В поисках тигра - Коллин Хоук

Я вспыхнула от его комплимента, но мною вновь овладела печаль. Я думала о Рене. Ему бы здесь понравилось. Это место было похоже на ожившую сцену из «Сна в летнюю ночь». Рен был бы прекрасным Обероном для меня – Титании.

Кишан дотронулся до моего лица.

– Грусть вернулась. Это разбивает мне сердце, Келс. – Он наклонился и нежно поцеловал меня в щеку. – Надеюсь, вы окажете мне честь быть моей спутницей за ужином, апсарас раджкумари?

Я решила прогнать грусть и улыбнулась ему.

– Да. С условием, что ты переведешь, как ты меня назвал.

В его золотистых глазах заплясали искорки.

– Я назвал тебя принцессой, точнее – прекрасной принцессой.

Я рассмеялась.

– Как же тогда назвать тебя?

– Прекрасным принцем, разумеется! – Он подхватил меня под руку и повел к столу. Фавн сел напротив нас, рядом с очаровательной сильваной.

– Могу я представить вас нашей правительнице?

– Конечно! – ответила я.

– Келси и Кишан, познакомьтесь с Дриопой, королевой сильван.

Королева грациозно склонила головку, улыбнулась и воскликнула:

– Пришло время пиршества! Приятного аппетита, друзья мои.

У меня даже глаза разбежались. Блюда с рассыпчатым печеньем и медовыми кексами соседствовали с кружевными пирожными, увенчанными пышными шапками белых меренг, а также розетками со всевозможным ягодным вареньем, миниатюрными пирожками на один укус и коричными блинчиками. В конце концов я остановила свой выбор на щедрой порции салата из одуванчиков с сухофруктами и лаймовой заправкой, а к нему набрала целую гору аппетитных крекеров с яблоками, луком и грибами под корочкой из запеченного стилтонского сыра. Еще нас потчевали чем-то очень похожим на рождественский пудинг, тыквенными кексами с начинкой из сливочного сыра, нежными булочками с маслом и разнообразными фруктово-ягодными желе и джемами.

Все это запивалось медвяным цветочным нектаром и арбузной газировкой. Кишан предложил мне фруктовую закуску. Это была крошечная марципановая корзиночка со свежей малиной, украшенная взбитыми сливками. Вообще, вся еда на столе была миниатюрной, за исключением последнего блюда – гигантского слоеного клубничного торта. Алая глазурь стекала по краям белого многоэтажного шедевра, проложенного слоями сладких красных ягод и пышного заварного крема. Вершину торта украшали пики взбитых сливок, посыпанных сахарной пудрой, а запивать его предлагалось молоком.

Когда мы наелись до отвала, я наклонилась к Кишану и прошептала:

– Никогда не думала, что вегетарианская еда может быть такой вкусной!

Он со смехом положил себе еще один кусок торта.

Я промокнула губы салфеткой.

– Послушайте, Фавн. Можно я задам вам один вопрос?

Он кивнул.

– Мы нашли руины ковчега. Вам что-то известно о Ное и животных, которые живут здесь?

– О да! Вы говорите о корабле? Да, мы видели, как большой корабль пристал к нашим горам и из него вышли животные всех видов. Многие из них сразу же покинули наше царство и ушли в ваш мир, включая людей, бывших на корабле. Некоторые животные решили остаться. Были и те, кто оставил поколения потомков в вашем мире, а затем вернулся сюда. Мы позволили им всем жить здесь при условии, что они будут соблюдать закон нашей страны – здесь никто не причиняет зла друг другу.

– Это… поразительно.

– Да, удивительно, что столько животных решили вернуться к нам. Обрести здесь мир и счастье.

– Как и мы. Фавн… мы ищем предмет, который называется омфалом, или краеугольным камнем. Пупом земли. Вы что-нибудь знаете о нем?

Все сильваны отрицательно покачали головами, а Фавн ответил:

– Нет. Боюсь, мы никогда не слышали о таком камне.

– А об исполинском дереве высотой в тысячу футов?

Он задумался ненадолго, потом покачал головой.

– О, нет. Если на свете и существуют такое дерево и такой камень, то они находятся за пределами нашего царства.

– То есть в том мире, откуда мы пришли?

– Не обязательно. В этом мире есть территории, на которые не распространяется наша власть. До тех пор пока вы находитесь под защитой наших деревьев, вам ничто не угрожает, но за их пределами мы уже не сможем вас защитить.

– Понятно, – пробормотала я, огорченно откидываясь на спинку своего стула.

Но лицо Фавна вдруг просветлело.

