Гримуар темного лорда V - Тимофей Грехов

Император меня перебил.

— Надеюсь это было не одноразовое заклинание? Если понадобится, повторить сможешь?

— Ээээ, — завис я. — Да, смогу.

— Хорошо. Жду тебя на доклад. Кстати, где ты сейчас находишься?

— Эммм… Мы под землёй.

Несколько секунд император молчал.

— Наверху вертолёты, а к месту уже прибыла бригада РХБЗ (Войска радиационной, химической и биологической защиты). Официально я собираюсь объявить, что это теракт. И что бомбу удалось вывезти в пригород. Так что будет лучше, если вас никто не увидит.

— Ваше Величество, сами знаете, это легко организовать. И если Вы позволите, то я могу вместе с пленниками переместиться в подвал Вашего дворца. К тому же портал у меня уже открыт.

Следующий вопрос император задал Кристине.

— Что Судоплатов? Где он?

— Пять минут, – ответила ему принцесса.

— Скажи ему, чтобы вместе со своими людьми сразу шёл в подвал. Ясно?

— Хорошо.

— Костя, — произнёс император. — Ты всё слышал?

— Да, Ваше величество. Через несколько минут начнём переход.

* * *

Император лично спустился в подвал и попросил разбудить Гросвеноров. Кристина тоже была здесь. Но лишь кивнула мне, и осталась у стены наблюдать за происходящим.

И я даже представить себе не мог, что Владимир Iбудет настолько зол.

Так ещё Яков Гросвенор не усвоил урок, и начал угрожать императору. Недолго думая, я применил к пленнику пыточное заклинание трепет костей. Прошло около минуты, прежде чем император попросил меня прекратить.

— Яков, — встав над тяжело дышащим англичанином, произнёс Владимир I, — если я узнаю, что твоя страна замешана в смерти моего брата, — сделал он паузу, посмотрев на Викторию, — я заставлю тебя смотреть как ею овладевают сотни уголовников. А потом я повешу тебя на её кишках. Ты меня понял?

— Владимир, ты не посмеешь!

Я успел почувствовать магическое возмущение, как раздался хлопок, и глаз Гросвенора буквально взорвался. Герцог кричал. Его дочь молила о пощаде.

И вдруг… я перестал их слышать. Гросвеноры всё ещё находились в сознании. Это просто Романов лишил их голоса.

Император повернулся ко мне.

— Мне нужны ответы. Судоплатов, — посмотрел он мне за спину, — ты со мной. Этих в «Кресты» (тюрьма). Ни на секунду не оставлять их одних. Поставь самых лучших.

— Ваше Величество, — обратился я. — Это она, — указал я на Монтес, — убила…

Произносить вслух имя кого именно она убила я не стал. Император и так знал, а для большинства находящихся в подвале эта информация была лишней.

— Ко мне в кабинет, — изменившись в лице прорычал император и посмотрел по сторонам. — А это кто? — со злостью спросил он, указав на Макарского.

— Потерпевший, — тут же ответил я. — Он не представляет интереса. Могу потом рассказать…

— Нет, — перебил меня он. — Если, как ты выразился, он не представляет интереса, то не стоит забивать мне голову.

Пока мы шли до кабинета императора, Селеста поделилась со мной информацией, которую вытащила из головы Монтес. Смерть Геннадия Романова обыграли, как несчастный случай. Типа его яхта потерпела крушение. Тогда он ударился головой и утонул. А прибывшие спасатели уже вытащили его мертвое тело.

Честь императорского рода нельзя запятнать.

Монтес я «ломал» прямо в императорском кабинете. Менталисты не смогли пробраться к ней в мозг. Как и развязать ей язык.

Владимир I был неумолим. Он хотел немедленно получить ответы.

Могу сказать одно. Держалась Монтес долго. Больше двадцати минут ничего кроме криков я не мог от неё добиться. Но суть в том, что рано или поздно все ломаются. Так же произошло и с ней.

— Почему Линдси Грэм заказал моего брата? — спустя полчаса спросил император.

— Он ненавидит русских, — ответила она.

— И это всё? Ты что, сука, хочешь сказать, — ударил тыльной стороной он Ану, — что не узнала почему нужно убить Гену?

— Он заплатил мне триста тысяч фунтов стерлингов! Зачем…

— Трепет костей, — прошептал я. Монтес знала почему Грэм заказал Романова. И я решил немного помочь.

После просмотра всего, что сделала агент британской разведки, у меня не было к ней жалости. Она не гнушалась использовать любые способы. Рамок или же красных линий для неё не существовало. Её излюбленной тактикой ликвидации цели было использовать детей. Их было проще всего запрограммировать. И те убивали своих родителей или близких, считая, что делают это по собственной воле.

Благо я научился приглушать эмоции. Так бы лично оторвал голову этой суке.

Я дезактивировал заклинание.

— Лучше отвечай по-хорошему. И выкинь из головы, что сможешь самоубиться. В ысшее исцеление, — прошептал я. Синяки и ссадины, прокушенные губы вмиг исчезли. — Лучше по-хорошему расскажи всё, что знаешь. И тогда, возможно, ты умрёшь быстрой смертью.

— А может я ещё хочу пожить? — показывая чудеса выдержки спросила Монтес.

— Ана, ты умрёшь, — продолжил я ломку. — А если ты будешь плохо себя вести… за убийство брата император прикажет тебя повесить. — Я сделал паузу. — Ты ведь знаешь, что тогда станет с твоей душой?

— Вы не посмеете! Я не какая-то простолюдинка. Я дворянка! Это нарушение всех конвенций!

— Раньше надо было думать, — встав впереди меня, сказал Владимир I. — Но я готов пойти тебе навстречу. Если ответишь на все вопросы, ты умрёшь быстро.

Ей дали минуту на принятие решения.

— Хорошо, — сказала Монтес. И она отвечала на все вопросы, которые ей задавал вначале император, а потом к нему присоединился Судоплатов. Сенатор Грэм заказал Романова, потому что тот на дне рождения французского императора насмехался над его нетрадиционной ориентацией.

Над Грэмом даже по телевизору ведущие отпускали шуточки, но со слов Аны, Грэм сильно ненавидел русских. В данном случае его злило, что получеловек, коими считали русских Запад и заокеанские «друзья», насмехаться над высшими людьми не смеет.

Император был в бешенстве. Ведь повод, из-за чего Владимир лишился брата, был пустяшным.

Я подал императору полный бокал коньяка. И он за один раз опустошил его. Он сел за стол, и в дальнейшем разговоре почти не принимал участия.

Так мы узнали о шпионской сети в Империи. Причем не только Великобритании, но и Германии и конечно же США. Координатором Монтес оказался граф, который входил в свиту Михаила.

Когда Кристина услышала знакомую