Маг для Шута. Расклады на удачу - Кира Стрельникова

Неудержимо потянуло запустить пальцы в его шевелюру и совсем по-хулигански растрепать, но я неимоверным усилием воли сдержалась. Нечего авансы давать, и напрасные надежды рождать. Никто ничего мне не предлагал, а если и предложил бы… Ну, не согласилась. Наверное. Так, стоп, подумаю об этом потом, когда вернусь.

— Гораздо, — невозмутимо кивнула и отвернулась, созерцая спокойную гладь озера.

Всё-таки лицо Рена так близко волновало и рождало ненужные сейчас эмоции и желания. Хорошо же сидим, зачем портить момент.

— Я вот не пойму, всё было настолько неприлично, что ты стесняешься говорить, или на самом деле ничего не было и просто дразнишься? — задумчиво изрёк слуга, и его подбородок опустился на моё плечо.

Тёплое дыхание Рена защекотало щёку, а ещё подумалось, что его губы слишком близко от моего лица. Слишком. И подайся он чуть вперёд, получится поцелуй. Пусть и такой целомудренный.

— А тебе на самом деле интересно узнать? — удержаться от улыбки я не смогла. — Или тоже дразнишься?

До меня донёсся тихий смех.

— Неа, неинтересно, — легко признался Шут. — Просто нравится дразнить тебя, моя госпожа.

Мы затихли, на юбку спланировал листок с дерева, принесённый порывом ветерка. Я наслаждалась звуками леса и тишиной между нами, которую не хотелось нарушать. Молчать вдвоём, оказывается, тоже здорово, уютно и приятно. Через какое-то время Рен вдруг отстранился и развернул меня спиной к себе.

— Что ты… — я встрепенулась, но договорить мне не дали.

— Ш-ш-ш, — перебил он, и я почувствовала, как его пальцы коснулись головы. — Позволишь просьбу, Рами? — в его голосе не слышалось привычных уже ироничных или ехидных ноток.

— Мм? — отозвалась я, чуть откинув голову — Шут начал неторопливо расплетать собственное творение, а я не возражала.

Голова от шпилек уже чесалась, всё-таки, длинные волосы не всегда удобно.

— Не стригись, когда вернёмся. Пожалуйста.

Он действительно просил. Не требовал, не провоцировал, а просто просил. Совершенно нормальным, обычным глубоким голосом. Я растерянно замерла, сердце забилось чаще, а пальцы бессознательно затеребили оборку на юбке. Вот что ответить?

— По крайней мере, пока в силу обстоятельств мы будем проводить время вместе, — добавил Рен, и в его словах проскользнули весёлые нотки.

— А-а-а… Л-ладно, — не скажу, какие мысли тут же полезли в голову от его последних слов.

Хорошо, что Печать передаёт только сильные эмоции, и мои мысли остаются при мне. Слова Шута тут же повернули раздумья в сторону возвращения и вопроса моего проживания. Как Радимир отнесётся к тому, что мне придётся жить в одном доме с Реаном? Учёл ли он этот момент, когда придумал финт с Печатью? Или на что-то рассчитывал, в процессе этого задания? Я нахмурилась, углубившись в размышления. На что, спрашивается? Что по возвращении откажусь от Мага и вернусь к нему? Или случится что-то, что изменит моё отношение к Раду? Кто бы подсказал, кто бы помог разобраться в мотивах шефа… А скоро с ним лицом к лицу разговаривать, ведь наверняка поднимет тему Селивера и того, где я была тем вечером. Ничего не могла поделать, по телу пробежала прохладная дрожь, и я обхватила себя руками, постаравшись справиться с нахлынувшим беспокойством. Радимир будет точно в ярости, и мне очень не хотелось узнавать, на что способен злой Император. Вот почему все отдыхать пойдут, а я разбирайся с приревновавшим шефом, официально не имеющим никакого права отчитывать меня за то, что провела ночь с другим мужчиной?!

— Ты чего так грозно сопишь? — от голоса Рена я вздрогнула, слишком глубоко уйдя в собственные мысли.

— Не, ничего, — преувеличенно бодро ответила и отмахнулась. — Домой поедем?

— А там скучно, — огорошил вдруг Рен, одновременно осторожно зарывшись пальцами в уже расплетённые волосы. — Может, по городу погуляем? Ты же вроде путешествовать любишь?

Лёгкий приятный массаж головы унял тревогу и мрачные мысли о Радимире, я прикрыла глаза, блаженствуя от действий Шута.

— Можно и по городу, — мурлыкнула я, испытывая нездоровое желание потереться затылком об его ладонь.

И куда только подевалось раздражение на слишком наглого слугу! Я даже не предложила сначала заехать домой и взять экипаж, мы так и поехали, вдвоём на одной лошади. Снова в молчании, каждый на своей волне, но при этом удивительным образом вместе. Когда копыта звонко зацокали по булыжникам Нарбетты, Рен начал рассказывать, в какие миры его заносило, и порой они оказывались настолько странными, что с трудом верилось в их существование. Я-то пока начинающая путешественница, и Рад посылал в более-менее похожие на мой родной мир. Сама Нарбетта при ближайшем рассмотрении оказалась весьма разнообразной архитектуры. В ней причудливым образом сочетались элементы строгой готики, от которой я в своё время просто фанатела, и в то же время довольно часто попадались легкомысленные фонтанчики прямо между домами, замысловатая лепнина на фасадах, и даже мозаика — жители явно любили украшать свои дома в меру собственной фантазии.

Порой улочки оказывались настолько узкими, что я, расставив руки, легко доставала стен домов, и иногда на верхних этажах даже лежали доски между окнами, чтобы не бегать туда-сюда по лестнице, если к соседям нужно. Там попадались интересные лавки со всякой всячиной и мелкими безделушками, и я радовалась, что всё-таки взяла с собой деньги, пусть и на охоту собиралась. С самого первого посещения другого мира завелась у меня привычка найти какую-нибудь причудливую, нелепую и совершенно бесполезную штуку и привезти в качестве сувенира. В Межмирье две полки уже заставлены всякой всячиной — этакий аналог магнитов из моего мира, которыми радостные туристы обклеивают холодильники. А когда мы с Реном совершенно случайно наткнулись на некое подобие блошиного рынка, очередную узкую улочку с маленькими открытыми лавками с обеих сторон… Я была потеряна для общества, бродя от прилавка к прилавку с отсутствующим взглядом и зачарованно рассматривая бронзовые подсвечники, похожие на причудливые цветы, масляные лампы с разноцветными стёклами, ювелирные украшения из серебра, с вставками из полудрагоценных камней. Ароматные масла в изящных флакончиках, маникюрные наборы с замысловатой гравировкой, шкатулки, коробочки, статуэтки, сумочки, веера, безделушки непонятного назначения — всего не перечислить, глаза разбегались. Шут никак не комментировал моё состояние, просто молча шёл позади, и время от времени, оборачиваясь, я ловила его странный мерцающий взгляд, в котором переплелись так смущавшая меня нежность и мягкая насмешка. Притаившаяся в уголках губ улыбка вызывала прилив крови к щекам, и приходилось срочно отворачиваться, дабы не светить предательским румянцем. Помнится, Рада раздражали мои походы по подобным местам в поисках ненужной безделушки…