Равен - Лиа Фэ

Она старалась делать это осторожно, чтобы я не чувствовала себя опекаемой, но я всё равно замечала. Замечала то, как Мила лишний раз обнимает меня, как внимательно следит за моим настроением, словно готова в любой момент встать и сражаться за мои чувства. И я была благодарна ей за это.

Кажется, Милу по-прежнему беспокоил тот факт, что я утаила поцелуй Никиты с другой девушкой, подруга явно боялась, что я скрываю что-то еще. Что-то, что может отравлять меня изнутри. Но, к счастью, меня переполняли совсем иные чувства, такие, которыми мне хотелось делиться.

Делиться. Именно благодаря Миле я поняла, что рядом всегда должен быть кто-то, с кем ты можешь поговорить обо всём на свете. Мне повезло, что у меня есть такой человек. Поэтому, когда Кира и Соня уснули, я начала свой рассказ.

— А потом, когда все ушли, он поймал меня за руку и почти прижал к стене, — закусив губу, прошептала я.

Голубые глаза подруги загорелись еще большим интересом.

— Да ну? Прямо прижал?

— Ну не совсем, он поставил руки вот так, — я показала ладонями по обе стороны от себя — но это всё равно было очень близко.

— И что он сказал? Что-нибудь сексуальное? — она игриво вскинула брови.

Почему-то от этого мне стало смешно, и я расхохоталась, прикрывая рот ладонью, чтобы не разбудить девчонок, а затем легонько толкнула подругу в плечо.

— Да нет же, он наоборот был злым, напугал меня до мурашек.

— Лина, Лина, — её голова покачивалась из стороны в сторону — ты точно уверена, что мурашки были из-за страха? Он ведь такой красавчик.

— Точно! — выпалила я, игнорируя её последние слова и собственные сомнения.

Мила задумчиво ухмыльнулась, какая-то безумная мысль пришла в её хорошенькую головку.

— Что? — улыбнувшись, спросила я, мысленно готовясь к худшему.

— Да ничего, просто злость — очень сильное чувство, оно имеет талант быстро перерастать в кое-что более приятное… — не успела она договорить, как я запульнула в неё подушкой. — Эй! Поверь, я знаю, о чём говорю! У нас с Алеком было также!

Я усмехнулась. Это правда, знакомство Алека и Милы нельзя назвать приятным, кажется, она тогда назвала его придурком. И, тем не менее, я никогда не видела более сильной любви, чем между этими двумя.

— И я рада, что, наконец, появился кто-то, кто поможет тебе забыть Никиту, — вновь зазвучавший голос подруги выдернул меня из задумчивости.

Никита… Это имя заставило меня слегка содрогнуться. Мне до сих пор не верилось, что он всё это время обманывал меня. Момент, когда я еще не подозревала об этом… он словно, был в другой жизни. С кем-то счастливым и беспечным.

— Кстати насчёт Никиты, — тихо начала я, вспомнив, что совсем забыла рассказать Миле о нашей с ним последней встрече — мы после говорили.

Веселье покинуло подругу в считанные мгновения.

— Что? Когда?

— Почти сразу, после того, как я узнала. Он ждал меня после занятий, это было еще до поездки в «Фокстрот».

— Великие силы, — воскликнула Мила, но быстро взглянув на Киру и Соню, притихла и зашептала — почему ты мне не рассказала?

Я боялась, что она разозлится, ведь я опять утаила секрет, но вместо этого на лице девушки отражалось беспокойство.

— Это просто вылетело из головы, правда, — попыталась объяснить я. — После того, что случилось с Кристофером, я могла думать лишь о танцах. Но сейчас ты сказала про него и я…

Договаривать не было смысла, всё и так было ясно без слов. Мила потянулась ближе, крепко обняла меня и промямлила мне в плечо.

— И фто он фказал?

Я улыбнулась тому, как забавно звучал её голос.

— Только пообещай не убивать его, — фыркнула я.

Великие силы, конечно, слова Никиты по-прежнему приносили боль, но теперь, спустя столько дней и событий, эта боль была скорее ноющей, чем режущей. Однако Милу мои слова лишь больше насторожили, она резко отпустила меня и выпрямилась. В глазах заплясали угрожающие всполохи, вот она: хищница, готовая к бою.

— Он сказал, что всё это время у нас были свободные отношения, — на одном дыхании выпалила я.

Секунду Мила мешкала, но затем в долю секунды вскочила с кровати и прямо в пижаме направилась к выходу из комнаты.

— Ты куда? — ошарашено выпалила я, подскакивая следом.

— Я не обещала, что не буду убивать его. Уверена, сломанный нос ему пойдёт!

Я знала — она не шутит. С тех пор, как Мила освоила дзюдо, ей не терпелось применить эти навыки на ком-то в реальной жизни.

— Погоди, — запротестовала я шепотом, перегораживая путь — Он не стоит того.

— А ну пусти! — также шепотом ответила Мила и попыталась сделать шаг, но я раскинула руки в сторону.

— Мила, не надо!

В это самое мгновение Соня начала ворочаться. Переглянувшись, мы, как две преступницы, со всех ног ломанулись на вторую кровать и спрятались под одеялом. Хотя на самом деле единственной преступницей в этой комнате была Кира, укрывающая у себя двух студенток РАИ и одного чужака. Да, именно так нам виделся невинный девичник — преступление тайного клуба.

Я перевернулась на другой бок, чтобы видеть лицо Милы, и прошептала:

— Пусть делает, что хочет и с кем хочет, меня это больше не касается.

Она слегка нахмурила брови.

— Ты так просто его простила?

— На самом деле, я не уверена, что простила его или когда-нибудь прощу. Но у меня сейчас слишком много забот, чтобы волноваться о Никите.

Перед глазами всплыло лицо миссис Дамрош, её взгляд, полный презрения и разочарования.

Больше мы не произнесли ни слова, я уже начала медленно уплывать в глубокий сон, когда Мила прошептала, совсем тихо:

— Просто помни, что даже у роз есть шипы.

А может, мне всё это приснилось.

* * *

Наивно было полагать, что кошмары обойдут меня стороной. Крепкая дружба могла оберегать мой разум в период бодрствования, однако в мире грёз я оставалась беззащитной.

Поначалу всё было мирно, мне снился урок классики, а миссис Дамрош была в приподнятом настроении. Настолько приподнятом, что почти не кричала на нас. В какой-то момент мы начали делать вращения по очереди, со стороны это было не трудно, но когда очередь дошла до меня — я мгновенно упала. Ребята начали смеяться.

Они смеялись и смеялись, так громко, что я закрыла глаза и уши, а затем закричала, чтобы заглушить шум. А когда мой голос надломился, а различила рычание. Открыв глаза, я поняла, что танцевальный зал и ребята исчезли, вместо этого я очутилась в папином ресторане.