Закат техномагов 3.ЗАКЛИНАЯ ТЬМУ - Джин Кавелос

Офицер службы безопасности оторвал взгляд от своего примитивного ручного устройства.

– На протяжении некоторого времени вы не пользовались документами, не так ли?

– Что-то не так? – спросила Анна, наклонив голову, стараясь выглядеть беззаботно, хотя это получилось у нее не очень естественно.

Офицер снова посмотрел на устройство, нахмурился.

– Нет… нет, – он вернул ей карточку. – Цель вашего визита сюда – бизнес?

– Я прилетела, чтобы увидеться с моим мужем. С Джоном Шериданом. Дальнейших вопросов не последовало, и Анна продолжила свой путь. Она

направилась к каюте Джона. На ногах Анны были туфли, купленные для нее Морденом, и ей приходилось прикладывать усилия для того, чтобы сохранять равновесие при ходьбе. Ее ноги использовали столь примитивный способ передвижения. По пути Анна повторяла про себя все заученные сведения, и все, что ей следовало сделать.

Потом она остановилась перед дверью в каюту Джона. Набрала код на панели замка, дверь открылась.

Внутри каюты оказалась ненавистная Деленн, та, которая стремилась занять ее место рядом с Джоном. На ней был свободный балахон, распущенные волосы каскадом рассыпались по плечам. Костяной гребень обрамлял ее голову наподобие короны. Деленн держала в руках небольшой, прозрачный шар. Внутри шара находилась уменьшенная копия пляжного маяка – примитивного, отдаленного подобия Ока.

Анна испытала сильное желание броситься на Деленн с боевым кличем, уничтожить ту, что бросила ей вызов. Но Джастин предусмотрительно подготовил ее к возможной подобной встрече, и Анна помнила полученные от него инструкции.

Анна улыбнулась, вошла, протягивая руку:

– Здравствуйте. Вы, должно быть, Деленн. А я – Анна Шеридан. Жена Джона.

Шар выпал из рук Деленн.

Черное пятнышко прямо по курсу увеличивалось в размерах, За'ха'дум больше не казался песчинкой, сейчас он имел вид небольшого диска, испещренного полосами разнообразных оттенков коричневого цвета. Гален сидел молча, положив расслабленные руки на бедра, и мысленно продолжал упражнения с алфавитом. Упражнение помогало успокоиться и очистить разум от посторонних мыслей. Что бы ни случилось, он не должен сопротивляться. Должен позволить этому нечто захватить его, пройти сквозь него. Пусть оно определит, что он, Гален, также является порождением Теней, агентом хаоса и уничтожения.

Око должно позволить ему пройти там, где никому другому пройти не дано. Потому, что он был своим. Вот почему Тени так боялись магов, вот почему потребовали либо присоединиться к ним, либо умереть. Маги обладали способностью проникать на их базы, прослушивать их каналы связи. Только подобный может сразиться с подобным. Таким образом, его примут за своего, и троянский конь проникнет в цитадель врага.

Оно обрушилось на него подобно вспышке ослепительно черного света, закричав, растеклось по его телу, сканируя его, проверяя, разрешен ли ему доступ сюда. Гален прервал упражнение. Черный свет проникал сквозь плотно сжатые веки, жег глаза. Свет быстро опустился по его затылку, побежал по линиям обесцвеченной кожи, тянущимся вдоль его плеч и позвоночника, затек внутрь. Гален ощутил зуд, когда свет коснулся сенсоров на кончиках его пальцев, побежал вдоль ниточек биотека вверх: по пальцам, затем по рукам. Гален чувствовал, что свет, пока проникал в него, одновременно окутал и его корабль, заполз в серебристое тело кризалиса, обвился, размышляя, вокруг его прядей.

Свет обвивался вокруг меридианов биотека, и в ответ тот начал нагреваться, энергия забурлила в нем со все возрастающей скоростью. Галену хотелось задавить энергию с помощью упражнения, но он не стал рисковать. Вдруг у него не получится, или Око опознает его? Волна адреналина пробежала по его телу, заставляя сердце забиться быстрее.

Потом черный свет, продолжая циркулировать в нем, заговорил. Слова, фразы, произнесенные шепотом, эхо: все было очень похоже на передачи Теней. Они заражали его.

"Хаос – естественное состояние для живого существа, в котором высвобождаются все инстинкты. Хаос – путь обретения силы. Хаос – источник жизненной силы. Свое наиболее полное воплощение хаос обретает в периоды войн. Война – испытание для всех. Несовершенные уничтожаются. Только посредством кровопролития можно добиться истинного прогресса, реализовать заложенный потенциал. Мы – победители, воюя, мы достигнем истинного совершенства".

