Моя простая курортная жизнь. Том 3 - Мэри Блум

— А еще говорят, — ехидно протянула одна ее подружка, — что их в «Тоскане» сегодня видели, где они сидели и обедали. Вдвоем.

— И у нее, говорят, — подхватила другая, — был на шее большой…

— Все, задрали с этой темой! — перебила оторва. — Что других парней, что ли, мало?

С досадой отвернулась — и наши взгляды встретились. Следом скрипнул стул. Поднявшись, она подошла ко мне и плюхнулась рядом, не обращая внимания на мою компанию, сидевшую на диванчике напротив и ощутимо обалдевшую от такого вторжения. Что, тоже хочет подружиться? Разбитая губа у нее вполне уже зажила.

— Как хорошо, что ты тут, — с ходу выдала эта плохая девочка. — А я как раз к тебе собиралась.

— А зачем? — уточнил я.

Не спеша с ответом, она перевела глаза между моими подругами, выбрала Дашу и так выразительно уставилась, что у той, казалось, аж сиськи сдулись под этим взглядом.

— Меню… я принесу меню, — булочка торопливо вскочила с места.

— Давай, — одобрила Валентина, — и можешь не торопиться.

После чего не менее выразительно уставилась на Алену — и подруга, похоже, сразу вспомнила, что в то время, как Инна разбивала коллеге по команде губу, та подбивала ей глаз.

— Тебе пирожное еще надо? — спросила чертовка, поднимаясь с диванчика.

— Иди уже, — нетерпеливо махнула в ее сторону растатуированная рука.

И Алену как ветром сдуло, ну а хозяйка татуировок, избавившись от лишних ушей всего за пару взглядов, повернулась ко мне.

— Ну так рыдает с утра, дурында эта. Вот ведь тупые мозги, деревянные! Парень ты или не парень, решает не она сама, а ее долбаная подружка — очуметь!.. Как рыдать, так прибегает ко мне. Как слушаться, так эту слушает. Вот кому бы по морде стоило дать для профилактики…

— И зачем ты мне это говоришь?

— Тяну время, — невозмутимо выдала оторва.

— Для чего?

Словно давая ответ, с улицы донесся дикий скрип тормозов — и одна пиратская каравелла остановилась под окнами. Кое-как припарковавшись, ее владелица влетела в кафе, судорожно огляделась и быстрым шагом добралась до моего стола.

— Ром, ну мы ж это, Ром, — на одном дыхании выдала она, — ну ты ж слышал, ты ж знаешь, Ром…

Вообще-то да, я слышал — ты ж знаешь.

— Ну вот так вот, Ром… Ну, Ром, что нам теперь делать-то?..

Да, дурная компания и правда оказывает на Инну влияние — тут Катерина права. Вот только здесь она сама была самой дурной компанией. А ведь все проблемы капитанши решались одной простой фразой: «Катерина, иди на хер».

— Послать твою подружку? — предложил я.

— Ну, Ром… Но мы ж с ней… но ты ж понимаешь…

— Так, ребятки, — Валентина деловито перебила эту невнятную речь, — кажется, у меня есть решение, которое устроит всех!

Забегая вперед, скажу, что все ее решения были большой нагрузкой — на мой член, легкие и печень.

Ep. 62. Большая перемена

— Лучше бы, — сказала Инна, выпуская облачко фруктового пара в воздух, — я все каникулы так и провела… — еще один выдох. — И не было бы вот этого всего… — и еще один выдох. — А то сейчас вот это все…

— А я тебе говорила, — отозвалась Валентина, пыхтевшая кальяном с другой стороны кровати. — Лучше бы так и провела…

Иногда я удивлялся Валентине. Иногда мне казалось, она и правда думает, что все проблемы в мире можно решить сексом. Но, в принципе, нашу проблему это решило. Достаточно сравнить наш разговор с Инной до секса:

— Ром… но я ж… но Катерина ж… но она так на меня сердилась! Но я ж… но ты ж… только б ее слышал… но я ж…

И после:

— Рооом… Я такая дура!..

В общем, я обнял эту дурочку и еще разок утешил. Ну дура и дура, зато задница вон какая крепкая, да и характер неплохой. Один недостаток: мозги реально сдала в аренду, и вытравить Катерину оттуда оказалось бесполезно. Зато в другом месте, где этой заразы точно никогда не было, меня ждали всегда и принимали со страстной жадностью.

Пожалуй, мне все-таки не нужна девушка, за которую думает другая девушка — но против всего остального у меня не имелось ни малейшего возражения. И скоро Инна узнала, что подруг я трахаю не менее сладко. Однако не успели мы насладиться этой новой дружбой, как в постель запрыгнула хозяйка приютившего нас дома с кальяном наперевес — и некоторое время мы дружили втроем.

А сразу после, когда стоны, казалось, еще висели в воздухе, капитанша всех огорошила.

— Я теперь больше не трахаюсь, — сообщила она и в ответ на наше офигевание пояснила: — Катерина сказала, что все мои проблемы от этого…

В некоторых вопросах Инна была наглядной иллюстрацией пословицы «заставь дурака Богу молиться, он и лоб расшибет». Слова подруги, похоже, напрягли ее настолько, что она реально решила попрактиковать воздержание. Мол, раз Катерина рассердилась, то надо честно выполнить то, что Катерина сказала. Оставалось только восхититься умению последней трахать людям мозг.

— Так что, — вздохнула эта новая монашка, засовывая в рот трубочку кальяна, — теперь буду вести жизнь свободную от всяких соблазнов… — и словно напоследок затянулась особенно смачно.

— Поменьше бы ты общалась со своей Катериной, — проворчала оторва. — Вон, одни каникулы с ней провела — и уже на человека не похожа. Сидели там, с ума сходили, ждали непонятно кого…

— Не напоминай даже! — отозвалась капитанша. — Меня вчера от его наглой рожи чуть не вывернуло. Приехал, нашептал ей какой-то херни, увез ее, только проблем всем насоздавал… Что это за любовь? Вечно ей нервы мотает…