Инферно – вперёд! - Роман Кузьма

с новой силой. Впрочем, второй лейтенант не зря каждую неделю посещал отдел контрразведки, обучаясь сложному искусству управления личным составом.

– Мы одержим блистательную победу! Мы сокрушим врага! – Голос Глиндвира ударил по ушам, подобно бичу. Он на мгновение замолчал, обводя солдат обжигающим взглядом. – Вы привыкли всё делать через зад, и тут уж ничего не поделаешь, я смирюсь с этим. Поэтому третий взвод пойдёт впереди, второй – и бронемашина – станет вторым эшелоном, а первый взвод займёт самую ответственную позицию, став нашим последним резервом, прикрывая всех этих неумелых вояк с тыла.

Норс сразу загадал тайный смысл, скрывавшийся в распоряжениях Глиндвира: в первом взводе собрались наиболее преданные сторонники командира роты, парни с крепкой уголовной закваской. В любом случае, как показали результаты боёв, среди них в избытке водились трусы, и едва ли им можно доверить серьёзную боевую задачу. Третий же взвод, в котором, кроме Глайниса, насчитывалось немало профессиональных солдат, обладал наивысшей боеспособностью; по крайней мере, здесь никто не носил в патронных подсумках «краплёные» карточные колоды вместо обойм.

Третье отделение третьего взвода шло впереди, продвигаясь к центру города в неестественной, почти звенящей тишине. Её нарушали лишь неторопливый топот солдатских ботинок и урчание двигателя броневика.

Броневик, трёхосный вездеход модели «Сурикат», постоянно вращал невысокой конической башенкой, из которой торчал ствол авиационной автоматической пушки однодюймового калибра. Это грозное оружие могло управиться с пехотным взводом, неважно, людьми ли, зомби ли он комплектовался, в мгновение ока. Машина, разработанная для разведывательных операций на открытой местности, обладала высокой скоростью и проходимостью, и в сложившихся условиях могла оказаться незаменимой. В любом случае, выглядел «Сурикат» очень внушительно; в его компании пехотинцы чувствовали себя гораздо увереннее.

В полнейшей тишине, лишь изредка нарушаемой ленивыми разговорами, «ударники» шли около получаса; периодически им попадались развалины строений, уничтоженных продолжающимися уже более года бомбардировками. Теперь, когда противник добился успеха, неожиданно осуществив крупную воздушно-десантную операцию, цель этих налётов, игравших роль огневой подготовки, становилась очевидной. «Бессмысленные акции устрашения, призванные сломить дух великой айлестерской нации!», – вспомнил Норс публикации в «Королевских ежедневных ведомостях». О том же вещал и «пророк Айлестера» – прорицатель Олан Бейнак, – утверждавший, что речь идёт всего лишь о терроре, не преследующем никакой осмысленной цели.

– Грош цена нашему пророку, – сказал вдруг Норс шагавшему рядом великану Дортегу. Тот, как обычно, не сразу сообразил, о чём речь, и бывшему редактору пришлось потратить добрых шесть минут на то, чтобы разъяснить ему ситуацию с Бейнаком из «Королевских ежедневных ведомостей» и его неудачным прорицанием.

– Это буржуазная газета, я вообще не понимаю, зачем ты её читаешь, – ответил Дортег, наконец. Норс, сам являвшийся мелким провинциальным буржуа, не нашёл, что ответить, однако похоже, что Глайнис услышал, как минимум, завершающую часть их разговора.

– Агитация! – Командир отделения подскочил к Дортегу и, потрясая винтовкой, навёл её бывшему рабочему в живот. – Пристрелю, если ты, сволочь, ещё хоть слово себе позволишь!.. Хоть слово о Его Величестве – и…

– Слава Его Королевскому Величеству Эньону IV! – прогремел Дортег своим оглушительным басом и, расстегнув форменный китель, обнажил широкую волосатую грудь. – Стреляй!

