Убийство Принца Тени - Хелен Шойерер

Уайлдер присоединился к ним в центре обугленного поля.

– Восемь человек погибли, – сказал он им мрачным голосом. – Двадцать четыре воина или даже больше ранены…

Грудь Дрю сжалась, и большой палец Талемира погладил тыльную сторону ее ладони.

– Есть новости от Эдриенн?

Младший Воин Меча кивнул.

– Не так давно на западе показался голубой дым. Все получилось.

Дрю почувствовала, как все ее тело расслабилось. Эдриенн спасла остальных и избавилась от зловещего логова.

«Слава фуриям», – подумала она.

Но нужно было сделать кое-что еще.

– Известно, скольким духам удалось сбежать? – спросила она.

Уайлдер вздохнул.

– Трудно сказать, когда их целая орда просто испарилась…

– А что насчет жнецов? – спросил Талемир твердым голосом.

– По крайней мере, один жнец сбежал обратно за Завесу, – допустил Уайлдер. – Мы сделали все, что могли, но…

Дрю подняла руку, призывая замолчать, видя, как некоторые наарвийцы побросали свои дела, чтобы послушать ее.

– Мы вышли победителями, – сказала она, повышая голос, чтобы все могли ее слышать. – Мы столкнулись с ужасными трудностями и обернули их в свою пользу. Мы выстояли, храбро сражались, и теперь это грязное место превратилось в пыль, а его обитатели больше не проклинают наши земли.

Раздались радостные возгласы.

Талемир наклонился, и его слова были слышны только ей и Уайлдеру.

– Боюсь, это еще не конец тьмы, – тихо произнес он.

Дрю услышала его предупреждение, но оно не сломило ее дух. Она знала, что, хотя его слова были правдой, то, чего они достигли сегодня, было небывалой победой, и она будет помнить об этом всегда.

Измученная, но живая, Дрю и остальные помогали ухаживать за ранеными и заворачивать тела павших в саваны. Ее сердце обливалось кровью за их семьи, за тех, кто покинул их. Баледор был одним из погибших. Ее отец сидел рядом с его телом и пил из маленькой фляжки.

– Отец.

Когда она приблизилась, у нее защипало в глазах при виде Баледора, человека, которого знала всю свою жизнь.

– Мне так жаль, – сказала она своему отцу.

– Не проливай слез из-за Бала, Дрю, – печально ответил он. – Ты же знаешь, он был бы рад… Знать, что он помог сделать мир немного светлее.

Она кивнула, не решаясь заговорить.

– Ты должна гордиться, дочка. – Голос Фендрана дрогнул, когда он встал и заключил ее в объятия. – Ты привела наш народ к победе. Ты видела, как отомстили за твою мать и братьев.

Дрю не могла вспомнить, когда в последний раз отец обнимал ее, но она без раздумий кинулась к нему.

– Спасибо, – пробормотала она.

Знакомый возглас заставил ее поднять взгляд туда, где кружил Терренс. Отпрянув от отца, Дрю протянула руку, чтобы Терренс смог приземлиться. И вскоре его когти мягко обхватили ее предплечье, и он сложил крылья, протягивая ей лапку.

Там был привязан свиток.

Дрю сразу узнала неряшливый почерк Эдриенн и дрожащими руками развернула пергамент.

Мы все в безопасности. Миссия прошла успешно.

Соединим отряды на полпути к лагерю.

Да пребудет с вами удача. (Хотя сначала она отлично провела время с нами.)

Дрю вздохнула с облегчением и передала приказы подруги. Все устали, но никто не хотел больше оставаться среди руин. Час спустя, позаботившись о раненых и завернув мертвых в саваны, они выехали навстречу своему генералу.

Эдриенн не просто так выбрала место встречи на середине их пути. В своем рвении к битве Дрю не обратила внимания на домики по пути к полю, но теперь она видела несколько из них, разбросанных вокруг участка леса. Это было не совсем поселение, а крошечная деревушка, в которой когда-то проживали несколько семей, но теперь она совсем опустела.

Дрю спрыгнула с лошади, и мгновение спустя Эдриенн чуть не сбила ее с ног.

– Ты сделала это, – воскликнула ее подруга, едва не лишив ее жизни. – Ты, черт возьми, сделала это.

