Тень Войны - 3. Война Теней - Pokibor

- Александр... Александр, послушайте! - мягкий голос Гермионы, как будто просящей прощения за прежний приказ, заставил-таки молодого человека открыть глаза и посмотреть на волшебницу. - По настоянию Пикса мы возьмём с собой чёрный кристалл. Но пользоваться им нельзя ни в коем случае, понимаете? Ни в коем случае! Что бы не случилось, как бы на вас не давил магистр или кто-то ещё - умоляю, не трогайте артефакт!

- Не волнуйтесь, - безразлично сказал юноша. - Я вырою себе норку и буду там дрожать.

- Ваши шутки сейчас неуместны, - женщина покачала головой. - Тлея, проследи за ним.

- Так точно, мэм! - отчеканила девушка и засмеялась. - Разрешите выполнять?

- Ра-азрешаю! - улыбнулась Гермиона. - И помни: похоже, вся надежда только на тебя.

- Он будет совсем ручным, - магораинка продолжала хихикать. - Правда, Але? - она поцеловала юношу, и этим чарам сопротивляться было невозможно. Кончики губ молодого человека невольно поползли в сторону ушей. Выражение его лица из подчёркнуто-мрачного превратилось в откровенно комичное. Притворяться Александр умел плохо.

Волшебники обсудили с Таном ещё несколько деталей планируемой операции. Агент внёс несколько малозначительных корректировок, но в целом отметил профессионализм стратегов вообще и Гермионы в частности, заставив волшебницу чуть порозоветь. Единственным, что удивляло, наверное, всех присутствующих, была странная апатия магорианца по отношению ко второму этапу битвы - противостоянию энергонам. Он не задал ни одного вопроса по этой теме, а когда женщина сама лишний раз напомнила про данную проблему - с равнодушием выслушал её речь про патронусов, Воплощение и так далее. Если бы магорианец не доказал ранее свою честность, его бы, наверное, заподозрили в предательстве - ведь месяц назад агент сам во всеуслышание заявлял, что главной целью повстанцев является ликвидация «божеств». А сейчас все дружно посчитали, что как бы Тан не старался это скрыть, ему тяжело думать о коренной перемене в судьбе родной планеты.

К сожалению, будет ли эта перемена - вопрос был более чем открытым. Сражение с энергонами оставалось чем-то вроде отчаянного самоубийственного броска на амбразуру, нежели хорошо продуманной операцией. Да, Ордену удалось вывести кучу теорий, сделать ряд предположений и выразить мнение, что, наверное, может быть, вероятно, по всей видимости, созданные множеством волшебников патронусы как-то подействуют на призраков и... ну, в общем, кто знает, что тогда будет, но выбора всё равно особого нет... Короче, земляне играли в рулетку. Русскую рулетку. И даже чтобы просто получить право в неё сыграть, прежде необходимо было разбить войска магорианцев. Причём внимания магглов на энергонах Орден предпочёл не акцентировать, что напоминало волшебникам методы Исполнителя. Однако... Кто знает, может, незнание и правда меньшее из зол?

Дни тянулись в томительном ожидании. Александр всеми силами старался не показать гнетущие его плохие предчувствия, но, как уже было сказано, притворство не входило в число его талантов. Лиза, которая успела многое понять за время лечения, но после его окончания потеряла всякую связь даже с братом, заваливала юношу письмами. А он не имел права написать ей ничего дельного - включая дату, которая может стать для Алексея последним днём жизни. Время начала операции держалось в строжайшем секрете, как и вообще все детали касательно борьбы с магорианцами. По проектору лишь регулярно крутили различные агитационно-ободряющие ролики, грозящие демонстрацией интервентам матери некого Кузьмы, а вот что это за Кузьма и кем имеет счастье быть его матушка, оставалось за кадром. И, тем не менее, большинство простых обывателей всё равно чувствовали в воздухе тревогу, застилающую плотным туманом картину будущего. Она проскальзывала всюду - в речах политиков-генералов, оккупировавших ток-шоу, в заметно усиливающихся день ото дня мерах безопасности, когда страна ходила по грани введения чрезвычайного положения... И даже Солнце, казалось, выискивало подвод забиться под покрывало облаков, после ясного первого квартала обеспечив Европу пасмурной погодой.

