Перекрестный огонь - Миюки Миябэ

— Этот центр — общественная организация?

— Нет, по-моему, это лицензированная компания.

— Интересно, кто же их спонсирует?

Симидзу заглянул в Интернет и сообщил:

— На самом деле это часть крупной корпорации под названием «Комплексные охранные услуги Канто». «Горячая линия» — это, по существу, их псевдоним. Основу Канто составляют две крупные охранные фирмы, и согласно уставу они занимаются разносторонней деятельностью — например, разрабатывают системы безопасности для компаний, где большинство работников составляют женщины, а также организуют корпоративное обучение для предотвращения сексуального насилия. Этот псевдоним стал известным благодаря телепередачам про их работу с жертвами преследования. К ним обращаются с запросами со всех концов страны.

— Разве это не подтверждает, как много людей у нас страдает от преследователей?

— Детектив Исидзу, вы намекаете на то, что мы должны действовать активнее?

— Я не намекаю. Таково положение дел.

Полиция редко вмешивается до того, как преступление совершено. Неудивительно, что Идзаки стал работать на организацию, занятую предотвращением преступлений против женщин. Понятно, что это связано с его дочерью. Но как дела у Кайоко? Может, все наладилось и она смогла спокойно вернуться в Токио. А может, она снова вышла замуж, на сей раз за достойного человека, и живет в другом месте. Как вообще поживает Идзаки?

Пожалуй, надо навестить его. От капитана Ито никаких указаний не поступало. Тикако посмотрела на его стол и увидела, что ее отчет остался непрочитанным. «Только время тут теряю», — подумала она. Положив в карман мобильный телефон, Тикако решительно поднялась.

«Горячая линия» располагалась в солидном двенадцатиэтажном здании, выходящем фасадом на центральный перекресток Гиндзы, оживленного района Токио, со множеством дорогих магазинов и увеселительных заведений. Центр размещался под номером 602 на шестом этаже. Помимо псевдонима «Горячая линия», в вестибюле здания присутствовала и табличка с полным названием компании: «Комплексные охранные услуги Канто».

Подходя к лифту, Тикако обратила внимание на броский плакат на стене рядом с ним. На бледно-голубом фоне выделялись знаки, напоминавшие дымчатый след от реактивного самолета в небе:

Дорогие дамы!

Если вы пришли в «Горячую линию», не отступайте.

Мы находимся на шестом этаже.

Первое посещение бесплатно.

Наберитесь мужества! Мы поможем вам!

Эти знаки-следы оставлял за собой биплан с красными крыльями, а в кабине пилота сидела женщина в старомодном летном шлеме и грозила крепко сжатым кулаком синему небу. Тикако улыбнулась. Плакат явно предназначался для нерешительных женщин, которые дошли до лифта, но нуждаются в дополнительном стимуле, чтобы подняться наверх.

На шестом этаже из лифта открывался выход в небольшой холл размером примерно со стандартный татами. На случай, если посетительницу и здесь одолеют сомнения, единственная на этаже дверь была украшена таким же плакатом, как внизу.

Тикако открыла эту дверь и вошла. Взгляд сразу же уперся в ряд столов, на которых стояли аккуратные коробки с брошюрами и табличка с надписью «Свободный доступ». Пространство за столами было перекрыто перегородкой, скрывавшей внутреннюю часть помещения от любопытных взглядов, но оттуда явственно доносились голоса и телефонные звонки.

Брошюры вполне соответствовали тому, чего можно ожидать от такого рода заведений: перечень клиник, дающих консультации женщинам — жертвам преступлений; статьи о посттравматических психических расстройствах; номера телефонов учреждений, а также рукописная книга, где женщины делились опытом борьбы с преследователями. Бегло просмотрев названия и заголовки, Тикако нажала неприметный звонок, расположенный рядом со столами.

— Здравствуйте! Уже иду! — Звонкий голос принадлежал молодой женщине, вышедшей из-за перегородки с пачкой бумаг в руке.

Она была одета в темно-синий свитер с высоким воротом и длинную шерстяную юбку. Из-под короткой стрижки в ушах поблескивали серьги. Бодрый тон приветствия создавал у Тикако впечатление, что она зашла не в кризисный центр, а в привычную парикмахерскую.

— Здравствуйте, — так же бодро отозвалась Тикако. — Я пришла не за консультацией, а к старому знакомому. Я узнала, что здесь работает Сиро Идзаки.

— Господин Идзаки? — Губы молодой женщины расплылись в улыбке. — О, вы имеете в виду вице-президента.

