Пуля - Лорел Гамильтон

- Ни одна женщина не может победить меня один на один, — Хейвен тяжело дышал. — Вот почему я — царь, а вам приходится жульничать.

— Я недооценила тебя, — сказала она. — Я не повторю этой ошибки.

- Думаешь, ты способна меня побороть?

- Да, — подтвердила она.

- Клаудия, — сказала я, — не делай этого из-за какого-то шовинистического дерьма.

— Я уже давно хотела выбить дерьмо из двух мужчин в твоей жизни, Анита. Это — не шовинистическое дерьмо. Это — облегчение.

— Клаудия… — начала я.

— Сделай же это, сука, — бросил Хейвен.

И она сделала.

Глава 23

Я раньше не понимала, что меня удерживало от активного участия в боях с оборотнями и вампирами не только то, что я была девушкой. А то, что я была миниатюрной девушкой. Клаудия такой не была.

Она была выше Хейвена, и ноги у нее были длиннее. Конечно, руки были длиннее у Хейвена, но в боевых искусствах именно ноги позволяют достать противника. И у Клаудии был хороший размах. Она использовала его, чтобы заставить Хейвена защищаться, снова и снова. Только благодаря тому, что ее руки и ноги были темнее, а у него — светлее, я могла разобрать, кому какое движение принадлежит, ибо цвета их кожи из-за невероятной скорости превратились в визуальный эффект Допплера.

Я перебралась за упавший диван, чтобы быть подальше от боя. Не отрывая взгляда от дерущихся, чтобы кто-нибудь снова, падая, не сбил меня с ног, я упала в небольшую груду одежды и наткнулась на единственную твердую вещь среди всей этой мягкости. Я положила наручный клинок обратно в его ножны и откопала под собой еще один беспризорный пистолет. Это был 357-й магнум. Кто, черт возьми, был настолько большим, чтобы незаметно его пронести?

Натаниэль и Тревис стояли на коленях возле Розамунды и Келли. Келли была без сознания, но Розамунда должна была уже встать. Может ли оборотень умереть от перелома шеи или трещины в черепе? Кажется, нет, но я не знала наверняка. Я так привыкла к действительно сильным оборотням, которые могли выжить практически всегда, что просто ничего не могла сказать о ком-то вроде Розамунды, с более низким уровнем силы. Я не знала, куда подевался Ноэль, но до тех пор, пока он был далеко от Хейвена, так было даже лучше.

На какой-то момент в драке наступила заминка. Я увидела, как нога Клаудии соединилась с телом Хейвена, и он оказался в воздухе. Когда он пролетел мимо, ветер прошелся по моей щеке. Звук, с которым он ударился о дальнюю стену, был глухим ударом плоти о препятствие. Клаудия пронеслась мимо меня, перепрыгнув раскуроченный диван, чтобы закончить начатое.

В комнате прогремел выстрел, отразившись от голых каменных стен. Я повернулась на звук с 357 м в руке. Я успела заметить, как Хейвен сполз по стене, кашляя кровью. Клаудия упала на пол. Ее левая рука висела плетью, по ней струилась кровь. Это был один из тех моментов, когда мир замедляется, как будто все поймано в кристалле. Все выглядит ярким и четким, будто увиденное навсегда врезалось в мозг. Хейвен снова поднял свой пистолет, целясь в Клаудию. Я прицелилась в него, но еще не сделала выстрел. Я выкрикнула его имя: "Хейвен!"

И это заставило его заколебаться на долю секунды. Его глаза стрельнули в меня, и тогда мир ускорился. Все произошло одновременно. Он нажал на курок, и я тоже. Сила отдачи от большой пушки в конечном итоге развернула ее дулом в потолок в моей руке, прежде чем я смогла навести ее на цель еще раз.

В его груди была дыра, но он все еще водил пистолетом, пытаясь прицелиться в меня. Тот, кто стреляет первым, выигрывает. Я даже не успела занервничать или испугаться, поле зрения сузилось до размера цели. Я задержала дыхание и нажала на курок. Его пистолет выстрелил вслед за моим. Я услышала свист пули и вздрогнула, когда она попала в диван рядом с моей головой. Грудь Хейвена расцвела малиновым, как уродливый цветок. Невероятно, но он снова навел на меня пистолет. Я же больше не могла прицелиться в него из 357-го, я бы просто не успела. Отдача от выстрела заставила мою руку подняться вверх. Я снова опустила ее вниз и попыталась навести на цель, хотя знала, что уже не успею.

Его выстрел был оглушительным, и третья пуля прошла мимо, но мое плечо онемело, так что я решила, что он меня ранил. Однако я сделала свой выстрел, и внезапно эхом отозвались другие пистолеты. Я не стала оборачиваться. Если они стреляли в меня, я все равно была бы покойником, если же они стреляли по Хейвену, вот и отлично. Я сосредоточилась на том, чтобы выстрелить вместе с ними. Мое плечо работало не совсем нормально, но я могла его использовать. Я побеспокоюсь об этом позже.

Тело Хейвена дернулось, когда в него попали пули. Я не знала, какой выстрел был моим, а какой — нет. Мы все целились в центр тела, и эта красивая мускулистая грудь и живот превратились в кровавое месиво.

Я оглохла. В моей голове звенело от выстрелов. Когда кто-то тронул меня за плечо, я вскочила и начала водить вокруг пистолетом. Нечестивец придержал мою руку и пистолет своей большой рукой. Его рот двигался. Я не могла расслышать, что он говорит, но когда он взял пистолет у меня из рук, я позволила ему это сделать.

Я посмотрела на свое левое плечо, но крови не было. Оно болело, но я не видела раны. Нечестивец продолжал говорить со мной, помогая мне подняться на ноги, а я все еще не могла понять его. Мимо нас, направляясь к Хейвену, спешили люди с оружием наизготовку. Фредо стоял на коленях возле Клаудии. Я спросила: "Клаудия… С ней все в порядке?" Я понятия не имела, насколько громко или тихо говорила. Я не могла понять!

Нечестивец покачал головой, его мокрые светлые волосы приклеились к лицу, как будто он не успел вытереть их насухо. Он был одет. Он развернул меня от Клаудии, и я сопротивлялась его хватке, намереваясь пойти и проверить ее, но он только крепче сжал руки. Он не хотел, чтобы я ее видела? Насколько сильно она была ранена? Потом он развернул меня в другую сторону, и я увидела лежащего на спине Ноэля. Вся его грудь была в крови. Я шагнула вперед, толпа расступилась, и я поняла, что они стояли на коленях возле другого тела. Длинные золотисто-каштановые волосы рассыпались между ними. Теперь я поняла, почему мое плечо болело, несмотря на то, что раны не было.

Я шагнула вперед, сбрасывая руку Нечестивца. В этот момент, если бы кто-то хотел меня застрелить, у него был бы шанс, потому что я забыла обо всем, кроме Натаниэля.

Глава 24

Не замечая ничего вокруг, я протолкалась сквозь коленопреклоненных людей, чтобы упасть на колени рядом с ним. Он посмотрел на меня широко раскрытыми лавандовыми глазами. Джейсон держал его за руку. Лисандро зажимал рану на плече. Я дотронулась до своего плеча, болевшего именно в том месте, где была его рана. Но я раньше чувствовала боль от гораздо худших ран Ричарда и Жан-Клода. По сравнению с ними, эта была не такой тяжелой. Он бывал в худшем состоянии и выжил. Я знала это, но по-прежнему чувствовала необходимость прикоснуться к нему. Я расплакалась, хотя не собиралась, но Джейсон тоже плакал, так что это было нормально.