Шепот Ока вызвал ответную вибрацию биотека, и Гален заметил, что биотек эхом отражает эти слова, наслаждаясь, мысленно повторяя их. Стоило ему лишь подумать об уничтожении, как волна энергии начала нарастать внутри него, раскаляться, закипая. Энергия биотека вскипала внутри него, и он вместе с ней – они с биотеком были одинаковыми и были единым целым, неразделимыми до самой смерти.

Он тоже нашептывал самому себе о радости хаоса, о восхитительном ощущении, которое он испытает, высвободив, наконец, свои инстинкты. Ударить, атаковать врага, очистить от них Вселенную, не останавливаться до тех пор, пока враг не будет полностью разгромлен. Не мучиться больше из-за необходимости быть терпимым и терпеливым. Он сможет убить тех, кто убивал, кто угрожал, кто оскорблял, кто ошибался, кого можно убить ради высшего блага, ради эволюции, ради прогресса, ради совершенства.

Гален пылал, энергия внутри него пела, бешено несясь по меридианам биотека, а вибрация стала настолько отчетливой, что причиняла теперь боль. Именно в таком состоянии он чувствовал себя по-настоящему живым, не прячущимся в крошечной, созданной им самим, тюрьме, в которой он скрывался без всякой на то необходимости, будто после того, как сделал все неправильно. Но это Вселенная была не права, и Вселенная должна была прятаться от него. Гален вспомнил, какую неописуемую радость испытывал, уничтожая дракхов одного за другим, одну Тень за другой. Они заслуживали смерти, Тилар заслуживал смерти, точно так же, как Цирцея и Лондо, и Морден, и Элизар, и Разил. Как многие, многие другие. Члены Круга за то, что лгали ему. Она за то, что покинула его. Родители за то, что дали ему жизнь. Он был глупцом, пытаясь убить всего троих человек. Он должен уничтожить их всех: Теней, ворлонцев, центавриан, нарнов, минбарцев, людей – все они были запрограммированы на то, чтобы уничтожать, вредить друг другу, и продолжать делать это до тех пор, пока у них оставались силы. Но он мог остановить их. Мог сокрушить их всех. И он хотел сокрушить их всех.

Ощущение удовлетворения, и черный свет быстро потек прочь из него. Око отвернулось от него.

Но по его венам продолжал нестись огонь, обжигая нервные окончания. Гален весь дрожал, бушующая энергия переполняла его. И он сам бушевал. Он хотел уничтожать. Хотел убивать. Кого убивать или что крушить – значения не имело.

Гален визуализировал нужное уравнение, обрушил поток энергии на самого себя. Сверкающая волна синего пламени прокатилась по его телу, подобно потоку раскаленной лавы, обжигая его, уничтожая весь волосяной покров.

Еще.

Еще.

Наконец его разум очистился настолько, что Гален смог визуализировать в левом верхнем углу чистого экрана одну-единственную, сияющую синим светом, букву.

"A".

Он мысленно вцепился в букву, но у него не было сил подумать о следующей, продолжить алфавит. Наконец, Гален понял, что он должен сделать. Синее пламя обрушилось на его и без того обожженную кожу, сжигая ее. Гален согнулся пополам, его нервные окончания были перегружены болезненными ощущениями. Но средство подействовало. Он смог продолжить.

"A B".

Еще одна волна пламени.

"A B C".

Он доделал упражнение, за ним – еще одно, и еще, уходя из этого места, из этого времени, от этих чувств, все дальше и дальше отступая в глубину темного тоннеля, и стены смыкались вокруг него. Гален сжимал свою волю в кулак до тех пор, пока прошлое, будущее, Вселенная не перестали для него существовать, не осталось ничего, кроме корабля, и его тела внутри корабля, а внутри тела – его бьющегося темного сердца.

Когда из второй комнаты вышел Джон Шеридан, Анна, увидев его, сильно удивилась. В халате, с растрепанными темными волосами он выглядел вовсе ничем не примечательным, типичным слабым человеком. И этот человек являлся тем самым ключевым существом, чье влияние распространялось на всю Галактику?

Но, когда он пристально взглянул на нее, Анна что-то почувствовала – силу, которой она никогда раньше не замечала ни в одном человеке. Его манера держаться отдаленно напомнила Анне властность техномага Элизара, но здесь было нечто большее. Странная волна возбуждения пробежала по ее телу. Будто ровный ритм сердцебиения машины вдруг нарушился. Джон был необычным человеком. Неудивительно, что он смог уничтожить стольких ее сестер. Он был опасен.

Анна добралась до своей цели. Теперь она должна установить контроль над ним.