Зорн. Книга 3 - Дмитрий Дроздов

вскоре спустился вниз и прошел в обеденный зал, который уже не выглядел как место кровавого побоища. Поприветствовав молодого Барона, Зорн сел от него по левую руку. Справа от парня сидела его мать, которая выглядела намного лучше, чем это было прошлым вечером. Крепкий сон пошел ей на пользу. Вскоре, к ним присоединились и все остальные.

— Герцог Сайдор! — Уран встал со своего места, чтобы что-то сказать, — словами не передать, как сильно вы выручили меня и мою семью. Вы фактически спасли всех нас из жестокого плена, за что я буду вечно вам благодарен. Скажу больше, своего первого сына я обязательно назову в вашу честь! И пока я жив, в этих землях вам и вашим людям всегда будут рады. За вас господа и за нашу Империю!

— За Империю! — ответили хором все присутствующие подняв свои бокалы.

После этого тоста они принялись за еду, ведя вполне непринужденную беседу. Молодому Барону было интересно узнать, откуда Зорн появился и куда держит свой путь. То, что он намерен захватить земли вампиров привело его в настоящий восторг и он даже впервые искренне улыбнулся. Просидели они в зале почти час, пока их не прервал вошедший капитан Ульрих. Он сообщил, что для казни все готово и если господин прикажет, они могут начать. Откладывать это дело никто не захотел, так что вскоре, все они были на главной площади деревни, где в обычное время проводятся праздники, оглашается воля Барона и его сюзерена, а также проводятся судебные разбирательства и общественные слушания. Да, в былые времена, покойный Барон приходил на эту площадь один раз в неделю, чтобы выслушать просьбы и предложения своих подданных, за что он был всеми любим и уважаем.

Народу собралось много, вся площадь и ближайшие дома были битком забиты людьми. Буквально в каждом окне можно было увидеть головы людей, а кто-то пошел дальше всех, забравшись на крыши зданий. В основном, это были подростки, которые хотели посмотреть на казнь своих бывших господ, которых все ненавидели. Слишком многое они себе позволяли и слишком погано себя вели. Тот же клерк, будучи приближенным к правителю человеком, успел попортить многих девушек. Больше всего ему нравилось, когда они пытались сопротивляться. Тогда, он начинал их бить и душить, чтобы сломить сопротивление и взять то, что считал своим по праву.

Барон решил начать именно с него. И что важно, он решил не ограничиваться простым отсечением головы. Под веселые крики крестьян, клерку отрезали уши, нос и губы, затем, палачи сняли с него скальп и бросили его прямо в толпу, чем заслужили еще больше одобрительных криков. Клерк дергался и кричал, но не умирал. Зорн заранее позаботился об этом, наложив на обоих плетения поддержания жизни. Они предназначались для того, чтобы поддерживать жизнь раненым солдатам, но и для подобного хорошо подходили. Клерк чувствовал сильную боль, но не мог умереть. Магия поддерживала его жизнь и даже залечивала раны, чтобы он не умер от потери крови. При помощи небольших молотков, палачи раздробили кости его пальцев, после чего, отрезали его мужское достоинство. Видя, что бывший клерк впал в безумие, Барон кивнул палачам, чтобы они заканчивали. Клерка положили на заранее подготовленную плаху и надежно зафиксировали его дрожащее тело, а затем, одним резким ударом секиры снесли ему голову.

Стоящих ближе всех крестьян забрызгало его кровью, но казалось, они были только рады этому. Душа ублюдка попыталась уйти на перерождение, но Зорн заточил ее в своем колодце душ, точно так же, как он это сделал с душами гвардейцев, которых убили его воины прошлым вечером. На эти души у него были свои планы.

Настала очередь Кельвина Фомоса, который прекрасно видел, как поступили с его приближенным. Ему было так страшно, что содержимое его кишечника и мочевого пузыря покинуло его тело. Проще говоря, он банально обоссался и обделался от страха, вот только его это не спасет от заслуженного наказания. Уран долго думал о том, как следует наказать своего дядю и придумал, как ему казалось, достойную казнь. Его родственника полностью раздели и привязали к двум столбам, чтобы палачам было удобнее снимать с него кожу. Начать они решили с его спины. Его дядя кричал и дергался, даже умолял, предлагая несметные сокровища, но его практически не было слышно из-за ликующей толпы. Кожи содрали много, но вскоре, Барон кивнул палачам, чтобы они переходили к следующей части. Так же как это было с клерком, они раздробили ему пальцы, но не остановились на этом, они ломали ему руки и ноги, да так, чтобы он все это видел. Только после этого, они отрубили ему руки и ноги. Барон с удовольствием наблюдал за тем, как два палача превращали его дядю в жалкий обрубок человека. Они отрезали ему язык, затем, занялись мужским достоинством. Специальным приспособлением, они раздавили каждое его яичко и только после этого, отрезали все, что было по мнению Барона лишним. Запихав все это ему в рот, они выдавили ему глаза и только после этого, отнесли извивающуюся тушу на костер. Барон лично создал небольшой огненный шар, который метнул в заранее подготовленные бревна, которые щедро облили специальным маслом, которое помогало быстро разжечь огонь.

Благодаря наложенному плетению, дядя Барона продержался целых пять минут, которые растянулись для него на целую вечность. Но как бы не старалось плетение, он все же умер в страшных муках, а его черная душа отправилась в колодец душ. Откровенно говоря, Зорн был сильно удивлен тому, что молодой Барон так жестоко поступил с предателями. Он его не осуждал, они заслужили подобной участи, но он не ожидал, что парень четырнадцати лет способен на подобное решение. Из него выйдет весьма сильный правитель, особенно если он не оскотинится после всего того, что ему пришлось пережить. И Зорн надеялся, что так оно и будет!

Глава 25

Вернулись в особняк в хорошем настроении. Несмотря на всю жестокость, казнь была интересной и главное, заслуженной. Ублюдки жили как мерзкие твари и умерли соответственно. Каждый получает по заслугам, не в этой жизни, так в следующей. И это закон! Вспомнив о том, что кричали клерк и дядя Барона, Зорн решил кое-что проверить. Он попросил Барона и его мать пройти в обеденный зал, чтобы поговорить.

— Барон, — обратился он к парню, — я хотел бы поговорить о том, что кричали эти ублюдки перед смертью.

— Вы про тайники с золотом и