Тени судьбы - Никита Гандер

— А у тебя обычная жизнь? Я боюсь с тобой рядом оказаться, когда у тебя приключения начнутся! — Отшутился Семен.

— Ты придурок, Семен! — Обиделся Илья.

Неожиданно Семен повернулся и очень серьезно посмотрел на Громадина:

— Не удивляйся, Илья, но иногда не только тебе такое кажется. Ты думаешь, что я не думал про то, как мы живем? Про то какой у нас странный и неправильный мир? Слишком много допущений, слишком много случайностей… Ты прав, Громадин, так не бывает в обычной жизни. Но и жизнь у нас необычная. Почему ты готов поверить, что мальчишка — Бог, но не готов поверить, что реальность тоже может быть субъектной? Может ей тоже не хочется умирать? Или что там с ней сделает этот засраный Эйнур или кто там… Да, еще забыл сказать! Сам ты придурок!

Переход от Семена-серьезного к Семену-обычному был так скор, что Илья сначала даже и не понял, пока Семен не заржал:

— Чего задумался, философ? Бери ботинки, одежду, жрачку возьми, а то я после шалуна не хочу доедать… вон, рюкзак лежит!

Собрали вещи быстро и вот уже Семен и Илья стояли каждый с нагруженным рюкзаком.

— Если еще что понадобится, можем и заскочить. Сейчас не будем нагружаться сильно… пошли, надо наших обрадовать.

В подвал где ждали их друзья Илья и Семен явились словно два Санта Клауса — с огромными мешками подарков. Меньше всего повезло Тиму — на его детский размер ни одежды, ни обуви в тайнике не нашлось, но Сергий обещал подумать над этим вопросом и как-нибудь приспособить имеющиеся запасы под его нужды.

— Спишь ты где, подлец? — Спросил Семен пленника.

— Тут и сплю… — прогнусавил он.

— Больше негде?

— Нет, только тут. Остальное не обжито совсем…

— Ладно, шелудивый, на слово тебе поверю! — Пригрозил ему Семен. — Надо этого рукоблуда перевесить. Вон на крестовину эту его примотаем, а то еще лопнет башка от прилива крови! — Хохотнул Семен.

По лицу бандита было заметно, что он не до конца уверен в правдивости слов Семена, как и в их надуманности. Заметив его страх, Семен сказал ему:

— Не переживай, чтобы башка лопнула, это надо чтобы кровь к мозгу приливала, а у тебя с этим проблемы! — Семен заржал в голос.

После недолгого ужина, наемники и Дмитрий стали готовить место для ночлега — спальных мешков хватало в избытке, так что каждому досталось не по одному и их можно было использовать как подложку. В целом, их положение можно было даже назвать отличным, особенно если помнить, что совсем недавно они оказались на улице босиком и практически без одежды. Сергий спать отказался, сославшись на то, что успел взять свою норму до их поспешного бегства из таверны и желанием заняться одеждой для Тима, остальные сном не пренебрегли — сказался стресс от недавно пережитого и слишком раннее пробуждение. Все понимали, что этот сон задержит их еще на одну ночь, но решили позволить себе это. Илья так и не мог понять, откуда этот потусторонний страх перед ночными путешествиями, в полумифических Великих Зверей он не верил — если рыцари с ними справлялись, то и они бы справились. Решив поспрашивать об этом Семена, Илья стал обдумывать мысль, пришедшую ему в тайнике. Целый мир, вставший на их сторону, чтобы сохранить свое существование… Звучало очень заманчиво, но уж совсем фантастически. Чем больше Илья думал об этом, тем больше убеждался, что мир действительно помогает им, помогает своему создателю, Эйлину-Тиму. Еще больше укрепляли его в этой мысли воспоминания из прошлой жизни. Точнее те события, который произошли после его встречи с Тимом: слишком они гладко уходили от погони, слишком им везло на каждом шагу. Если бы Илья читал такую книгу, то он бы весь обплевался, за каждым кустом — рояль, на каждой стене — ружьё, которое выстрелит и обязательно попадет во врага. Но это происходило наяву и он сам был непосредственным участником событий. Илья еще успел подивиться словам Семена о том, что куча необъяснимых наукой явлений существует, а Илья не может поверить в везение, тем более рядом с живым Богом. Громадин, действительно, не мог объяснить даже себе в чем разница, но сам ее ощущал.

Все-таки, мысль, что само мироздание их поддерживает грела Илью и давала ему не иллюзорную надежду, что их предприятие закончится успехом. Потому что мысль противоположная пугала его до дрожи — что там в небытии ждет их? Что с ними станется, если планы реальности Тима перестанут существовать? Это смерть или их ждет что-нибудь похуже? А люди, которые населяют эти миры? Они настоящие и живые или марионетки? Илья поспешно вернулся в объятия размышлений о субъектном мире, который полностью на их стороне и быстро уснул.

Глава 27

Илье снился сон, в котором он был в своем родном мире. Во сне он снова и снова вырывался из рук Семена, который не давал ему броситься на помощь Тиму. По непонятной причине Семен и остальные решили больше не помогать мальчику и отдать его преследователям. Илья рвался, кричал и даже бил Семена, но никак не мог сдвинуть его с места и вырваться. Семен, как каменный истукан, крепко заключил его в медвежьи объятия и держал, не обращая внимания на увещевания Ильи. В очередную попытку вырваться Илья закричал особенно сильно и проснулся. Рывком сел и стал осматриваться. Подвал никак не изменился, все и всё были на своих местах.

Сергий вопросительно посмотрел на Громадина, не прерывая своего занятия. В руках у него была иголка и нитка, которые он раздобыл неизвестно где, и священник занимался одеждой для Тима.

— Дурной сон… — пробормотал Илья.

— Причаститься тебе надо, сын мой, — возвращаясь к шитью, сказал Сергий.

Илья махнул рукой в ответ на его слова и спросил сам:

— Как дела с одежкой?

— Не очень хорошо, но пойдет! — Сергий расправил в руках уже готовые штаны, которые действительно, хоть и выглядели не фабрично, но приобрели размеры более подходящие для Тима.

— Да ты, батюшка, на все руки мастер, — пробормотал Илья. — Долго мы все спим?

— Нет, как раз к вечеру дело идет, самое время просыпаться, есть и спать, — священник усмехнулся.

— Будем будить?

— Давай, почему нет?

Илья выбрался из спальника и первой жертвой назначил Семена. Проснулись все на удивление легко. Сергий немедленно продемонстрировал Тиму результаты своей работы, которой тот остался очень доволен.

— Вот только с ботинками ума не приложу, что делать… — вздохнул Сергий.

— Нормально, тряпья в носки напихаем,