Монстры Кремля - Дмитрий Казаков

Все это кануло в Лету, исчезло утром пятого мая, и скорее всего навсегда.

– Хочу туда, хочу тоже быть таким, – мечтательно сказал Илья, когда они проходили мимо киоска с вывеской «Пиво», вокруг которого толпились мужики. – Ни забот, ни хлопот, никто тебя не сожрет, даже если захочет… И вечное лето.

Андрей бросил быстрый взгляд на бритоголового – не хватало еще, чтобы тот решил отправиться к «призракам» самым простым и быстрым способом, пустив себе пулю в голову.

Илья выглядел мрачным и подавленным, нервно тискал автомат.

– Ну, вот, неужели струсил? – спросила Лиза. – Не думала, что такое возможно.

Бритоголовый покраснел, открыл рот, но ничего не сказал.

Мимо проехал автобус, настолько реальный, что Андрей ощутил запах бензина, увидел разводы грязи на боку. Двери со скрипом открылись, и из них, размахивая сумками и кошелками, полезли деловитые галдящие бабки.

Одна замерла, взгляд ее вроде бы остановился на путешественниках, но тут же заспешила дальше.

– Галлюцинации, – повторил Андрей в третий раз. – Они – для нас, мы – для них.

Деревня, к счастью, оказалась небольшой, а вскоре после того, как ее дома остались позади, с шоссе исчезли машины. Прокативший мимо большегруз взревел двигателем и принялся исчезать, начиная с кабины, точно въехал в делавшее его невидимым облако.

– Все, разлюли моя малина, – сказал Илья и с сожалением оглянулся.

Затосковать им не дала явившаяся с юга стая из пары десятков «собак».

Тут амулеты старого шамана почему-то не сработали или подействовали очень слабо. При виде людей твари радостно залаяли и, разделившись на две группы, бросились в атаку. Пришлось залечь, пустить в ход автоматы, а в критический момент – даже гранаты.

Схватка вышла короткой, далась легко, но после нее Андрей почувствовал такую усталость, словно не один час ворочал мешки с цементом. С земли поднялся с трудом, подумал, что дает о себе знать тревожная, бессонная ночь и что наверняка впереди ждет еще не одна такая…

Через несколько километров шоссе изогнулось крюком, свернуло на восток, и параллельно ему пошла железная дорога. Тут вынуждены были спрятаться в развалинах одного из домов, выжидая, пока мимо не проследует «состав» из огромных черных пузырей.

Он укатил прочь, а они пошли дальше, и вскоре трасса уперлась в другую, идущую с северо-востока на юго-запад. На месте их пересечения обнаружилась громадная пирамида, основание которой утонуло в черных кустах, а вокруг лежали трупы – почерневшие, словно обугленные.

– Э, что-то тут было, елы-палы, – сказал Илья. – Кто-то их чики-пуки, и все дела.

– Как бы нас тоже не чики-пуки, – заметил Андрей.

Пирамиды обычно не подпускали к себе людей, по крайней мере, у Андрея и его спутников не вышло приблизиться ни к одной из них. Эта же, похоже, наоборот, притягивала сохранивших облик и разум гомо сапиенсов, по крайней мере, в первые дни после катастрофы.

Сами путешественники ничего особенного не ощутили, но, возможно, лишь из-за того, что близко подходить не стали.

– Так, а это там кто? – спросила Лиза, когда они обогнули пирамиду и стало видно, что впереди, посреди шоссе, привалившись спиной к заглохшей навеки красной «десятке», кто-то сидит.

– Баба! – удивленно ответил Илья.

Женщина подняла голову, вскочила и побежала навстречу, крича что-то восторженное. Андрей поднял автомат, жестом велел бритоголовому наблюдать за тылом – мало ли что все это означает, а вдобавок у них есть свой персональный преследователь.

– Как я рада! Господи! Счастье какое! – вопила незнакомка.

Было ей лет под сорок, и выглядела она неважно – бледная, волосы встопорщены, одежда порвана и в грязи, а на лбу, на щеках, везде на лице – многочисленные мелкие царапины, словно пробиралась через колючие заросли.

– Стой! – скомандовал Андрей. – Ты кто?

– Но как же… Вы что? – глаза женщины расширились, сообразила, что «калаш» нацелен на нее.

Сделав еще пару шагов, она остановилась.

– Вот теперь говори, – разрешил он. – Только без резких движений.

Лицо женщины отразило обиду, она заморгала, точно собираясь заплакать, и затараторила:

– Разве вы не из армии? Разве не пришли, чтобы нас спасти? У нас там ужас что творится! Нехристь этот свирепствует, кто не погиб, всех в рабство взял и держит впроголодь! Что вообще происходит, что случилось-то?! – Тут голос незнакомки сорвался, и она зарыдала.

