Из рук врага (СИ) - Сергей Плотников

Кирки, лопаты — а часто и взрывчатка (когда военные стали зажимать поставки — втихаря стали делать свою) — мы проложили места для роста «корней»-трубопроводов: шельферы запустили встроенную функцию для массового опреснения воды, сразу насыщая ее нужными минеральными добавками. Ведь песок — это отличный субстрат для гидропоники: корням удобно прорастать, сопротивление низкое. Проблема в том, что под песком часты солончаки, если их полить — соль пойдет наружу, и убьет все растения, так что пришлось делать корневую сетку-отсечку на глубине нескольких метров, собирающих влагу назад. А корням — растить сегменты лесозащитных полос, ограничивающих будущие поля. И заниматься совершенно не нужными нам злаками: по-хорошему, плоды подводных полей, что-то среднее между картошкой и каштаном, хранились не хуже. Правда, из них хлеб получался совершенно не вкусный… но открывать свои возможности пока было рано. Так что — пшеница, а севернее и южнее тропика — и рожь с гречкой, один в один как земные. Оставалось только проверять, что бы наскоро обученные дехкане, командовавшие бывшими портовыми грузчиками и прочей городской шушерой, не загубили больше двух третей урожая и не сильно разрушили систему фито-орошения: она, конечно, восстанавливается сама, но человек — это звучит настолько гордо, что даже биотехнологии пасуют! Впрочем, климат и местность тоже говорили свое веское слово: со стороны пустыни пришлось растить настоящую сплошную стену против движимого ветром песка, который ранее тупо сносило в море. Кое-где пришлось заставить строить каменные стены-основания — впрочем, не столько из необходимости, сколько «что б они задолбались». Проблему песка мы собирались решить кардинально…

…в первый раз преодолеть пятьдесят километров палящего солнца, белого, как расплавленного в его лучах песка и искажающего перспективу воздуха оказалось неимоверно тяжело — я даже пожалел, что мы взяли как «защитную зону» такое большое расстояние. Забавно — в воспоминаниях осталось, что с горцами этот промежуток пути не выделялся ничем особым, причем шел я пешком а не ехал на местном верблюде тогда! То ли я привык к комфорту, то ли даже с симбионтом возраст дает о себе знать… А ведь настаивал на ста километрах пустого пространства — хорошо, отговорили… и я буду не я, если не построю тут метро! В жо… к демонам эти пешие прогулки! А нам пришлось еще и поработать — первые сегменты новой зоны растительности пришлось, как и в шельферах, сажать вручную. Зрелище, правда, увиденное мною уже через три дня воочию, а не на планах, окупало затраты времени и сил: из песка поднималась зеленая, довольно высокая стена — не такая, как у приморских полей, а именно что начало переплетенных между собой стволов и лиан, заросли которых тянулись и тянулись вглубь песков… и продолжали прорастать и сейчас. Настоящий зеленый фронт — медленный, но неукротимый. Пока есть солнце и вода… Если первого было даже в избытке (пришлось городить многоярусный лес навроде эвкалиптового, что бы эффективно поглощать энергию света и не менять листовые пластины раз в день — к заходу светило и сухость воздуха их буквально убивали), то второе обеспечивали живые трубопроводы от моря и сетка корневого питания. Чем больше нарастет зелени, скрывающей в себе «глаза» фасетчатых видео-сенсоров и оружие — от пусковых установок «болтов» до полноценных корабельных ракет, а так же средства автоматического пуска воздушных разведчиков а так же «любимые» колючки и средства пуска отравы, тем больше будет «солнечной маны». Чем больше будет солнечной маны — тем быстрее будет расти лес-конструкт… пока не упрется в горы. Там надо будет изобретать что-то новенькое — и опять взрывать, видимо. Надо будет выйти на горцев… и, ну не знаю, извиниться, что ли. А еще, когда зеленая зона дотянется до гор, воздушные разведчики найдут мне Башню… то, что от нее осталось. Фаризу не так долго осталось отжираться на неограничено доступных харчах и изрекать глубокомысленные фразы о случайностях в жизни, надеюсь, вместе стем, что знает и помнит, Эль методику работы с магией удастся восстановить хотя на сколько-то: у противника с магией все будет отлично.

…а еще когда фито-зона упереться в камень Хребта Песков, все питательные вещества — продукты фотосинтеза, тот самый «лубяной сок», вроде сиропа, что собирают с канадских кленов, не «превращаясь» в плоды пойдет под песками назад, к океану. И энергия пойдет — с площади самой большой и самой солнечной пустыни на этой планете. На самом деле, растения могут расти и в полной темноте, без фотосинтеза: просто тогда их надо в прямом смысле «кормить», как и любое другое живое существо. Сто метров — и погруженному уже не «шельферу» а… ну, пусть будет «плаферу» — не нужно цепляться за дно: никакое волнение его не достанет. Свет, правда, тоже почти не доходит — но на внешнем питании он уже и не нужен. Пока не знаю, какие потребуются диаметры магистральных энерговодов и питающих «трубопроводов»… зато знаю то, что ввергло бы в панику не только Свята с его «механическим» прогрессорством, но и эльфов, буде они узнали бы о Проекте заранее: растение за сутки солнца и при наличии питательных веществ способно удвоить свою биомассу. Геометрическая прогрессия. Когда плаферы всплывут, больше экосистема моря не будет влиять на наши «поля» — это «поля» будут формировать свою экосистему… и свое море, по большому счету.

