Академия «505». Циклы Ремали. Часть 1 - Дария Эссес

Я не могла думать. Не могла успокоиться и не могла перестать дрожать. Я бежала, бежала, бежала, будто пытаясь обогнать саму смерть. Ноги проваливались в сугробы, в глазах стояли непролитые слезы, а мне хотелось кричать от того, настолько я была бессильной.

Беспомощной.

Слабой.

Если бы не Кай, мое тело давно разорвали бы триады.

Сделав успокаивающий вдох, я прошептала:

– Мы вернем его.

Когда вдали показалось плато, земля ушла из-под ног. Я остановилась и зажала рот ладонью, чтобы не закричать.

Триады заволокли собой всё плоскогорье. Их были десятки. Нет – сотни. Последний раз я видела этих существ во время Падения. Сотканные из самой темной ночи, с шестью руками и ртом, что вытягивал из тебя душу. Они казались посланниками самого Дьявола, если когда-либо он существовал.

Меня трясло, как под электрическими разрядами, но я бросилась вперед – прямо к ним, в гущу мрака и смерти. Страх распахнул свои губительные объятия, и только мысль о Крэйтоне не давала мне упасть в них.

– Черт!

В рое существ мелькнула яростная вспышка.

Луч света ударил в самое небо, заставив триад отступить. Пришлось резко остановиться и зажмуриться, чтобы не ослепнуть.

Это он? Это должен быть он!

Открыв глаза, я задохнулась от ужаса.

– Крэйтон!

Роксания стояла у раненого, сжавшегося тела, вскинув ладони, между которыми вспыхивали вихри света. А снег… Я подавила безмолвный крик. Снег заливала густая кровь, дорожками вытекающая из истерзанного тела Крэя.

Как в моем сне. Как в моем сне, который мог спасти его.

Издавая истошные вопли, от которых хотелось зажать уши, триады метались по плато, но продолжали двигаться к одной-единственной цели. К Крэйтону. Они рвались к нему, словно притянутые невидимыми веревками, но Роксания атаковала тени силой созидания, подчерпнутой от…

Крэйтона?

Жив. Выходит, он жив!

Я сорвалась с места.

– Остановись!

Кай вынырнул из-за моей спины и атаковал двух взявшихся из ниоткуда триад. В эту кратчайшую секунду я поняла, почему он считался одним из лучших ремалийцев. Разрушительная электромагнитная волна прокатилась по плато, разорвав десяток тварей. Бесследно. Не осталось ни единой ленты тьмы.

Секунда – и все они исчезли.

– Уводите его, – прохрипел Кай. – Сейчас же!

Мне потребовались считанные секунды, чтобы добежать до Крэйтона и упасть перед ним на колени. Я не заметила, как по моему лицу потекли горячие слезы, которые пронзительный ветер тут же превратил в осколки льда.

– Братик, ты здесь?

Я снова стала шестнадцатилетней девочкой. Одинокой и никому не нужной.

Девочкой, брат которой стал для нее отцом.

Его грудь была располосована когтями триад, рубашка клочьями свисала с тела, пропитанная кровью. Он едва заметно поднимал грудь. Дышал. Ресницы слегка трепетали, будто Крэйтон из последних сил боролся за свою жизнь. За возможность увидеть мир.

Он любил жизнь. Любил ее, несмотря на то, как много боли она ему причинила.

Я знала. Знала, что это произойдет, и ничего не сделала. Могла лишь открывать и закрывать рот, будто выброшенная на берег Единого океана рыба.

– Роксания! Возьми тех, что справа! – проник сквозь шум голос Кая.

Я никогда не видела Нуар настолько разъяренной. Ее лицо стало маской беспощадности. Полы вечернего платья взвились от ветра, с ладоней срывались световые сферы, каждая из которых растворяла триад на частицы.

Она боролась за Крэйтона.

И Кай тоже боролся. А я… А я – нет.

Я не могла помочь им. Если бы старалась сильнее, если бы не была так беспечна, всё было бы иначе. Я бы не сидела сейчас перед Крэйтоном, чувствуя свою беспомощность и не понимая, что делать. Я бы отбивала нападение триад, а не плакала, щупая его руки, ноги, туловище. Я бы не дрожала, как ребенок, мечтая позвать маму, чтобы она помогла нам.

Голова снова взорвалась воспоминаниями. Всхлип превратился в яростный крик, когда голоса… голоса запели на задворках разума… а я поддалась им… и упала в темноту…

– При редактировании ее генома мы затронули неправильный участок и критически важный регулятор ДНК. Я не знаю, как это отразится на ней. Вероятнее всего, она не выживет. Слишком слабая.

Слабая. Слабая. Слабая.

Я закрыла уши, чтобы не слышать их.

– Она сходит с ума.

Сумасшедшая.

Сумасшедшая.

Сумасшедшая.

Сумасшедшая.

Сумасшедшая.

Я прошептала:

– Хватит.

Перед внутренним взором всплыли лица умерших родителей. Они с любовью улыбались нам, прежде чем уйти, оставив после себя опустошающую пропасть.

Сжав кулаки, я сказала чуть громче:

– Хватит.

Ладонь нашла холодную ладонь брата, жизнь которого утекала сквозь мои пальцы. Он умирал. Он умирал, а я ничего не сделала.

Лишь зажмурилась и твердо произнесла:

– Хватит!

Боль достигла самого сердца, над которым издевались не год, а намного-намного дольше.

Я воскликнула:

– Хватит!

В груди разгорался пожар. Откинув голову, я закричала во всё горло, потому что больше не могла сделать ни-че-го.

– ХВАТИТ!

И на плато прогремел

оглушительный

взрыв!

Мощная, сбивающая с ног волна прокатилась по заснеженному плоскогорью, разорвав его слепящим светом. Величественные скалы Исландии заскрипели под натиском силы, будто небо опустилось и погребло их под своей тяжестью.

Прерывисто дыша, я вертела головой, задыхалась, пыталась унять дрожь. До меня донеслись отдаленные крики. Кай и Роксания припали к земле, зажав голову руками. Триады начали растворяться во мгле, распахнув рты в предсмертном крике.

И я знала… знала…

что эта волна

исходила

из меня.

Щелчок.

Мир остановился.

Вот так просто: одна секунда – и я застыла во времени. Наверное, во всем мире двигалась только кровь по моим венам, а остальное стало проекцией моего сознания. Впервые в жизни я поверила в теорию солипсизма. Я на самом деле могла являться единственным существующим человеком, который сам спроецировал окружающий его мир.

И сейчас этот мир остановился.

Я медленно огляделась и моргнула. Вспышка силы осветила пространство. Не осталось ни одной триады. Роксания и Кай лежали на земле, прикрыв голову руками. Крэйтон замер рядом, но теперь его грудь не сотрясалась от вдохов. Даже хлопья снега застыли во времени, так и не долетев до земли.

Что за чертовщина?

Вдруг я затылком почувствовала чей-то взгляд.

Прикрыв глаза, втянула в легкие морозный воздух…

…и обернулась.

Человек в черном одеянии замер вдалеке, надвинув на лицо глубокий капюшон. Из-за вспышки и белоснежного полотна под ногами он выделялся, как кусочек луны во время затмения.

Я бы могла подумать, что он так же, как и весь мир, лишился возможности управлять своим телом, однако это было не так. Он медленно наклонил