Лиза сделала движение вперед, но Андрей придержал ее за рукав.

– Где «у вас»? Что за «нехристь»? – мягко уточнил он. – Мы не спасатели, и мы не знаем, что произошло.

– О нет, нет… а я так обрадовалась… – женщина всхлипнула. – Да в Игумново, это тут, недалеко… В тот день, как все случилось, он и появился, нехристь-то, никто не знает, откуда, и взял над нами власть…

Чем дальше она рассказывала, тем больше мрачнел Андрей.

«Нехристь», сделавший своими невольниками выживших обитателей нескольких деревень, сильно напоминал «колдуна» из Владимира, разве что тварей в подчинении у него было немного. А ситуация походила на ту, в которой Соловьев оказывался уже не раз, и он знал, чем все закончится.

Просьбой о помощи, не подразумевающей отказа.

Можно, конечно, встать в позу, заявить, что у них свои проблемы, что им не до того, чтобы спасать других, но в глубине души Андрей четко знал, что как раз «до того», что необычные способности, полученные им после катастрофы, даны, чтобы он мог помогать…

Вот только кем даны, оставалось непонятным.

Не об этом ли «долге пред ликом Господа» говорили трое направлявшихся к святым местам паломников? Не в том ли он состоит, чтобы уничтожать опасность для простых людей, и не является ли их странствие обыкновенной придурью, а настоящей задачей – истребление монстров?

– Ну, так вот, он там и сидит, и я думала, что вы сможете помочь, раз уж с оружием, – несмело закончила женщина.

Андрей подумал, что глупо, имея опасность за спиной, лезть мордой в другую.

Мелькнула мысль, что все это может быть ловушкой, что они здорово отклоняются от пути к Обнинску, к возможной разгадке.

– Да, мы попробуем, – сказал он. – Как вас зовут?

– Зина, – назвалась женщина, лицо которой отражало недоверие и восторг.

Судя по рассказу, она сбежала от «нехристя» сегодня утром, воспользовалась тем, что ее на какое-то время оставили без присмотра, и смогла выйти с той территории, где его власть была безгранична.

А затем шла без остановки, надеясь отыскать помощь на Калужском шоссе.

– Так вы есть хотите, наверное? – спросила Лиза. – Давайте перекусим и решим, что делать дальше…

Зина закивала, а при виде банки тушенки в ее глазах возник голодный блеск.

– Шеф, крыша поехала? – спросил Илья негромко.

– Похоже на то, – отозвался Андрей.

– Надо будет ее гвоздями при ближайшей оказии или шурупами, – посоветовал бритоголовый.

Зина ела и продолжала рассказывать – о том, как их заставляли работать, как молодых женщин «нехристь» таскал к себе в постель и как одна от этого даже умерла, как по мановению его руки землю раскалывали трещины, а обычный лес превращался в нечто жуткое, ядовито-шипастое.

Этот чародей мог такое, чего не умели его сородичи во Владимире и Москве.

– Ладно, разберемся, – сказал Андрей, когда банка опустела. – А сейчас надо идти.

Что до наступления темноты предстоит отыскать надежное убежище, он добавлять не стал – своим без того все ясно, а Зину страшить незачем, и так запугана до дрожи в коленках.

В сторону Игумнова вел обычный российский проселок, с которым ничего не смогла поделать даже катастрофа – потрескавшаяся земля, пыльные обочины. Открывавшийся же по сторонам от дороги пейзаж вызывал четкое ощущение, что здесь все точно так же, как и год, и двадцать, и пятьдесят лет назад: березовые рощи, поля, полоса леса на горизонте.

Впечатление испортило оставшееся справа синее озеро, затем они прошли через поселок с типичным для России названием Богоявление, и тут обнаружился еще один водоем, на этот раз обычный.

– Крупное село было, много народу, – сказала Зина, – и все сгинули, никого нет…

И по щеке ее скатилась одинокая слеза.

Из озера вытекала речушка, петляла рядом с дорогой, то подбираясь к ней вплотную, то уходя прочь. Еще через километр наткнулись на одинокий «террикон», среди поля смотревшийся исполинской кротовиной.

– А далеко еще до владений нехристя? – спросил Андрей, когда они прошли старый, едва ли не притопленный мостик.

– Да прямо за Богдановкой они и начинаются, – Зина наморщила лоб. – С километр.

– Тогда стой, раз-два. Ищем место для ночлега.

Рисковать и на ночь глядя соваться на территорию, где правит очередной колдун, он не хотел, а кроме того, помнил о том, что за ними по пятам идет невидимый и непредсказуемый хищник.