Ненавижу и прощаю... - Наталия Батори

- Я должна, - прозвучало в пустоту, и сердце болезненно защемило.

Тихий стук в дверь заставил Анну испуганно обернуться.

- Ты не занята? Можно войти? – послышался голос Андре.

- Д-да… можно, - неуверенно проговорила Анна.

Мягко толкнув дверь, Андре, вошел в комнату и осмотрелся. Опустил глаза, словно чувствовал себя виноватым. Нервно сцепил руки и, когда Анна начала терять терпение, наконец, поднял на нее глаза:

- Ты как?

- Все хорошо, а почему ты спрашиваешь? – попыталась улыбнуться Анна, но улыбка получилась жалкой и вымученной.

- Мне не внушает доверия этот прохвост, вот и переживаю за тебя… Виолетта не пустила меня к вам, у нее твердая убежденность, что вы со Столяровым сами в состоянии разобраться, но я в этом не уверен! Этот тип мне совсем не нравится!

Девушка почувствовала, как внутри все холодеет от мысли, что Андре что-то заподозрил или даже узнал… Ведь все может быть… Но Вилка не могла рассказать… Не могла! А если Влад? Нет, они не в таких хороших отношениях, чтобы рассказывать детали чужой жизни… А если все-таки узнал, то что делать? Что говорить?! О, черт, а еще вчерашняя сцена в ресторане! Она совсем об этом забыла. Забыла, что эти двое сцепились не на жизнь, а на смерть из-за того, что Андре слышал их разговор. Все гадкие слова, которые Столяров бросал ей в лицо, всю ту грязь, которую он вылил на нее… Стыдно-то как… Еще хуже стало, когда она поняла, что забыла сегодня об этом. Просто забыла, что человек, который был с ней сегодня так нежен, с легкостью ломает все, к чему прикасается… Ведь он и ее сломал когда-то, и она понимала, что сломает опять, если подберется слишком близко.

«Но он уже близко…»

Чувствуя, что еще немного, и от обилия предположений поедет крыша, она, наконец, постаралась взять себя в руки и как можно спокойнее спросила:

- У тебя есть причины не доверять ему? У него хорошие рекомендации…

- Рекомендации - это хорошо, но я не о том! Я о… Черт! Анна ты же понимаешь, о чем! Я могу сделать вид, что вчера ничего не было. Но это было! Я не подслушивал, но я слышал. Не все, правда, но то, что услышал, мне очень не нравится… Можешь ничего не отвечать, но подумай о том, чтобы найти другого юриста…

Остановив его жестом, Анна отрицательно покачала головой:

- Я думала об этом… Правда… Долго объяснять, но просто я могу ему доверять…

- Как можно доверять человеку, который относится к тебе как к куску мяса? Или ты думаешь, я не замечаю, что он, глядя на тебя, слюнями истекает?

Андре видимо хотел сказать еще что-то, даже раскрыл рот, но затих на полуслове и сжал губы. Аня понимала его чувства. Понимала его и боялась ненароком задеть. Потому старательно подбирала слова, чтобы объяснить…

- Его отношение меня совершенно не волнует, и то, что он пускает слюни на меня или на кого-то еще, это не мое дело!

Она старалась смотреть прямо ему в глаза. И с каждым словом в этих синих глазах прибавлялось льда. Так бывало всегда, когда мнение Андре не поддерживали: он гордо вскидывал подбородок, взгляд становился жестким… Но мужчина ничего не говорил. Совсем. Молча уходил переваривать в себе произошедшее и в ближайшее время никому не попадался на глаза. Анна искренне надеялась, что так будет и в этот раз, и даже тихонько выдохнула, когда он на пятках развернулся к двери, но тут же ее поверг в ступор новый вопрос:

- Скажи, вас что-то связывает, кроме Влада?

«Да, я волочилась за ним, как собачонка… Переспала с ним по пьяни… Потом провалялась хрен знает сколько в больнице… чуть не подохла пару раз… едва выбралась из депрессии… и да…»

Остановившись на самом болезненном, она задержала дыхание и ровно ответила:

- Во времена студенчества пару раз пересекались в компании Влада… Нас ничего не связывает.

Она выдержала строгий взгляд Андре, который в этот момент как никогда был похож на своего отца, не отвернулась и не повела бровью. С минуту Андре всматривался в ее лицо, хмурился, желваки на его скулах ходили ходуном. Наконец, взвесив все за и против, мужчина кивнул.

- Делай, как знаешь, - бросил он уже уходя.

Дверью не хлопнул – слишком был хорошо воспитан, но от его ухода у Ани осталось еще более тягостное ощущение, чем после встречи со Столяровым. Стыд. Непонимание. И чувство вины. Умная? Возможно! Сильная? Черта с два! Права была Вилка, когда говорила, что ей надо мужика! Чтобы не реагировать совсем на этого самоуверенного пингвина, а быть спокойной как дверь.

«Любовника, что ли, завести? Тайного…»

- Ага, да! Дать объявление на каком-нибудь сайте: «Возьму любовника для взаимоудовлетворяющего пользования два-три раза в неделю!»! – пробормотала она своему отражению в зеркале и сиротливо обхватила себя за плечи.

Легко сказать, но трудно сделать. А как она вообще сможет хотя бы раздеться перед незнакомым мужчиной, если только это не будет ее доктор, Аня не представляла. Какой же страх ее брал перед первой брачной ночью! Виолетта предлагала больше пить, но ей со страху ничего не хотелось… Ни пить, ни есть… Она и в комнату шла, как во сне, хорошо хоть в обморок не грохнулась…

- Хотя с моими-то успехами это удивительно! Лох по жизни…

Мрачно констатировав это своему отражению, девушка, наконец, махнула рукой и побрела в душ. Сиди-не сиди, но вниз ей придется спуститься и придется не подать виду, как сильно она растревожена.

Обед проходил в дружеской атмосфере. К великому удивлению Анны Андре тоже был за столом. Молчалив и задумчив, но тем не менее… Влад и Виолетта, как могли, разряжали обстановку шутками и прибаутками. Отчасти им это удалось, но их стараний было слишком мало, чтобы все пришло в норму.

После обеда Андре ушел к себе, Влад уехал на работу. Аня и Виолетта уединились в кабинете, чтобы обсудить планы на ближайшие дни. Встречи, тусовки, куча пригласительных на различные рауты. Анна приняла только одно – на благотворительный вечер, средства от которого пойдут на помощь сиротам. Когда от всяческих бумаг начало мелькать в глазах, девушки сделали перерыв и решили выпить чаю. Аня видела осторожные взгляды подруги и ждала, когда та начнет сыпать вопросами. Ждала. А когда дождалась, то уже не пыталась уйти от ответа, а спокойно, размеренно рассказала все в деталях, буквально в лицах.