Тень Камбера - Кэтрин Куртц

— уж как в те годы любили сжигать всех и вся, — мрачно пробормотал Дугал. Его приграничный акцент стал заметнее.

Келсон задумчиво посмотрел на названного брата.

— Сэйр, мы идем дальше. Наверное, долго не задержимся.

— Хорошо, Келсон, — донесся тихий ответ Сэйра.

Келсон сам создал слабый магический огонь, следуя за Дугалом дальше по руинам, причем его огонь был малиновым, в отличие от серебристого светошара Дугала. Король пустил его плыть на уровне головы чуть впереди себя. Под слоем воды поверхность оставалась очень неровной. Мародеры здорово постарались, разрушая место, а время не улучшило состояние вещей.

— Взгляни сюда, — позвал Дугал, склоняясь над разбитой мраморной плитой прямо впереди, — «Баллард Мак-Рори, Sextus Comes» — шестой граф Кулди. Я не могу различить даты, но, похоже, 808-871. Значит, это отец Камбера?

Осторожно передвигая ногами, чтобы не брызгать, Келсон подошел поближе и рассмотрел находку Дхугал, а затем, наклонившись, осторожно поднял кусок челюстной кости, поблескивающий прямо под поверхностью воды рядом с плитой.

— Наверное, — сказал он. — Разве Камбер не был седьмым графом? А теперь взгляни на это.

— Хм-м-м, зубы хорошие, — заметил Дугал, переводя внимание на другой кусок плиты, торчащий из воды за первым. — На этом тоже написано «Баллард Мак-Рори», но даты более поздние: 877-888. О, да ведь он был совсем ребенком. А вот еще даты:

876-888, но часть с именем отвалилась. Почему, Боже праведный, они разрушали могилы детей?

Келсон покачал головой.

— Человечество наделало много глупостей и многое разрушило, причем с именем Бога на устах, Дугал. Когда нечто подобное имело смысл?

Келсон прошел мимо того места, где Дугал пытался стереть мох, наросший еще на одной плите, и чуть не упал, когда сапог соскользнул на ступеньке.

Наверное, он очень близко подошел к месту, где когда-то находилось место поклонения Камберу, поскольку уже практически добрался до конца помещения. Но впереди было глубже, потому что к последней части склепа вниз вело около полудюжины ступенек. Он послал вперед свой магический огонь, но смотреть было не на что. Здесь имелись сгоревшие остатки балок, из воды торчали куски древней мебели, устанавливаемой в часовнях, перемешавшиеся с отвалившимися кусками мрамора. В задней стене зияло несколько пустых ниш. Он подумал, что смог бы подойти к ним поближе, пытаясь балансировать на всем этом мусоре, плавающем в воде, но не видел особого смысла.

— Что ты думаешь? — спросил Дугал, подходя к нему. — На самом деле хочешь промокнуть еще больше, чем теперь?

Келсон недовольно сморщился.

— Не особо. Там, по меньшей мере, до пояса. И отсюда видно: все гробницы пусты. И независимо от того, забрали ли тело Камбера отсюда прямо на небо или его сын перенес его отсюда в другое место, оно в любом случае не лежало тут уже более двухсот лет.

— Ну, мы знали об этом до того, как пришли сюда.

— Да. Но я сам хотел взглянуть на место. И можно еще кое-что сделать, пока мы здесь, — добавил Келсон, осторожно передвигаясь влево, пока не прислонился к грубому покатому куску гранита, отвалившемуся от арки. — Иди сюда и помоги мне. Я попытаюсь поймать образы памяти, которые могли тут остаться.

Дугал нахмурился, хотя и покорно встал рядом с королем.

— Ты откроешь себя для большого количества грязи, а совсем не для Камбера, если не будешь очень осторожен. И весь тот бедлам, происходивший тут, имел место гораздо позже, поэтому мог стереть все, что оставалось от него.

— Ты прав, — согласился Келсон. — Хотя по прошествии времени ни те, ни другие образы не будут особо сильными. Но, думаю, я способен отделить зерна от плевел. Причем без особого труда.

— Ну, ты знаешь, на что способен. А от меня ты что хочешь?

— Просто дай руку и стой рядом, поддерживая мои защиты, — сказал Келсон. — В любом случае это не займет много времени.

Почувствовав холод руки Дугала в своей, Келсон закрыл глаза и легко перешел в состояние транса, поддерживаемый другом. Вначале он двигался осторожно, а потом стал освобождаться от щитов, позволяя впечатлениям от окружающего места проникнуть внутрь.

Конечно, как и следовало ожидать, сильнее всего были воспоминания о витающем в воздухе насилии, но Келсону без особого труда удалось отмести их в сторону. Фактические образы того, что тут произошло, обойти оказалось труднее — осквернение места поклонения, разрушение гробниц, вскрытие их, кости, полуразложившееся тела и даже наполовину мумифицированные, бесцеремонно бросаемые в огонь, который затем частично спалил крышу.

Келсон сморщился от силы этих образов, и позволил части из них передаться Дугалу, чтобы он тоже увидел, что тут делалось. Но здесь не нашлось ничего, ассоциировавшегося со святым Камбером — с силой или духом, которые Келсон связывал со святым Камбером. Создавалось такое впечатление, что святого тут никогда и не было. Келсон долго тряс головой, когда вышел из транса.

— Не повезло? — спросил Дугал, мигавший, чтобы тоже полностью вернуться к реальности.

— Ничего, — Келсон еще раз визуально осмотрел разрушенное помещение и снова создал магический огонь. — Может, нам больше повезет в Йомейре, где он умер. Мы будем там на следующей неделе. Ты хочешь еще на что-нибудь взглянуть?

— Нет, я только мечтаю высушить ноги, — ответил Дугал, поднимая из воды мокрый сапог, — Неплохо бы и поесть. Даже постная пища наших хозяев из аббатства святого Беренда будет желанна, если учесть, как у меня урчит в животе.

Слова Дугала напомнили Келсону, что он сам голоден, и они оба шутили на темы еды, возвращаясь к отверстию, через которое спускались вниз. Остановившись под ним, они крикнули Сэйру и Долфину, чтобы бросали веревку.

Келсон еще не вернулся в аббатство, когда курьер, посланный Ариланом, наконец добрался до отряда короля. Он прибыл во второй половине дня. Короля ждали к сумеркам. Граф Роджер и несколько человек из тяжеловооруженных всадников отправились покататься на лошадях после полуденной трапезы. Дхасс с компанией все еще охотились. В результате, когда прибыл курьер, Конал оказался старшим по рангу рыцарем.

Поэтому представившись дежурному копьеносцу у ворот аббатства, курьер отправился с докладом к нему. Поскольку Конал являлся кузеном короля и по крайней мере несколько писем были адресованы ему лично, курьер без колебаний вручил ему всю почту и отправился в трапезную, чтобы перекусить постной монастырской пищей.

Конал почувствовал судороги в животе, когда отнес пакет в предоставленную ему келью. Там находился его оруженосец, чинивший какой-то ремень из лошадиной сбруи, но Конал быстро погрузил его в сон перед тем, как вскрыть пакет, и быстро стал просматривать письма. Он сразу же отложил в сторону адресованные ему самому — одно от матери и по письму от каждого из двух братьев. С ними он разберется позднее, после возвращения Келсона. Адресованные же королю он просмотрел, не открывая, используя навыки, которым его обучил Тирцель: теперь он умел читать и запечатанное письмо.