– Мы все сделали это, – ответила Дрю, не в силах сдержать улыбку, появившуюся на ее лице, когда она взглянула на Талемира, который спешился одним быстрым движением. Он улыбнулся, и от этого вида у нее подкосились колени.

Но она снова повернулась к подруге.

– А ты? У тебя все хорошо?

Эдриенн, сияя, сжала ее плечо и подтолкнула Дрю к небольшой группе людей, собравшихся у костра.

– Лучше, чем хорошо.

Там было около дюжины человек, а может, и больше, некоторых из них Дрю узнала из крепости в Кирауне. У некоторых из них были крылья, как у Талемира и Гаса, в то время как от других падали слабые тени. Они выглядели усталыми, но целыми…

– Приятно, что ты наконец присоединилась к нам, Дрю Эммерсон, – произнес знакомый голос.

– Дратос, – вздохнула Дрю, делая шаг вперед и пожимая руку рейнджера. – Рада тебя видеть.

Черные крылья мужчины были спрятаны за спину, но на его лице была волчья ухмылка, когда он поцеловал костяшки ее пальцев.

– Спасибо тебе за то, что ты сделала в логове, за то, что сражалась за нас. – В его словах прозвучало неожиданное почтение. – Мы в большом долгу перед тобой.

Тепло разлилось по телу Дрю, когда Талемир приблизился. Дратос поднял взгляд, его глаза сузились при виде Воина Меча.

– Ты… – сказал он, и его голос превратился в рычание. – Ты тот, кого называют Принцем Сердец… Ты хотел убить моего маленького кузена. Ты хотел убить нас всех.

Талемир не побледнел, но склонил голову в знак сожаления.

– Хотел и прошу прощения за это.

Крылатый рейнджер приподнял бровь и отхлебнул что-то из фляжки.

– Может быть, в следующий раз будешь лучше обдумывать свои решения?

– Я был уверен, что вас поглотила тьма.

– Потеря памяти, Воин Меча. Какое-то время ни черта не понимаешь. Разве ты не испытывал то же самое, когда ты…

Талемир застыл рядом с Дрю.

– Я… Мне очень жаль.

Дратос, казалось, раздумывал, стоит ли продолжать ругать человека, который только что помог победить духов тени.

В конце концов он шутливо махнул Талемиру, прежде чем допить остатки из своей фляжки, и оценивающе оглядел его.

– Ты знаешь… Я действительно верю, что у меня крылья больше, чем у тебя…

Талемир рассмеялся.

– Чертовски сомневаюсь.

Но Дрю уже оттащила его в сторону.

Когда их силы объединились, началось празднование, которое продолжалось до глубокой ночи. Быстро умывшись в ближайшем ручье, Дрю вместе со своими людьми подняла тост за фурий. Она пела и танцевала с ними у костра и вдоволь наелась мясом оленя, которого Уайлдер убил для них в лесу. Но шли часы, и она поняла, что больше не может себе отказывать. На протяжении всего празднества что-то еще манило ее, игривая тьма, нить силы, связывающая ее с Воином Меча, который терпеливо стоял на окраине лагеря.

Талемир ждал. Дрю взяла его за руку и потянула за собой в сад, который она приметила ранее у одного из домиков.

– Я хочу тебе кое-что показать.

Ее сердце уже трепетало. Она повела его по заросшей тропинке в огороженный двор, на боку у нее висел безмолвный боевой меч.

Перед розовым кустом она остановилась и указала на цветок, который цвел там, среди шипов. Это была роза, черная как ночь.

– Моя мама всегда обожала голубой жасмин и солнечные орхидеи, – произнесла она.

Талемир уставился на нее.

– Но эти цветы всегда были моими любимыми. Их называют полуночными розами. У них самые темные лепестки во всем срединном мире.

– Они настолько… – выдохнул Талемир.

Дрю прижалась к нему всем телом, наконец-то задав вопрос, который мучил ее:

– Теперь ты вернешься в Тизмарр после выигранной битвы?

Страх не покидал ее, потому что она знала, что он был человеком чести, человеком долга, Воином Меча гильдии до мозга костей, несмотря на крылья или темную магию, текущую в его жилах.

Но Талемир покачал головой.

– Нет, – прошептал он ей в губы. – Мое место рядом с тобой. Сейчас и всегда.

Слезы навернулись на глаза Дрю, и она крепко поцеловала его.

– Тогда