Событие 2024 - Эдгар Грант

class="p1">– Поверьте. Все гораздо серьезнее, чем вы можете себе представить. За каждой моей фразой, за каждым утверждением – горы фактов и аналитики, причем не только нашей. Известные интеллектуалы во многих странах уже осознали надвигающуюся катастрофу и бьют тревогу. Надвигается буря, какую мир не видел со времен Второй мировой. Мне очень не хочется, чтобы вы стали жертвой событий, масштаб которых вы не можете себе даже вообразить. Я прошу вас, не слушайте советчиков, работающих на ЦРУ. Не идите на конфронтацию. Не поощряйте насилие толпы. Не отдавайте приказов, которые заведомо не будут исполнены.

– Наш разговор не имеет смысла, – и. о. президента старался звучать решительно. – Я не стану отзывать свой приказ о неприменении силы. Если вы его не выполните, то нарушите Конституцию и окажетесь вне закона.

– И тогда что? – скептически хмыкнул директор.

– Тогда свершится воля народа, который хочет перемен.

– Удивляюсь вашей наивности. Хотите последний совет? Пока есть возможность, бросайте все и бегите. Мы попытаемся вас эвакуировать. Если вы этого не сделаете сейчас, то станете жертвой, которую Вашингтон с готовностью положит на алтарь своей звериной ненависти к России. Я не знаю, что это будет, пуля снайпера, или очередной «новичок», или автокатастрофа. Чем дольше вы вовлечены в эту игру, тем больше шанс, что вы не выйдете из нее живым.

– Не надо меня запугивать, – дрогнувшим голосом ответил премьер. – Права на президентское кресло принадлежат мне. Я буду вместе с народом до конца. До победного конца.

– Причем здесь кресло. Речь идет о спасении или гибели страны.

– Вам не кажется, что мы очень по-разному понимаем спасение страны. Настолько по-разному, что наши позиции непримиримы.

– Да… Вижу, наш разговор действительно не имеет смысла, – с сожалением сказал директор. – Но, когда вы все поймете и, если у вас будет возможность, свяжитесь с нами. Мы все же постараемся вас спасти.

После разговора глава ФСБ некоторое время сидел молча, глядя на телефон с российским гербом вместо диска. Потом тяжело вздохнул и посмотрел на генерала грустными глазами.

– Ну что ж. Я сделал все, что мог. Основная проблема страны – это слюнявая интеллигенция, готовая лизать Западу зад за то, чтобы он одобрительно потрепал ее за ушком. Так было и двести, и сто, и пятьдесят лет назад, и сейчас. Мы слишком к ним толерантно относимся. Оберегаем, лелеем, предоставляем возможность не только высказаться, но и стать частью политического класса, называть себя интеллектуальной элитой. И это тем людям, которые открыто работают на врага, на уничтожение страны. Разве мы не идиоты после этого.

– Ну… Коммунисты диссидентам все-таки головы поднять не давали.

– Это точно. А вот мы в последние двадцать лет позволили разрастись этой плесени до такой степени, что она стала воспринимать себя как лидирующую силу в обществе. А сейчас эти уроды поставили страну на грань гибели.

– Выдержим, – уверенно сказал генерал.

– Выдержим. Но какой ценой. А самое главное – ведь всего этого можно было не допустить. Ну да ладно. Уже девять. До официального начала манифестации еще час. Пойдем посмотрим, как там наши революционеры.

Они вышли в оперативный зал. На один из сегментов экрана с беспилотника, нарезающего круги над Васильевским Спуском, транслировались кадры быстро растущей толпы. Было видно, что, то ли от скуки, то ли от избытка эмоций или перебора с алкоголем, некоторые особо резвые протестующие уже начали бросаться на щиты спокойно наблюдающего за всем ОМОНа. Если так дело пойдет и дальше, придется применить силу, не дожидаясь, пока все соберутся. Директор достал сатфон спецсвязи и набрал командующего Росгвардией. Надо было еще раз предупредить, чтобы его бойцы сдерживали себя, пока на площадь не войдут последние колонны, среди которых и был почти весь протестный актив и координаторы. В этом и была основная задумка. Собрать весь оппозиционный актив в одном месте и раз и навсегда отбить у них охоту к протестам.

* * *

НОВОСТНАЯ ЛЕНТА. ИНОСМИ: «В центр Москвы стянуты подразделения специальной полиции. Несмотря на предупреждения и угрозы властей, у Кремля собирается массовая акция в поддержку демократических реформ, против насилия силовиков и войны на Ближнем Востоке». «Задержаны несколько иностранных журналистов, освещающих эти драматические события, и сотрудников посольств западных государств, находившихся среди протестующих. Их судьба выясняется по дипломатическим каналам».

* * *

Подтверждение от СВР пришло через ГУГШ103 за час до официального начала манифестации на Васильевском Спуске. Министр обороны несколько раз внимательно прочитал дополненную последними данными разведки исходную информацию и короткое заключение аналитиков. Хотя полной уверенности в том, что выводы разведчиков были верны на сто процентов, не было, изложенные в депеше факты не вызывали сомнения в достоверности и требовали к себе самого серьезного отношения.

В последние несколько лет ситуация с агентурой внутри США заметно улучшилась, причем на всех уровнях, вплоть до Пентагона и Комитета начальников штабов. Если раньше мотивацией для вербовки были деньги, медовые ловушки104 или шантаж, то сейчас многие шли на сотрудничество с российской разведкой сознательно, так сказать, по идеологическим соображениям. Такая готовность была вызвана наступившим после самых грязных в истории западных демократий президентских выборов 2020 года разочарованием большого количества консервативных американцев в политической системе страны и навязываемых им из Вашингтона ультралиберальных «ценностях».

Пожалуй, впервые со времен распада Союза идеологический фактор стал одним из ведущих в работе американской резидентуры, и она стремилась использовать его по максимуму. Конечно, речь не шла о вербовке высшего командного состава или генералитета. К офицерам вообще очень сложно было подступиться. Сказывалась интенсивная промывка мозгов на уровне училищ и академий, полностью забивавшая их головы примитивными, похожими на картинки из дешевых комиксов, но очень эффективными шаблонами, полностью исключавшими самостоятельность суждений и критическое мышление. А вот молодые рекруты из солдат и сержантов, особенно выходцы из глубинки, обиженные на то, что их открыто и бессовестно обманули на прошлых выборах, и поэтому разочарованные в американской демократии и ненавидящие Вашингтонскую элиту, были вполне готовы идти на контакт.

Похожая ситуация наблюдалась не только в армии, но и в нижнем звене системы гражданского управления, FEMA105, МВБ106, Национальной гвардии, полиции и еще десятке очень важных для обеспечения безопасности и нормальной деятельности Америки структур. За четыре года, прошедшие с момента выборов, сеть информаторов разрослась настолько, что СВР пришлось расширять штат кураторов и аналитиков для систематизации данных и выделять для их обработки специальную нейросеть. Не все сведения представляли интерес, но в их нарастающем потоке попадались крупицы и самородки, от которых у разведчиков перехватывало дух.

Именно искусственные