Любовь тебя найдет - Джанет Гоувер

Ли была готова расцеловать банковского работника, когда тот ей это сказал. Тем более что он был довольно привлекательным мужчиной. И после завершения всех формальностей она вполне могла бы вновь предложить ему отведать вина.

От этой мысли Ли рассмеялась.

Немолодая пара, идущая навстречу, услышав ее смех, улыбнулась. Ли тоже улыбнулась в ответ, после чего шагнула к ним.

— Мы, конечно, совершенно не знакомы, но я хочу вам кое-что подарить.

Поставив на тротуар свою коробку, она открыла ее.

— Вот, смотрите. — Она извлекла наружу одну из бутылок. — На сегодняшний день это самая первая официальная емкость с вином марки «Бангала вайнс». Это мое вино, и я хочу, чтобы вы его попробовали.

Склонив голову, Ли протянула бутылку мужчине, и тот с улыбкой ее принял.

— Спасибо, — поблагодарил он.

— Примите наши поздравления, — добавила его жена.

— И вам спасибо. Кроме того, я хочу подарить вам вот это. — Ли достала из коробки усыпанные блестками бокалы.

— О Боже! — восхитилась женщина, взяв их в руки. — Какая прелесть! Но вы уверены, что хотите с ними расстаться?

— Вполне, — с улыбкой заверила Ли.

— Ну, тогда мы выпьем из них за успех вашего дела.

— Спасибо. Уверена, что вино вам понравится.

И, подхватив практически пустую коробку, она двинулась дальше, сопровождаемая взглядами слегка ошеломленной супружеской четы.

— Да ты меня слушаешь?

Недовольный голос отца вновь вернул Грега к реальности — в больничную палату с голыми стенами, где витал запах антисептика.

— Прости, папа, не расслышал.

— Я спросил, ты купил последний номер «Фермера»?

— Да, конечно. — Грег вытянул журнал из стопки бумаг, лежащих на краю постели.

Трясущимися руками отец принялся перелистывать страницы. За последние несколько недель вид у него ухудшился — он сильно похудел, бледная сухая кожа стала похожа на древний пергамент. И, тем не менее, он цеплялся за иллюзию, что однажды вернется на ферму, чтобы взять бразды правления в свои руки, и по-прежнему находил недостатки во всем, что делал сын.

Грег хранил молчание, радуясь уже тому, что отец хотя бы ненадолго забыл о его присутствии. Джасси вместе с ним, разумеется, не было. Он так и не смог сообщить ей о своем отце. Ему было противно лгать, но сегодня он сказал ей, что должен непременно съездить на сахароварню. Джасси всеми силами старалась развивать их взаимоотношения и часто предлагала совместные развлечения, будь то поездка на пляж или посещение ресторана. Она даже намекнула, что не прочь перебраться из гостевой комнаты в его спальню, и ее, конечно же, разочаровало то, что он не воспринял этот намек.

Но в том-то и дело, что он просто не мог спать с Джасси, поскольку желал совсем другую.

Грег отвлекся от своих размышлений.

По-прежнему поглощенный журналом, отец что-то вычитывал в нем, тихо бормоча себе под нос. У Грега вдруг возникло ощущение тесноты, стены палаты будто надвигались на него, и он стал быстро собирать лежащие на кровати бумаги.

— Что ты делаешь? — одернул его отец. — Я ведь еще ничего не просмотрел.

— Тогда пусть все это остается здесь. — Грег уронил портфель на пол. — А мне нужно ехать. — И, поднявшись со стула, он чуть ли не бегом покинул плату, не обращая внимания на окрики изумленного отца.

Уже на парковке, прислонившись к своей машине, Грег пожалел, что не курит. Ему требовалось хоть что-то способное помочь восстановлению внутреннего равновесия. Но по крайней мере здесь, на улице, у него исчезло ощущение, что он вот-вот будет раздавлен. Еще несколько минут, проведенных в палате, и он бы, возможно, просто задохнулся.

Устремив взгляд в ясное голубое небо, Грег подумал о том, где сейчас может находиться Молли. С того дня как она отправилась обратно в Сидней, они ни разу не связывались друг с другом. Не то чтобы он ожидал ее звонка. За тем поцелуем на холме, откуда они любовались горящим тростником, вряд ли могло последовать что-то серьезное. По крайней мере, в нынешней ситуации, когда она находится в Сиднее, а он вынужден торчать здесь. И уж тем более, пока рядом с ним остается Джасси. Но все равно — ему было бы приятно просто услышать ее голос.

По-прежнему испытывая беспокойство, Грег уселся за руль и поехал домой. На шоссе обзор то и дело заслоняли клочья дыма, относимые ветром с горящих полей, и это напоминало о том, что ему также пора поджигать свой тростник. А, кроме того, этот дым напоминал ему о Молли.

Когда Грег добрался до фермы, его первым побуждением было направиться в мастерскую, чтобы хоть ненадолго забыться в любимом деле. Ему не терпелось ощутить удовольствие и удовлетворение от того, как раскаленный металл обретает в его руках прекрасную форму.

Однако сначала следовало все же зайти в дом и увидеть Джасси. Ведь если не сделать этого, она все равно заметит машину и пойдет его искать, а ему совсем не хотелось, чтобы его беспокоили во время работы.

Последняя мысль вызвала такую волну сожаления и раскаяния, что у Грега даже перехватило дыхание. Нет, так продолжаться не может. Джасси заслуживает лучшего к себе отношения. Он должен забыть о Молли, улетевшей в далекий Сидней, и уделить все свое внимание девушке, которая находится рядом с ним.

— Джасси! — позвал Грег, входя в гостиную.

Отклика не последовало, но через несколько секунд Джасси появилась в коридоре, одетая в короткую юбку и легкую маечку. Судя по всему, она только что вышла из душа и, покрытая кое-где капельками, прямо-таки сияла чистотой и свежестью. Ее светлые волосы были влажными, и струйки воды, стекающие по плечам, делали белую ткань майки практически прозрачной, давая возможность видеть темные очертания сосков.

— Доброе утро, — с улыбкой поприветствовала Джасси. Приблизившись, она приподнялась на цыпочки и нежно его поцеловала. От нее исходил аромат цветов и мыла. Грег обнял Джасси, притянул к себе и приник к ее губам в поцелуе, но уже долгом и неспешном. Она была теплой и податливой, ее тело буквально таяло в его руках. Тонкая ткань майки практически не создавала преград, и его ладони ласково заскользили по ее плечам, спине, после чего сдвинулись на бедра.

Губы Джасси были столь же требовательными, как и его. Обвив Грега руками, она еще плотнее прижалась к нему своим трепещущим телом, и тот, исследуя губами ее шею, ощутил биение пульса под влажной кожей. Закрыв глаза, он отдался во власть инстинкта, и его пальцы, скользнув под майку, принялись ласкать шелковистую девичью кожу. Это было так здорово — ее дыхание на его шее, ее руки в его волосах. Все будет просто замечательно, если он полюбит ее и забудет вместе с ней обо всем. В том числе и о Молли…