Научи меня любить - Каролина Шторм

Где ты сейчас?..

А я живу лишь ожиданием, верой.

Каждый твой шаг – испытание мерой.

Где отыскать мне на планете такую,

Чтобы тебя помогла мне забыть?

Но невозможно тебя не любить…

Не знаю автора этой песни. Услышал её когда-то давно, потом забыл. А теперь вдруг вспомнил. Может, слова не совсем те, что в оригинале, и я немного переврал. Но почему-то именно они пришли мне на ум в этот день и час. Даже Милада замерла, прислушиваясь. Я не певец, и голос у меня так себе. Но когда поёт душа, звучит это по-особому. Она слегка улыбается, больше не может. Ей это даётся с трудом. А та, другая, этих защит не имеет. Её улыбка – настоящий дар. Ну, и где, скажи на милость, где ты была раньше? Двумя годами раньше? Ах, да, ты же ещё в школе училась совсем в другом городе. Мы бы не встретились ни за что. А если б я не был таким безумным и не ввязывался бы в эти драки, то окончил универ ещё год года назад. И тогда бы точно не встретились. Почему-то мне страшно становится от этой мысли!..

То ли она что-то почувствовала, то ли просто невзначай, но взгляд отвела в сторону. Подсел Толян, она с ним заговорила. Нет, меня, как нашего Евгения, она слушать не будет. При нём даже дыхание замирает. Виртуоз он… грёбаный!..

Гитару откладываю в сторону. Встаю и Миладе руку протягиваю.

– Пойдём, дорогая, я тебя провожу.

Она, кажется, рада этому. Эти стены с полусодранными обоями шокируют её изысканный вкус. Она же привыкла к роскоши. И я, как будущий муж, должен ей эту роскошь после свадьбы обеспечить. Муж должен быть главою, а иначе даже пытаться не стоит. Меня мать одного на своих плечах вытащила.

Вместе с Миладой выходим на улицу. Пока ждём такси, стоим на ступенях и оба курим. Она – тонкие сигареты, «дамские», как я их называю. Я – что в карманах завалялось.

– Паш, – спрашивает она, – долго ты ещё будешь в этой хибаре ютиться?

– Чуть-чуть осталось. Как только первую зарплату получу, сразу квартиру сниму.

– А что с твоим клубом? Ты собираешься увольняться?

Глубоко затягиваюсь. Дым едкий, горький на вкус, но я давно привык. Что только не приходилось курить!.. А эти «ментоловые» сплошная дрянь! Для пантов, не более. Но она девушка, ей простительно.

– Нет, увольняться пока не собираюсь, – отвечаю я. – Чаевые хорошие, я с их помощью за учёбу плачу. И матери могу хоть чем-то помочь.

Она кивает в знак согласия, но смысла моих слов не понимает. Её эти заботы никогда не касались.

– Завтра мы ждём тебя к шести, – напомнила Милада. – Не опаздывай.

– Разве это возможно? В такой день…

– Нет, но я на всякий случай предупреждаю. И… постарайся сегодня больше не пить.

– Это лишнее, дорогая моя, – наклоняюсь и целую её в губы. – Всё будет отлично, вот увидишь.

Такси подъехало и увезло мою будущую невесту. На этот раз у меня нашлись деньги, чтобы расплатиться за заказ. Я повернул к дверям общежития, придирчиво окинул взглядом все пять этажей. У кого-то окна нараспашку, кто-то чуть форточку приоткрыл. Рамы старые, деревянные. Менять их никто не собирается. Государственное образовательное учреждение. Спонсоров у него нет. Зато самый престижный ВУЗ области.

Свет горит почти в каждом окне. Какой студент в двенадцать ночи ляжет спать? Даже если завтра к восьми утра на первую пару. Ну, а мне, как обычно, на работу. График обычный, пять из семи. Занятия все пропускаю, но, думаю, мне это уже ничем не грозит. Долгов нет. Осталась последняя сессия, а потом – практика, диплом и экзамены выпускные. Всё это мне по силам. Если на работе всё сложится, то попрошу себе академический отпуск на пару недель. Диплом напишу за это время и к экзаменам подготовлюсь. А потом – свобода! Оставлю, наконец, и эти стены и эту жизнь – непутёвую и беспечную. Ничего хорошего она мне не сулит. Милада – вот цель, к которой нужно стремиться. Она успешная и успех к себе притягивает. Поэтому мне с ней по пути. Я верю, что если мы будем вместе, у меня всё получится. Тогда, может, домой, вообще, не вернусь. Матери одной, конечно, скучно, но мне с ней рядом невыносимо. Я для неё тяжёлое напоминание. Она для меня – непроходящая боль…

* * *

Тоска… Тоска внутри такая огромная, что кажется, нечем её утолить. Не водкой же заливать, в самом деле! И откуда она только взялась? Всё было так хорошо. Надо было мне уехать вместе с Миладой. Теперь, когда её родителям известно о моих серьёзных намерениях, они проще стали относиться к тому, что я ночую у неё в комнате. Будущий зять… Мне самому не верится. Последнего слова ещё не сказано, но именно завтра оно будет произнесено. Да, завтра я буду просить её руки. Кольцо уже приготовлено. Оно – в кармане моего пальто. Цветы будут завтра. Всё, как положено.

Хочется ещё немного постоять на улице, подышать этим сквозным воздухом. Ноябрь – время моих свершений. Я хочу ощутить его сполна.

Спустя время возвращаюсь в свою комнату. Конечно, никто не собирается расходиться. Друзья, ещё более весёлые, чем, когда я уходил, встретили меня шумно и радостно: «Давай, Пахан, присоединяйся! Все уже заждались».

– Да, я смотрю, вам и без меня неплохо.

И, тем не менее, сажусь к столу.

Буквально пару стаканов – и народ начинает расползаться. Яночка (вездесущая стерва) заботливо интересуется, где я сегодня собираюсь спать.

– У себя в комнате, разумеется, – резко отвечаю я, чем явно её огорчаю.

Я обещал Миладе. Завтра у нас важный день.

Юрец подходит ко мне и шепчет на ухо:

– Понимаешь, Пахан, я девушке обещал. В общем, нам больше негде.

– А в её комнате что?

– Там соседка.

– Когда тебе это мешало?

Юрец выпрямляется и смотрит на меня едва ли не с возмущением.

– Как можно, Паша? Приличная девушка и я вполне приличный мужчина!

– Знаю я тебя, приличный мужчина, – невольно улыбка скользит по губам. – Хорошо, оставлю вас вдвоём. Наслаждайся!

– Павел, ты сегодня на удивление сговорчивый! – похвалил Юрец.

– Родился заново. Двадцать второй раз, – пояснил я.

И первым выхожу в коридор. Меня окликает Яночка, но я делаю вид, что не слышу. Не хочу сегодня ничего и никого. Просто лечь и уснуть. Вопрос: где?

Ксения

Мне было непросто выдержать этот вечер. И