Ох, блин, что начнется сначала на Азуре, а потом отголоски пойдут по всему «шарику» — уже следующим сезоном (осенью на Юге и весной на Севере)! Я теперь кое-что знаю об экологии, и кое-что помню еще со школы на Земле: если не ошибаюсь, переозеленная пустыня как магнит будет притягивать осадки, из-за смены количества испарения с огромной территории поменяются воздушные течения, сменяя картину сезонных ветров, а там и до морских течений дойдет. Так что джунгли в саване могут и сами начать расти, где-то поля и леса зальет дождями, где-то ударит небывалая засуха… впрочем, все решат, что это сезонное. Пока только у меня есть воздушная разведка, пока системы обороны мегафитоконструкта будут в автономном режиме оповещать о приблизившихся людях и животных… Боюсь, если не удасться травануть пыльцой с последующей паковкой в прорастающие коконы удаленным оператором, что будут держать жертв в состоянии искусственной комы, придется всех остальных просто тупо расстреливать. Таких мало будет — пустыня и горы мертвы… но лишь вопрос времени, когда такую «малость» как смена климатической зоны и ее причину обнаружат. Впрочем, секрет будет ценен буквально год, может, даже меньше. Военная машина Свята Первого раскручивается быстрее, чем растет ее прочность — больше кораблей, больше руды, больше угля. Похоже, Западный Лес руками людей уже почти готов сделать свой ход — попаданцы оказались для эльфов Флогоса настоящим подарком. Остается надеяться, что план Арка… да, к черту скромность — мой план! — он успеет развернуться хотя бы частично, пока «что-то пойдет не так». В крайнем случае мы уже начали вывоз из Конфедерации своих людей, оставляя там необходимый минимум: черта с два нас выкурят из бывшей пустыни! Тут даже подземные реки есть… которые, надеюсь, не пересохнут от смены климата…

…чем кончится веселое заигрывание с глобальной перестройкой экосистем, я не знал. Возможно — глобальной же катастрофой, куда как масштабное пресловутой урбанистической, которой так любят пугать «зеленые» на Земле. Возможно — эльфы знают, раз сбежав из своего мира так осторожно используют свою зелень и упорно молчат (кто знают) о происшедшем там. Невольно можно почувствовать себя этаким «суперзлодеем», с кучной прихлебателей задумавшим конец света. Вот только светлых супергероев не видно вокруг — наоборот, окружающие задумали свои «концы света» для всех, кроме себя любимых… даже Святослав со своими военными армадами «вместо масла и хлеба». Так что я, можно сказать, просто вписался модный тренд самым последним, можно сказать, когда «конец света» стало уже мейнстримом. Вот — так и живем…

59

— Что-то мне это напоминает… — Пробормотал Стерх, но недостаточно тихо. Похоже, подземное сооружение его сильно впечатлило. Да… честно сказать, меня бы самого впечатлило… если бы не то, что мы натворили в пустыне и сейчас творим в Южном Безбрежном Океане.

— Кишку! — Фариза, опасливо оглядывающего тоннель, отчетливо передернуло.

— Кровеносный сосуд. — Одновременно подала голос Лима. Подумала и уточнила. — Вену. В артерии напор больше и кровь обычно движется толчками. Сердце ее толкает.

Если лидеру Арка приходилось постоянно оставаться у побережья, то моей «младшей» супруге пришлось бросить всю медицины кроме прикладной, и сосредоточится на «допиливании» элементов Проекта, временно находящихся или формирующихся под водой. А это требовало часто ежедневных выходов в океан. Благо, «легенда» об организации аграрно-хозяйственной работы все еще действовала… хотя по большому счету, после первого «тестового» сбора злаков персонал гидропонических полей уже «набил все шишки», какие мог, и теперь я ожидал нормальной работы. Ну а перевод палаточных лагерей и временных источников воды в постоянные рабочие поселки, растянутые вдоль берега, постройка водопроводов для нужд граждан Империи эмиратского происхождения, контроль за занятостью — с этим и местные чинуши справятся «на ура». Все что угодно для победной реляции «урожай получен» — и внимания из Столицы! Правда, я, в отличии от местных «ссыльнострадальцев» прекрасно знал, что твориться в сердце любимого детища Святослава: курьерский трим с отчетами Плуга приходил каждую неделю. Ничего — совсем скоро у нас будет и прямая связь с городом — высотные ретрансляторы уже тестируем… да уж, чего мы только не тестируем.