по снегу, – Он так смешно хрустит!

Котята начали бегать под скрывающими их, раскидистыми кустами безлиственной сирени. Айра чувствовала восторг от исследования неизвестного, особенно, когда она не опасна и не причиняет боль.

Кошечка то и дело чихала, когда взметённые ею, снежинки, аккуратно приземлялись на нос и таяли из-за разгорячённой шерсти.

Что-то толкнуло в бок Айру, заставляя потерять равновесие на неокрепших лапках и окунуться в белый сугроб. Холод опалил уши, нос и глаза. Шёрстка задрожала, ощущая, как снежинки касаются кожи и тают, оставляя холодные капельки.

Айра вывалилась и сугроба, ощущая тяжесть в боках. Заря и Луч снова засмеялись, завидев сестру.

– Теперь ты как берёзка! Чёрно-белая! – повалилась со смеху Заря.

Айра увидела, как по бокам на ней висят комки снега. Кошечка всячески пыталась от них избавиться, но они лишь сильней прицеплялись, вызывая дополнительную порцию смеха у брата и сестры.

– Нет здесь ничего смешного! – вбежала в укрытие чёрная кошка, – Она же может заболеть снежной хворью! Сейчас же в подвал, греться! – приказывала она.

***

Айра вместе с котятами носилась под падающим снегом. Он начал идти сильней, влетая своими слипившимися снежинками в глаза и уши, забиваясь между когтей. Пелена снега закрыла обзор на дальный взор в лес. Можно было увидеть только ближние деревья, остальное было затуманено серо-белой занавесой падающих снежинок. Даже серьёзный Вихрь не устоял перед погодой. Тоже начал бегать и валяться в снегу, словно малый котёнок.

Потом подошли и другие. Они постепенно начали заходить в новое время года – в зиму, дурманящую разум своим снежным поведением. Взрослые начали прыгать друг на друга, кидаться неаккуратно слипившимися снежками, бросали друг друга в образовашиеся небольшие сугробы. Крики смеха и визга заглушали хруст снега под лапами и шорохи ветра, бродящего между стволами деревьев и направляющего снежинки в нужное направление.

Айра, занятая закапыванием Следа, не заметила, как в неё летит снежок. Она не успела наклонить голову и вскоре её морду охватил липкий снег. Кошка посмотрела в сторону откуда полетел снаряд. Там стоял отшельник с довольной ухмылкой.

«Ну, держись!», – улыбнулась Айра и, ловко скатав белый шарик, кинула в Мороза. Он легко увернулся, но не просчитал, что в его сторону прилетит ещё один ком. Он с хрустом ударился об бок кота, оставляя льдинки.

Мороз посмотрел на бок, обнесённый комками снега. В ту же секунду его поглотила дымка и снега как не бывало.

– Это не честно! – вскрикнула Айра и побежала за Морозом, который скрывался за деревьями, мелькая смогом.

Вскоре кошка оказалась далеко от норы. Смех друзей эхом отдавался от стволов деревьев и утихал в морозном воздухе.

– Мороз! Где ты? – позвала отшельника Айра, не забывая рассматривать деревья, покрытые белым покровом. Иней украшал их, узорами растягиваясь по стволу и веткам. Казалось, лес резко покрылся серебром. Землю устилал блестящий ковёр, деревья были укутаны в белое покрывало, кусты стали местом проживания для льдышек. Теперь не было той безрадостной пустоты, не хватающей красок.

– Что же ты так долго? – с насмешкой спросил голос Мороза сверху. Дальше Айру укутал холод, сковывающий движения. Ей это чувство было знакомо.

С кашлем Айра выбралась из сугроба. Холод начал двигаться под шкурой, заставляя дрожать и трепетать шерсть.

Кошка посмотрела наверх. Там сидел отшельник с кроткой улыбкой на морде.

– Ты чего сделал? – с дрожью в голосе спросила Айра, передёрнувшись от сильного дуновения ветра, которому последовали не мягкие пёрышки из снежинок, а твёрдые, режущие щёки, льдинки.

– Да ладно тебе, я ведь пошутил, – отшельнки спрыгнул на кучку снега, из-под которой несколько мгновений назад выбралась Айра.

– А если я заболею? – с укором спросила кошка, – Снежной хворью?

Иная вспомнила, как с таким же тоном её мать ругала брата и сестру за то, что они толкнули маленькую Айру в сугроб. Кошка примерно предпологала, что снежная хворь – это немного усиленная простуда.

– Не заболеешь, – фыркнул кот и рысцой побежал вперёд, – Тебе нужно согреться, возвращаемся!

Айра побежала за ним, чувствуя, как тело потихоньку согревается. Пару раз кошка подскальзывалась на замёршких лужах и чуть ли не снова падала в сугроб.

Рыжий хвост Рябинницы мелькнул у входа в нору. Значит, друзья только закончили игру.

В норе царила атмосфера довольства и радостного тепла. На всех висели постепенно тающие, комки снега. Котята быстро срывали эти комки и продолжили играть, кидаясь. Даже после долгой игры их энергия не истратилась.

Айра заметила, что Амиго снова не было в норе. Опять ушёл куда-то. Но сейчас кошку это мало волновало, ведь все её мысли были заняты радостью прихода зимы.

– Каштан, давай поиграем в «укус лисы»? – предложила Ириска, подбежав к брату.

– Дождекап, давай с нами? – фетер обернулся к другу. Он, немного приподняв голову, отрицательно покачал ею.

Каштан немного опустил усы, расстроившись.

– Прости, мы не хотим, – вздохнул котёнок и отвернулся от сестры.

«Нужно заканчивать это», – решила Айра.

– Каштан! Подойди-ка сюда, – чёрная кошка села, ожидая подходящего фетера.

– Что такое? – спросил Каштан, приблизившись. В его глазах спрятались тени грусти, высказывающие своё воздействие по опущенным усам.

– Почему ты не играешь с братом и сестрой? – Айра немного наклонилась к малышу.

– Ну просто… Дождекап не хочет играть в то,