Хуже того, Александру вновь начали сниться странные сны, и теперь его кристалл тут совершенно точно был не при чём. В грёзах юноша зрел иную планету, которую ранее никогда не знал - и в то же время такую знакомую! Это была планета энергонов, давно уже стёртая с лица галактики. Молодой человек понимал это, как понимал и причину своих видений. После двух случаев создания межмирового портала он определённо слишком сблизился с Амо-Наном, и кто теперь знает, сможет ли он в сражении воспользоваться чёрным кристаллом без риска вновь уступить призраку контроль над своим телом. Нет, юноша не забыл приказа Гермионы, но столь же хорошо знал - если события выйдут из-под контроля, он вряд ли будет сидеть сложа руки. Хорошо хоть, что сам энергон не пытался вызвать юношу на разговор, наверняка удовлетворённый ходом дел и страхами молодого человека.

Александр несколько раз ходил на базу «Дивизии М», надеясь поговорить с Алексеем. Однако в каждое своё посещение секретного объекта натыкался на непрерывные тренировки солдат, за которыми не без удовольствия наблюдал со стороны. Анри говорил юноше, что после известия о дате сражения подготовительную программу серьёзно усилили, и ребята теперь либо занимались чем-то полезным, либо спали без задних ног после тяжёлого дня. Они не жаловались и, вообще говоря, только радовались уготованной им доле героев, однако надеяться хоть на пятиминутную беседу с товарищем молодому человеку не приходилось.

Отношения с Тлеей, как и предполагалось, замерли в одной точке. Влюбленные проводили много времени вместе, но о будущем даже не заикались, боясь сглазить. Зато со стороны и девушки, и Гермионы, и матери на юношу постоянно велась атака в плане «это правильно, что тебе запретили участвовать в битве, и не думай возражать». Но Александра всё равно грызла совесть. Несмотря ни на какие напоминания о прошлых заслугах, он хотел быть там, среди солдат, среди друзей, что бы не случилось! А ему запрещали, и в очередной раз напоминали, что одно «божество» он уже победил, пора бы и другим дать шанс.

Но юноша всё равно тренировался. Бывало, возвращаясь после прогулки с девушкой, он не доходил до дома нескольких метров, заходил под покровом спустившейся ночи в какой-нибудь тёмный уголок и доставал кристалл. Тщательно наложенные чары тишины позволяли юноше не будить соседей выкрикиванием волшебных слов, так что он с упоением всаживал в прочные глухие стены заклинание за заклинанием, не боясь быть обнаруженным. Порой молодой человек представлял, что перед ним находятся фигуры в чёрных плащах, и тогда на ум сами собой приходили странные слова - или, скорее, желания. Кристалл вспыхивал чуть заметной тёмно-красной молнией, а Александр гадал - то ли он залез в память энергона и вытащил оттуда формулу известного тому страшного заклинания, то ли сам призрак по неизвестной причине подкинул молодому человеку это знание. Но толку от чар пока что было немного, и вряд ли кристалл юноши был способен на нечто большее.

Так мимо проплелась дюжина суток. Накануне решающего дня Светлана постоянными уговорами заставила сына лечь спать раньше, чтобы он как следует отдохнул перед предстоящем испытанием. Как бы не так - юноша не мог заснуть вообще. Он лежал, прикрыв глаза, и даже не делал попыток бороться с бессонницей. В памяти проносилось прошлое, на ум лезли разнообразные картины будущего. Молодой человек мечтал. Просто вспоминал былое и грезил о грядущем. Странное дело - ему казалось, словно он не заметил какую-то важную деталь за всю прошедшую жизнь. Несколько раз проходил мимо неё - и не заметил. А эта деталь, между тем, теснейшим образом связана с ним, с его сердцем, с его судьбой... В своих фантазиях юноша пробовал гадать, что же такое упустил из виду, но только скатывался на прекрасные видения, в которых исполнялись все желания юноши... Они помогали ему бороться с реальностью, когда завтрашний день мог чёрной страницей вписаться в историю Земли и положить начало закату человечества.

И всё-таки Александр чувствовал себя на удивление хорошо отдохнувшим после практически бессонной ночи. Он позавтракал, стараясь не глядеть на взволнованную мать, попрощался с ней так, словно шёл на увеселительную прогулку, и так быстро, как только мог, кинулся к портключу. Сейчас он не хотел думать ни о чём, кроме своих надежд на будущее. Цепочку, к которой был прикреплён кристалл, юноша обмотал вокруг руки на манер браслета, чтобы камень всегда держался рядом с ладонью. На пояс он привесил кобуру и несколько подсумков, показывая, что готов к сражению. Несмотря ни на какие возражения, молодой человек намеревался вытребовать себе оружие - хотя бы на всякий случай. Остановившись на мгновение перед зеркалом, чтобы в последний раз убедиться, что он ничего не забыл и достойно выглядит, Александр коснулся портключа.