Не разбивай мое сердце, босс! - Лена Голд

Стон настолько жалобный, что я улыбаюсь.

— Думаю, тебе стоит напомнить, — шепчу на ухо и кусаю мочку, немного пососав ее.

— Определенно, — мужские ладони смещаются на мои ягодицы и впиваются в нежную кожу жесткой хваткой. Но мне не больно. Я льну к Стасу, желаю скорее ощутить его в себе.

— Так чего же ты ждешь? — провокация удается, и я лечу на мягкую постель, смеясь.

Тяжелое и горячее мужское тело любимого накрывает меня, и проворные руки избавляют от белья, покрывая оголившиеся участки кожи поцелуями.

Стоны все громче, а желание ярче.

Я задыхаюсь в экстазе и плавлюсь от нежности и возбуждения, которые будит во мне Аверин.

Мы точно двое ненасытных и сумасшедших, дорвавшись до лакомого десерта, рычим и наслаждаемся, пока не остаемся голыми.

— Стас…

Прижимаю его к себе ближе, шире разводя бедра, давая понять, что больше не желаю терпеть ни секунды промедления.

— Моя девочка, — целует губы и плавно скользит в меня, заполняя одним движением.

Делим на двоих стон, и, не отрывая губ, он начинает двигаться.

Толчки внутри меня медленные и аккуратные, потому что он не желает навредить малышу. Но мне этого мало.

— Сильнее… Прошу… — задыхаясь, шепчу я, почти моля о большем.

— А можно? — Стас останавливается и смотрит в глаза, ожидая ответ.

— Противопоказаний нет, беременность протекает хорошо.

Как только с моих губ срывается последнее слово, его бедра врезаются в мои резко и жадно. Именно так, как я помню. Так… как я люблю.

Головокружение от оргазма, к которому он приводит меня первой, не успевает сойти, как Стас ставит меня на четвереньки и врывается снова в изнеженное тело.

Я прогибаюсь в пояснице, желая почувствовать его глубже, и ощущаю поцелуи на спине. Жадные руки и объятия. Выпрямляюсь, стоя, как и он, на коленях, и прижимаюсь к его горячему телу спиной. Стас держит меня обеими руками за грудь, сжимая ее ладонями. Его губы на моем плече пробираются к шее поцелуями.

Дрожь пронзает вдоль позвоночника. Я выгибаюсь дугой и чувствую, как Стас заполняет меня своим семенем, застонав громко и почти дико, прижавшись лбом к моему затылку.

Падаю на постель лицом вниз и не могу отдышаться. Аверин ложится рядом и гладит по спине, нежно касаясь чуть влажной кожи.

— Но это ничего не значит, — бормочу сонно, не открывая глаз. — Ты не прощен.

Слышу, что он смеется.

— Было бы самонадеянно с моей стороны думать, что секс станет примирительным.

— Вот и я так думаю.

— Но кофе я так и не выпил, — целует в лопатку.

— Я смогу тебе его сварить только утром. Потому что не могу пошевелиться.

— Тогда я подожду до утра, если ты не против.

— Не против… — шепчу, едва ощущая связь с реальностью, и засыпаю, когда он обнимает меня и хрипло проговаривает, как любит меня. Но ответить я уже не успеваю, так как меня забирает сон.