Элирм V - Владимир Посмыгаев

Сегодня у нас будет вечер изысканной зунгуфской кухни. Что, я уверен, никто из присутствующих никогда прежде не видел.

— А точнее?

— У нас в меню: хаан, бадалиск, плавники лаломена, жаркое из вит-куля, паштет из костного мозга серых ацилий, бастурма из аль-каркадана, мангадхай, нголоко и дердер. А в виде вишенки на торте гостям подадут целиком запеченного ур-кур-кана фаршированного костяникой, мамурой, грибами и водорослями.

— Надо же — Гундахар выглядел одинаково обескураженным и довольным — А с каких это пор на Эль-Лире водятся зунгуфские ур-кур-каны?

— Не зугнуфские. Их завезли с Келфузы. Лет так с пятьсот назад.

— Что ж, хорошо. Молодец, жирдяй. Хоть один из вас подошёл к вопросу со зданием дела.

— Мужики — вклинился в разговор Герман — Я, конечно, ни на что не намекаю, но можно, помимо всего прочего, отведать чего-нибудь человеческого? Чизбургер там, или хотя бы просто обычной картошки?

Генерал посмотрел на танка, как на смердящую кучу навоза.

— Пожалуй, я сделаю вид, что этого не слышал — прогудел он — Ты у меня каждое блюдо отведаешь, понял? И кстати, почему я по-прежнему не вижу ваших подарков? Где они?

— Боюсь, для этого нам придется чуточку прогуляться — ответил я.

— Тогда чего же мы ждем? А ну быстро подняли задницы и на выход!

— Минуточку — поднял палец Эстир — Я еще не доел.

В ответ Гундахар схватил тарелку шамана и, не глядя, швырнул её себе за спину.

— Вечером пожрешь, усатое чучело! А сегодня мой день. И мой праздник. Поэтому на выход. БЫСТРО! Матки Ямарайаху это тоже касается!

Сгорая от нетерпения, генерал схватил Мозеса за грудки и поволок его к выходу из столовой.

— Влад — наклонился к моему уху Герман — Что-то мне подсказывает, что мы зря это всё затеяли. Так бы он сидел у себя в комнате и никого не трогал. А теперь из-за нас он весь клан поставил на уши. Причем на часах только десять утра.

— И не говори — кивнул я — День будет долгим. Более того, последние пятнадцать минут я всё чаще размышляю о том, что одной сменой названия мы не отделаемся. Придется подарить ему что-то еще.

— Согласен. Я тоже об этом подумал — танк посмотрел на Илая — Это всё он виноват. Надо было придержать заклинание у себя. А то теперь из-за его «Лика смерти» генерал будет ждать презент от каждого из нас по-отдельности.

— Простите, мужики. Просто мне и вправду уже осточертело постоянно бегать за ним, словно оруженосец. Пускай сам себя лечит — тяжело вздохнул некромант.

Глава 13

Не успели мы пройти через лес и ступить на болото, как шаман ни с того ни с сего испуганно вздрогнул и вжал голову в плечи, словно попытался увернуться от невидимого отцовского подзатыльника, после чего заскулил и бухнулся передо мной на колени.

— Повелитель!

Я почувствовал, как тыльной стороны моей ладони коснулись пышные усы.

— Глас, ты в своем уме? — опешил я — Всю руку мне обслюнявил. Гадость.

— Заткнись и смотри на меня как на засохшую соплю в раковине. Я в образе — Эстир коротко кивнул куда-то в сторону — Орки наблюдают. Господин Герман?

— Да ё-маё…

Догадавшись, что от него требуется, танк неохотно ссутулил плечи и склонил голову.

Остальные последовали его примеру. Разумеется, за исключением Гундахара.

Где-то с минуту назад шаман всерьез размышлял над тем, чтобы в очередной раз пошутить и предложить генералу присоединиться ко всеобщему театру абсурда, но затем решил не испытывать судьбу и промолчать, что с его стороны было крайне благоразумно.

Безусловно, бесконечное хождение по грани наполняло его жизнь азартом и остротой, но вместе с тем стоило признать: рыцарь смерти — далеко не лучший объект для насмешек. Пару раз стерпит, но на третий уже не отвертишься. Это не Герман и не Мозес, над которыми можно прикалываться круглыми сутками.

К слову, о последнем.

Я посмотрел на монаха.

Как бы то ни было, неспешная прогулка пошла толстяку на пользу. Он уже вышел из ступора и практически полностью отдавал себе отчет в том, кто он и где находится.

— Как дела? — обратился я.

— Бывало и лучше — грустно ответил тот — Кстати, отлично выглядишь. Бухал вчера?

— Последствия инвольтационного истощения. Маны нет, регенерации и прочих пассивок тоже. Как следствие, ночка выдалась не из приятных. Мягко говоря.

— Что так?

— Подарок от Фройлина. Та рана, нанесенная божественной сталью, вновь разболелась. Будто пырнули в живот ржавым штопором. Уснул лишь под утро, когда додумался встать и принять четверть дозы «ультраморфина».

— Ясно. Всяко лучше чем то, через что мне довелось пройти — Мозес тяжело вздохнул — Черт бы побрал этого Мистера О с его медвежьими услугами…

— Расскажешь?

— Нет. Не дай бог. И поскольку мы друзья, то я искренне попрошу вас забыть об этом и никогда больше не вспоминать. Всерьёз и без дураков. Будем считать, что этого эпизода в моей биографии попросту не было. Мне и так теперь с этим жить. Нести этот крест до конца своих дней.

— Хм, в таком случае надо подумать, как удалить вчерашний ролик из сети? — сказал Глас — Да и возможно ли это в принципе? После нескольких сотен тысяч просмотров.

— Что?! — ужаснулся монах — О нет! Только не это!

— Да ладно тебе, успокойся. Я пошутил — усмехнулся шаман — Нет никакого ролика. Да и чего ты так нервничаешь? Расслабься. С кем не бывает?

— В том-то и дело, что ни с кем.

— Ну не скажи. Как-то раз на моей прошлой работе был корпоратив, и вот там произошло то, что навсегда оставило след в моей…

— Так. Я начинаю злиться — перебил его Гундахар — Где мои подарки?

— Скоро будут.

— Скоро, это когда?

— Терпение, господин генерал. Сперва нам необходимо наведаться в Агерон и хорошенько поживиться в лаборатории братьев Та-Брис. Устроить спокойный и размеренный рейд мародерки, сдобренный экскурсией по древним коридорам и светской беседой. А уже затем мы отправимся в конечный пункт назначения.

— Почему не сразу?

— А что, ты куда-то спешишь? — лучезарно улыбнулся Глас — У нас впереди целый день. Считай, нагуливаем аппетит.

Гундахар недоверчиво прищурился.

— Почему-то мне кажется, что вы, уроды, заранее ничего не подготовили. А потому просто тянете время в надежде отыскать среди гнили и мусора что-нибудь стоящее. Я прав?

— Нет.

— Чем докажешь?

— Тем, что я был единственным человеком, кто в принципе знал о твоём дне рождения. После чего оповестил о нём остальных. Было бы глупо рассказать всему клану, но самому при этом палец о палец не ударить, не находишь?