Глайнис, готовый лопнуть от злости, покраснел как варёный рак. Всеобщий хохот, раздававшийся со всех сторон, принудил его, прошипев несколько угроз, ретироваться. Впрочем, Глайнис тут же нашёл себе новую жертву – ею стал рядовой Галхад, тщедушного сложения парень, до армии промышлявший квартирными кражами. Сейчас он склонился над одной из лужиц, в великом множестве встречавшихся повсюду, и с искренним любопытством принюхивался к находившейся там желтоватой жидкости.

– Как странно пахнет, – заметил он. – Однако… аромат дурманит и пьянит!..

Сильный пинок, пришедшийся Галхаду пониже спины, опрокинул его наземь. Он покатился по мокрому, как после дождя, асфальту, умудрившись испачкать лицо в ещё одной луже, что немедленно вызвало всеобщий смех присутствующих. Галхад вскочил, ощерившись точно крыса.

– Да я тебя…

В лицо ему упёрлось дуло винтовки. Бывший капитан Глайнис, уже сплоховавший минуту тому назад, на сей раз был настроен более чем решительно. Дортег ловко выкрутился из затруднительной ситуации, однако квартирный вор, судя по всему, избрал неверную линию поведения. В памяти Норса всплыли соответствующие статьи устава, согласно которым командир имел полное право убить подчинённого за неподчинение в боевых условиях. Впрочем, ротой командовал второй лейтенант Глиндвир, и он тут же напомнил о себе.

– Прекратите болтать – и смотрите-ка внимательнее по сторонам! – Суровый оклик Глиндвира, прозвучавший как нельзя кстати, принудил Норса осмотреться вокруг. Вполне вероятно, это спасло ему жизнь – в противном случае, он бы так никогда и не заметил неясную тень, метнувшуюся в его сторону из ближайшего подъезда. Ещё не успев разобраться в происходящем, Норс вскинул винтовку и выстрелил.

По счастью, сделанный едва ли не вслепую выстрел пришёлся в цель: из тела набросившейся на него твари брызнула клейкая фиолетовая жидкость, а сама она, получив весомый удар, изменила направление полёта.

Норс лихорадочно передёрнул затвор; оглушённый множеством выстрелов, раздавшихся практически одновременно и от этого слившихся в одно сверхмощное «б-бах!», он обернулся туда, где лежал, умирая, гигантский паук. Да, то был паук! Его многочисленные глаза, с ненавистью смотревшие на своих убийц, вскоре остекленели; наконец, по телу пробежала одна мощная судорога, и он замер.

Каддх, брезгливо сплюнув, по приказу Глиндвира несколько раз ткнул мёртвую тварь штыком. Безрезультатно.

– Похоже, она действительно мертва, Помазанный Второй Лейтенант, – доложил художник. Глиндвир, восседавший на крыше броневика, кивнул и постучал по люку, давая знак двигаться. Дитнол Норс про себя поблагодарил Эзуса всемогущего за чудесное спасение и вновь осмотрелся по сторонам. Наверняка, в окружающих их домах пряталось ещё немало подобных тварей.

– Смотрите! – Один из солдат второго взвода указал на отвратительного вида длинную серую верёвку, свисавшую с крыши ближайшего дома. Нетрудно было догадаться: пауки использовали свои, дарованные им природой, способности для того, чтобы спрыгнуть с зависших над городом «Б-стрекоз». Так они смягчили удар, неизбежный при приземлении с большой высоты, а затем принялись за дело.

Норс начал рыться в памяти, пытаясь вспомнить всё, что слышал о пауках. Те считались грозными охотниками в мире насекомых – опутав свою жертву коконом, применяли яд, чтобы усыпить и потом постепенно, кусок за куском, съесть. Теперь до него дошло, что на самом деле случилось с многочисленными жителями этого огромного города, которые не успели спастись бегством. Вера Эзуса требовала оказать им то милосердие, в котором они нуждались. К сожалению, запас горючей смеси в баллонах трёх имевшихся у них огнемётов, был явно недостаточен.

Норсу оставалось только помолиться за души горожан.

Глава

XXVIII

Прежде чем достичь делового центра Алклу, ударная