Булгаков и Лаппа - Людмила Григорьевна Бояджиева

— Люба меня попросила. Попросила посвятить роман ей. Я чужому человеку не могу отказать, а своему — могу, — промямлил, отводя взгляд, Миша.

В глазах Таси потемнело. Как у него язык повернулся! Как рука не отнялась — посвящение «чужому человеку» писать? И теперь принес ей полюбоваться?! Не просто бросил жену, но еще и растоптал, изгадил все, что было. Размахнувшись что было сил, она швырнула журнал в Михаила.

— Вот она у тебя какая — вечная и верная любовь!

Казалось бы, прибавить нечего. Но и после этого случая Михаил продолжал заходить к Тасе — исповедоваться, жаловаться, рассказывать о том, о чем никому, кроме нее, говорить не стал бы, — о страхах, неуверенности, болезнях. Словно не подозревая об изуверской жестокости своих поступков, он заходил к бывшей жене с Ириной Раабен — поделиться впечатлениями о спектакле «Дни Турбиных», на котором они в этот вечер побывали. Однажды пришел к Тасе с Ларисой Гавриловой — это уж перед спектаклем. Знал ведь, что билеты на спектакль достать нельзя, но Тасе ни разу не предложил.

Оставалась Тася после таких визитов совсем разбитая и только голову ломала: зачем он это делает? Потом, успокаиваясь, объясняла себе, что нужна ему, что хочет Миша перед ней покрасоваться своим успехом, обидеть не хочет, просто не задумывается о причиняемой боли. И в самом потаенном уголке души таилась надежда: перебесится, поймет, что только с ней суждено ему жить на этой земле. Ведь «настоящая любовь бывает одна». А уж что она у них с Мишей была настоящей, Тася не сомневалась. А значит, порхающей Любочке рано или поздно дорога одна — в печальный круг забытых любовниц. Тасе не хотелось бы и знать, как живется Мише с новой женой, но вести доходили: зажили они весело, благополучно и счастливо.

18

Михаилу удалось побороть неприязнь Нади к его новой жене и даже временно поселиться вместе с Любой в помещении школы, которой руководила Надя. Вскоре, в ноябре 1924 года, Булгаков с Белозерской перебрались в Чистый переулок — в мансарду спрятавшегося в глубине арбатских дворов домика. Любовь Евгеньевну, в отличие от Таси, ждала совсем другая жизнь — ей достался быстро восходящий к славе муж, способный устроить приличный быт.

Любочка умело и со вкусом обустраивала семейное гнездо: собирала у знакомых старую мебель красного дерева, на окна повесила цветастые турецкие шали. У Михаила появился свой кабинет со всякой милой ему ерундой — подсвечником, настольной зеленой лампой, книжными полками. Уютно получилось и стильно.

Муж становился знаменит, вышла «Белая гвардия», с блеском шли во МХАТе «Дни Турбиных», «Зойкина квартира» в театре им. Вахтангова, сыпались со всех сторон предложения, имя Булгакова все чаще появляется в газетах. Надо было достойно принять гостей, что Люба умела делать отлично, блистая в любом обществе.

Михаил наслаждался новой жизнью, был очарован литературными способностями жены. Любаша живо печатала на машинке не только его новые тексты, но и свои воспоминания о Константинополе и Париже. А однажды Михаил предложил жене вместе написать пьесу из французской жизни — «Глиняные женихи».

Они были нежной парой, в моменты редкой разлуки бурно, с юмором и теплом переписывались, завели милые домашние привычки — забавные прозвища, любимые словечки. Миша стал Маркой, а у Любы было много замечательных прозвищ, сочиненных любящим мужем.

В доме появился пес Бутон, названный в честь слуги Мольера (щенок появился как раз во время работы Булгакова над пьесой «Мольер»). Довольно брезгливый Булгаков, страшащийся всяких инфекций, даже разрешил Любочке завести кошку Муки, периодически приносившую котят. На руки Михаил ее никогда не брал, но на свой письменный стол допускал, подкладывая под нее бумажку. А появление котенка Флюшка отразилось в забавном домашнем фольклоре: записки и письма от имени домашних животных вошли в переписку супругов.

Ненавидящий Крым Булгаков два раза побывал с женой в Коктебеле на даче Волошина.

Несмотря на свирепый хор критиков, стремившихся уничтожить «чужака Булгакова», несмотря на запреты и травлю властей, на обыск чекистов, изъятие дневника и рукописи «Собачьего сердца», он был в зените славы. Жизнь пошла насыщенная и суматошная: походы в гости, на банкеты, посещение концертов, театров. Зимой с друзьями супруги катались по Москве-реке на лыжах.

Любочка — натура спортивная и подвижная — записалась в секцию верховой езды на ипподроме и чрезвычайно увлеклась лошадьми. Это не помешало ей отдаться новому модному увлечению — пойти на курсы вождения автомобиля. Она не сомневалась, что писатель ранга ее мужа вполне способен приобрести автомобиль. И не замечала, что в счастливой супружеской жизни образовалась трещина: уж слишком независимый образ жизни вела Любочка, не умела до конца понять, что муж нуждается в постоянной и неусыпной заботе, в полном самопожертвовании ради него. Собственно, в этом убедила его Тася, к которой он продолжал изредка заходить, приносить деньги, продукты. Однажды прибежал взволнованный: говорил по телефону с самим Сталиным! Теперь-то его мучительное положение чужака изменится. Покровитель — сам Сталин! И давние скитания в Батуми пригодятся — именно в этом городке будет разворачиваться действие пьесы Булгакова о юных годах вождя.

Восемь лет следила Тася за тем, как становится все более заметной фигурой в московской художественной жизни ее муж, как порхает рядом с ним всегда остроумная, элегантная и очаровательная Любочка. Пьесы, повести — все посвящалось ей. И с такими нежными словами! Но ведь не любовь же это, настоящая, единственная? — упрямо внушала она себе и боялась уехать из Москвы. Все же рядом. Бросит же он когда-то эту финтифлюшку, придет к ней, единственной. Обнимутся крепко-крепко и заплачут оба.

Дождалась Тася — Михаил оставил Любочку.

19

На Масленицу, 28 февраля 1929 года, Булгаков с супругой поехали в гости к его старым знакомым Моисеенко, жившим в доме Нирензее в Гнездниковском переулке. За столом сидела хорошо причесанная, интересная дама — Елена Сергеевна Шиловская-Нюренберг. Муж Елены Сергеевны, генерал-лейтенант, был в командировке, и она оказалась за столом рядом с Булгаковым. Уже на следующий день они вместе пошли кататься на лыжах, после лыж поехали в актерский клуб, где Михаил играл с Маяковским на бильярде.

Елена Сергеевна стала приятельницей Любы, она часто появлялась у них в доме.

Блестящая светская дама новой Москвы, устраивавшая приемы, на которых бывала вся верхушка РККА, не слыла красавицей. Все вспоминают только о необыкновенном обаянии этой женщины. Но королевой Марго стала именно она. Хотя в жизни Михаила Булгакова все шансы на это имели еще две женщины.

3