— Господин Идзаки вице-президент компании?

— Да-да, он работает в компании с самого ее основания. Мы между собой зовем его Капитан Сиро.

Еще во времена работы в полиции Идзаки всегда слыл любимцем юных сослуживиц. Их расположением он был обязан не столько своей внешности, сколько основательности и надежности характера. Понятно, с тех пор мало что изменилось.

— Меня зовут Тикако Исидзу. Я из Управления городской полиции Токио. — Детектив вытащила полицейское удостоверение. — Мы с господином Идзаки много лет работали вместе. Мы не договаривались о встрече, но нельзя ли все-таки повидать его?

Женщина внезапно насторожилась:

— Извините меня, но не связано ли это с расследованием?

— Простите?

— Последнее время к нам то и дело наведывается полиция.

— О, это, наверное, в связи с делом Нацуко Мита? Большое вам спасибо за готовность сотрудничать.

— Она заходила сюда всего однажды и была так напугана, что не смогла последовать нашему совету. Вскоре после этого — три дня спустя — все и произошло. Мы ужасно переживали.

— Да, очень жаль.

Нацуко Мита набралась мужества, чтобы постучаться в эту дверь, но его не хватило, чтобы сделать следующий шаг. Пока она собиралась с силами, ее настигла беда.

— Да, извините, я тотчас же сообщу ему, что вы здесь. — С этими словами женщина уже повернулась, чтобы выйти, но затем снова вопросительно посмотрела на Тикако. — Простите, но вы, случайно, не из газеты?

— Нет-нет.

— И удостоверение у вас настоящее?

Тикако со смехом снова вынула удостоверение и предъявила женщине. Та облегченно вздохнула:

— Вы уж простите меня. Репортеры нас просто замучили. Работать невозможно, постоянный шум и гам. — Она добавила, словно цитируя саму себя: — Разумеется, появление на экране крайне полезно для компании, но в некоторых случаях репортажи просто ужасные. Мы уже выложили все факты, которыми располагали по этому делу, и теперь избегаем отвечать на расспросы.

— И правильно делаете. — Тикако постаралась придать ей уверенности, и женщина скрылась за перегородкой.

Там то и дело раздавались телефонные звонки. Прислушиваясь к разговорам, Исидзу различала то слова поддержки, то выражения согласия, то указания адреса, то все вместе.

— Тика-тян!

Невысокий мужчина в сером костюме вышел из-за перегородки. Под пиджаком она заметила красный джемпер ручной вязки.

— Сколько лет прошло, а? — Сиро Идзаки распахнул объятия.

— Тика-тян, ты ни капельки не изменилась! — Отставной полицейский всматривался в нее через стол, за которым они сидели в кафе неподалеку от «Горячей линии», и с довольным видом размешивал молоко в чае. — Я слышал, тебя вскоре после моей отставки забрали в Управление ГПТ. Здорово!

Идзаки больше не выглядел понурым и изможденным, как во время их последней встречи. У него был вполне здоровый вид, впалые щеки округлились, и он искренне радовался встрече с ней.

Тикако расслабилась. Со старым другом можно было говорить откровенно, как когда-то. Покидая Токио вместе с дочерью и внуком, он никому не оставил адреса и ни с кем с тех пор не общался, чтобы даже случайно никто не мог выдать их местонахождение мужу Кайоко. Он обещал Тикако, что даст ей знать, как только опасность пройдет, и она считала, что он все это время жил на Кюсю. Она слегка подразнит его за то, что он обошелся с ней не по-дружески.

— Когда же ты все-таки вернулся в Токио? — спокойно спросила она, описав обстоятельства, которые привели ее в его контору.

— Ну, примерно через год после отставки, — почесав в затылке, ответил Идзаки.

Тикако замерла с чашкой в руке и округлила глаза:

— Так быстро? Но ты ведь на самом деле уезжал на Кюсю?

— Конечно, и работу там нашел.

— Как дела у Кайоко?

Сиро прекратил помешивать чай. Он медленно вытащил ложку из стакана и аккуратно положил ее на блюдце. Когда он снова заговорил, блеск в его глазах исчез.

— Кайоко погибла. И мой внук вместе с ней.

Тикако поставила чашку и еле смогла выдавить из себя вопрос — так перехватило горло:

— Что случилось?

Идзаки порылся во внутреннем кармане пиджака и вытащил пачку сигарет. Он всегда носил при себе один и тот же сорт, но, насколько помнила Тикако, никогда не курил. Он просто мял сигарету пальцами до тех пор, пока она не начинала крошиться.