Плата за смерть (сборник) - Роберт Силверберг

Яна смутилась и огорчилась, а потом спросила, нельзя ли придумать какой-нибудь трансплантат по типу шиламакианских и пересадить твой мозг в искусственное тело, чтобы ты могла ходить. Мне всегда задают этот вопрос — решение уж слишком очевидное. Я рассказал ей, что мы давным-давно провели необходимые исследования и выяснили, что в твоем случае это слишком опасно.

— И давно это с ней? — поинтересовалась Яна.

— С рождения. Сначала думали, что хирургическое вмешательство может помочь, но…

Потом ей захотелось узнать, сколько тебе лет, и я сказал, что мы близнецы. Яна густо покраснела и с опаской посмотрела на меня.

— Твоя сестра — телепат, вы — близнецы, значит, ты тоже телепат. Ты можешь читать мои мысли!

Я набрал полные легкие воздуха и пустился в объяснения. Во-первых, сказал я, мы, конечно, близнецы, но не однояйцевые, не двойняшки, уж это очевидно: Лори — женщина, а я — мужчина. Во-вторых, даже двойняшки далеко не всегда оба становятся телепатами. В-третьих, Лори, то есть ты, единственный телепат в нашей семье. И, в-четвертых, всеобщее убеждение, что телепаты могут читать мысли нетелепатов, совершенно ни на чем не основано.

— Только люди с положительной ТП-реакцией способны выходить на связь. И только друг с другом, — утверждал я. — Лори не способна читать мои мысли, а я не могу заглянуть в твои, да и вообще ни в чьи. А вот жирная Мардж там, за столом, может прочесть мысли Лори, если Лори ей позволит.

— Мне жаль твою сестру, — вздохнула Яна. — Как это должно быть обидно — не иметь возможности установить контакт с собственным братом-близнецом. А ведь ей, запертой в четырех стенах, наверное, так интересно все, что происходит за пределами ее комнаты.

— Она храбрая девушка, — ответил я (и это чистая правда). — Она справляется. И для этого ей вовсе не нужен я. У нее тысячи друзей-телепатов во всех концах Галактики. Восемь часов в день Лори работает в коммерческой ТП-сети, передает сообщения, а оставшиеся шестнадцать тратит в свое удовольствие: сплетничает обо всем на свете, раньше всех узнает новости. По-моему, она вообще не спит, то есть я этого не видел. Конечно, судьба жестоко обошлась с моей сестрой, но у Лори есть и кое-какие преимущества.

Яна очень заинтересовалась, она хотела знать о тебе как можно больше, и я начал рассказывать всякие мелочи, подробности. Не буду их повторять — ты наверняка тоже их прекрасно помнишь. Судя по всему, я недооценивал Яну, и за последние несколько дней начал понимать, что сложившийся у меня образ красивой дуры — результат актерских способностей Мортенсен, защитная оболочка, за которой скрывается умный и чуткий, но очень застенчивый человек. Не знаю, с чего я взял, что все привлекательные девушки должны быть тупицами. Нет, Яна далеко не гений, ей никогда не подняться до уровня доктора Шейна, но у нее за душой есть кое-что, помимо сногсшибательных форм и улыбки на десять киловатт.

Да, возвращаюсь к событиям дня. Наши боссы закончили проверку и регистрацию, но мы не могли сдвинуться с места без Саула. Еще полчаса мы стояли в холле и ждали, пока он вернется с разрешением на ведение раскопок. Доктор Шейн нервничал, ходил кругами и никак не мог понять, куда подевался Саул. Он боялся, что наш хронолог попал в какую-нибудь бюрократическую пробку или, что еще хуже, местные власти и не собираются позволять нам копаться на их территории. Это предположение так огорчило Пилазинула, что он в беспамятстве открутил себе правую руку до локтя.

Наконец Саул вернулся. С разрешением. Нет, у него не было никаких хлопот. Бумагу выдали сразу и без вопросов. Эти сорок пять минут он проторчал в местном почтовом отделении, подбирая марки Хигби-5 для своей коллекции.

Мы загрузили все наши пожитки в краулер и отправились к месту раскопок.

На планету опускалась темная и холодная ночь. У Хигби-5 нет луны, и вблизи экватора, где мы находились, темнота наступает мгновенно, как будто свет выключается. Щелк! — и ни зги не видно. Господнее благоволение или ловкость шофера уберегли нас от падения вместе с машиной в один из многочисленных кратеров, и через час мы прибыли на место.

Доктор Шейн, который был здесь в прошлом году, когда и откопали первые находки, еще тогда распорядился поставить три надувных домика — один под лабораторию и два под жилье. А еще он приказал закрыть пластиковым щитом ту часть склона холма, где обнаружили следы Высших.

Но как только мы стали располагаться на ночлег, появились морально-этические сложности. Думаю, тебя развлечет вся эта чепуха.

Неприятности начались, когда мы обнаружили, что внутри наших надувных резиновых жилищ нет перегородок, а значит, и никакой возможности уединения. В нашей экспедиции две юные незамужние землянки. Согласно идиотским старинным, поросшим мхом племенным обычаям, они ни в коем случае не должны спать в одной комнате с мужчинами — это недостойно и неприлично. (То, что Келли даже понятия не имеет о приличиях, к делу не относится. Андроиды добились полного равенства по отношению к людям, следовательно, обязаны соответственно и разделять наши неврозы. Келли пользуется всеми правами взрослой женщины-землянки и относиться к ней иначе — подвергать ее расовой дискриминации. Не так ли?)

Доктор Шейн вполне разумно предложил поселить всех мужчин: его самого, Лероя Чанга, Саула Шахмуна и Томаса Райса (меня) в одном домике, а Яну с Келли-в другом. О'кей, таким образом мы решаем проблему скромности, не подвергая дискриминации нашего андроида. Но…

Получается, что Яна с Келли будут жить в одном довольно-таки тесном помещении с несколькими инопланетянами, между прочим, самцами. (Стин Стин и 408б не в счет. Стин — гермафродит, а у 408б, похоже, вообще нет пола.) Мне кажется, многие стыдливые души на Земле были бы возмущены, узнай они, что Келли и Яне придется одеваться и раздеваться в присутствии мужчин, пусть даже эти мужчины трижды инопланетяне. (Во всяком случае, их очень обеспокоила бы судьба Яны, к андроидам такие личности относятся куда менее трепетно.)

Однако доктора Шейна беспокоило нечто иное. Ему было прекрасно известно, что Келли начисто лишена предрассудков и что Яна, соблюдающая все положенные табу в присутствии мужчин-землян, совершенно не боится, что Пилазинул, доктор Хорккк или Миррик покусятся на ее девичью честь. Доктор Шейн боялся оскорбить наших инопланетных коллег. Если Яна будет соблюдать земные приличия по отношению к нам и нарушать их в присутствии мужчин-инопланетян, не подумают ли они, что мы считаем их второсортными, не заслуживающими внимания формами жизни? Не выкажем ли мы этим пренебрежения к уважаемым собратьям по профессии? Возможно, девушка должна соблюдать приличия вне зависимости от того, с кем она имеет дело… или не соблюдать их вовсе. Все разумные расы Галактики равны, но что из этого следует в нашей ситуации?