– Возможно, вы получите ответы на свои вопросы, если проведете ночь в Роще сновидений. Это особое место для всех сильван. Если нас тревожит трудный вопрос, который требует немедленного разрешения, или же нам нужен совет, мы ложимся спать в этой роще и либо находим ответ на утро, либо во сне прозреваем будущее и понимаем, что тревоживший нас вопрос отнюдь не был столь важен, как нам казалось.

– Пожалуйста, можно мы тоже попробуем?

– Конечно! Мы вас проводим.

Группка сильван оживленно защебетала на другом конце стола.

– Сколь знаменательно, что вы пришли к нам именно сейчас! – воскликнул Фавн, прислушавшись к их разговору. – Одно из наших деревьев расщепилось! Идите за нами, Келси и Кишан! Идите и своими глазами увидьте рождение дриады!

Кишан взял меня под руку, и Фавн повел нас к одному из домиков, за которым росло дерево. Все жители поселка уже ждали нас там, негромко выводя какую-то монотонную мелодию без слов.

Фавн шепотом пояснил нам:

– Эти деревья много старше вашего Ноя и его ковчега с животными. Они дали жизнь бесчисленным поколениям сильван. Каждый дом, который вы видите здесь, построен возле семейного дерева. Это означает, что все живущие в таком доме приходятся прямыми потомками материнского древа, растущего позади него. Кажется, уже скоро. Посмотрите вверх. Видите, как другие деревья помогают своей сестре?

Запрокинув голову, я уставилась в густую крону, и мне в самом деле показалось, будто ветви соседних деревьев крепко сжимают лиственные пальцы своей соседки, напружившейся рядом. Дерево поскрипывало и постанывало, листья мелко трепетали над нашими головами.

Древесные нимфы не сводили глаз с большого, бугристого узла, набухшего под одной из нижних веток дерева. Вот ветка задрожала, и все дерево всколыхнулось. Еще несколько напряженных секунд мы все, затаив дыхание, прислушивались к утробному рокоту внутри ствола и следили за его сокращением и растяжением, столь медленным, что я бы никогда его не заметила, если бы не смотрела специально, и вот наконец нижняя ветка с оглушительным треском отломилась!

Нимфы перестали петь, тишина воцарилась на поляне. Сломанная ветка висела на лоскуте коры, касаясь земли возле наших ног. В том месте, где ветка только что соприкасалась со стволом, теперь торчала маленькая серебристая макушка.

Группка сильван приблизилась к дереву и ласково заворковала над младенцем, покоившимся в дереве. Они вытащили его, завернули в одеяльце. Затем одна из сильван высоко подняла сверток над головой и объявила:

– Мальчик!

Толпа разразилась радостными возгласами, а счастливая семья скрылась в доме вместе с новорожденным. Другая группка сильван бережно отделила все еще содрогавшуюся ветвь от дерева и смазала густым бальзамом овальную рану, оставшуюся на ее месте.

Сильваны принялись кружить вокруг дерева, а крохотные феи, взлетев над кроной, озарили ветви огоньками своих трепещущих крылышек. Когда праздник закончился, было уже очень поздно.

Фавн повел нас в Рощу сновидений, и по дороге я спросила его:

– Теперь мы знаем, откуда произошли сильваны, а как же феи? Они тоже рождаются из деревьев?

Фавн рассмеялся.

– О, нет! Феи появляются на свет из роз! Когда цветы отцветают, мы ожидаем плодов. Появляется бутон, растет, набухает, а в урочный час из него на свет выпархивает фея с крылышками того же цвета, что ее цветок.

– А вы бессмертные? Вы живете вечно?

– Нет. Мы не бессмертны, хотя живем очень долго. Когда сильван умирает, его тело хоронят под корнями материнского дерева, чтобы его воспоминания стали достоянием следующих поколений. Феи же умирают, только если погибает их розовый куст, так что они живут очень долго, хотя пробуждаются к жизни только по вечерам. Днем они спят в цветах, превращаясь в утреннюю росу. Но вечером наши маленькие спутницы вновь превращаются в фей. Ну, вот мы и пришли в Рощу сновидений.

Он привел нас в поистине укромный уголок. Больше всего это место было похоже на сказочный гостиничный номер для новобрачных. Между стволов высоких деревьев на крепких виноградных лозах висело устланное листьями ложе. С каждого угла его свисали плетеные корзинки с душистыми цветами. Тончайшее постельное белье было покрыто вышивкой в виде вьющихся лоз и листьев, а стайка маленьких фей, сопровождавших нас, тут же заняла свое место в светильниках.

– Четыре дерева, образующих эту беседку, растут строго по сторонам света – север, юг, запад и восток. Лучшие сны приходят, если спать головой на запад, чтобы проснуться вместе с солнцем, встающим на востоке. Удачи и хороших сновидений! – Он улыбнулся и оставил нас, прихватив с собой двух фей, чтобы освещать дорогу.