Развод! Хочу счастья на Новый год! - Елена Казанцева

- Проходи.

И пока сын завтракал, Маша старалась ему все подробно изложить, не прикрывая делишки отца.

- Вот так, сын.

- Мам, ну ты же сама получается виновата. Ты же знаешь, как он относится к машинам, а ты у него её угнала, потом сожгла, вот он и взбесился.

- Сын, прежде всего, была измена твоего отца, которая взбесила меня! Я бы не стала воровать его машину, если бы не увидела своими глазами, как он лапает малолетнюю шлюху.

Макар опустил глаза. За отца ему было стыдно, но он боялся разрушения семьи. Дети, даже став взрослыми, не хотят, чтобы отец бросал мать.

- Мам, может, вы все же помиритесь?

- Сын, боюсь, что это уже невозможно.

Они ещё какое-то время сидели в гостях у Оли, а потом поехали домой. Маша решила вызвать клининг, сыну надо было где-то жить.

- Маш, ты потом вернешься? – спросила её Оля, когда подруга с сыном уже стояла на пороге.

- Обязательно.

Дом её встретил разгромом. Поломанная мебель, грязный, затоптанный пол, Маша даже брезговала садиться на диван. Бригада уборщиков подъехала оперативно. Те только вошли в помещение, как уже распределяли обязанности. В своей спальне Маша сама сняла белье с постели и закрыла мебель чехлами. На пороге она оглянулась. Комната напомнила ей склеп, в котором лежит покойник, укрытый саваном. Сейчас саваном была покрыта и похоронена её семейная жизнь.

Три часа команда клининговой службы драила её квартиру. Пришлось выбросить стол и стулья, одно кресло и ковер. Все отправилось на помойку. Квартира хоть и была теперь чистой, но в воздухе витал запах дезинфицирующих средств, и квартира не казалась жилой. Казалось, что из неё вынесли труп, труп её брака.

Ребята из клининга уехали. Сын ушёл в магазин за продуктами. А Маша села в единственное оставшееся кресло и задумалась. Её мысли витали далеко. Она, то вновь возвращалась к тем временам, когда в семье ещё все было относительно хорошо, то её мысли перескакивали на Сергея, то вновь вспоминала события, которые произошли до Нового года.

Дверь хлопнула. Она решила, что вернулся сын. Но по шагам поняла, что входящий даже не разулся. На пороге стоял её муж. От того респектабельного и уверенного в себе Паши ничего не осталось. Его одежда была измята, на щеках щетина, под глазами синяки, костяшки на руках сбиты.

- Привет, Машенька, - глаза Паши сверкали ненавистью.

- Привет, Паш, - спокойно произнесла она.

Видимо никуда от разговора им не уйти.

- Ты, сука, решила, что меня засунула в ментовку навечно? – зло процедил он, стоя на пороге гостиной.

От него неприятно пахло, давно, видимо, не мылся Пашка, она поморщила нос и вздохнула.

- Паша, ты сам виноват, сначала пьяный сел за руль с такими же пьяными дружками, потом решил, что пуп земли, - Маша говорила спокойно, стараясь смотреть ему в глаза. - Не я бросалась на полицейских, не я оскорбляла всех вокруг.

- Ты меня довела, сука, - рявкнул Паша. – Ты же сволочь такая …

- Паш, - прервала она его, - не я тебя довела, а ты кобелем стал.

- Да чтоб ты знала, я уже пять лет девок на стороне трахаю, но ты же жила, всем была довольна.

- Паша, если бы я раньше узнала, что ты по чужим пилоткам скачешь, я бы давно тебя бросила. Поздно узнала. Но с этого момента все. Мы разводимся.

- Машка, ты дура совсем. У всех наших знакомых мужики гуляют, их жены сидят спокойно и ждут мужей.

- Может в их семьях то возможно, но не в нашей семье. Я так жить не буду.

- Сука!

- Паша, ты сам виноват, не перекладывай с больной головы на здоровую. Да и друзей ты себе нашёл подходящих. Они меня похитили, хотели заставить подписать документы, чтобы все тебе досталось после развода.

- Они настоящие друзья, - в глазах Паши вспыхнул огонь благодарности и восторга.

- Паша, ты кретин. Они хотели переписать все на тебя, потом бы ты женился на какой-нибудь Свете, после чего тебя бы убрали. А твоя новая жена стала бы наследницей, - усмехнулась Маша.

- Это ты клиническая идиотка. Я бы не женился больше, зачем мне жена, когда вокруг столько баб, - заржал Паша.

- Ты кровь свою проверь, Паш, тебя явно под веществами держали, напоили бы тебя, таблеточек в стаканчик подкинули, и опа! Ты уже женат на своей прошмандовке.

- Ты сама дура, - обиженно выдал Паша.

- Следствие покажет, кто из нас дурак, - Маша вновь усмехнулась, чем взбесила Пашу.

- Ты совсем берега попутала, - Паша резко шагнул к ней и занес руку.

Он ожидал, что Маша испугается, но она уверенно смотрела ему в глаза.

- Ну, ударь, ниже тебе падать уже некуда.

- Папа, стой! – заорал позади Пашки сын. – Не смей этого делать!

Пашка дернулся и оглянулся затравленным зверем. Он не хотел вмешивать в эти разборки сына, для него было важно, чтобы сын остался на его стороне. И вот сейчас Паша лоханулся. Сын стоял напротив, насупив брови.

- Я все слышал, какой же ты скот, - произнес сын.

- Сынок, ты все неправильно понял, - пробормотал он, опуская руку.

- Да все я правильно понял, хочешь прыгать кобелем, отпусти маму, по-хорошему тебя прошу, - с угрозой в голосе сказал сын.

- Ты мне угрожаешь? – изумился отец.

- Пока нет, но маму унижать не дам.

Они стояли друг против друга, как бык против матадора на корриде. Маша с удивлением смотрела на сына, он словно вырос и стал взрослее за несколько дней. Между мужчинами повисла пауза, оба были на взводе.

Но тут кто-то прошёл по коридору, Маша дернулась, в груди неприятно царапнуло: «Не снял ботинки», пронеслось у неё в голове.

В этот момент на пороге показался Всеволод.

- Маша! – воскликнул он.

- Привет, ты за мной? – спросила она, замечая, как наливаются кровью глаза её мужа, как удивленно смотрит сын.

- Маш, поехали, нужны твои показания, - Всеволод окинул взглядом присутствующих.

Маша вскочила и засобиралась. Затем выскользнула в коридор, накинула пальто и надела сапоги.

- Сука, - сказал ей вслед муж.

Глава 35

- Как там Сергей? – спросила Маша, когда они садились в автомобиль Всеволода.

-