Связующая Нить. Книга 3 - Анатолий Хохлов

— Есть! — торжествующе выкрикнул Садато. — Это цена противостояния мне!

Генерал взмахнул мечом, придавая нити колебательное движение, которое должно было вздернуть вверх и разорвать его противника на надвое, но один из демонов, мимо которого пронеслось «Копье», ударившее саннина, взмахнул лапами, и острые когти, напитанные алой энергией Ци, рубанули нить сверху и снизу. Словно ножницы, они разрезали «Копье». Хебимару, прижимая руки к разодранному боку, припал на одно колено.

Садато, не теряя времени, ринулся добивать врага. Приблизиться на расстояние удара «Клинков»! Тончайших нитей Ци невероятной плотности. Почти неразрушимых, не терпящих сопротивления, режущих даже доспехи самураев, словно мягкое масло! Он обратит в фарш целую армию, людей или демонов, не важно!

Хозяин ранен.

Глаза Казуши, самые обычные глаза человека, налились вдруг изнутри вполне материальной чернотой. Печать проклятых, уже успевшая оплести все тело мальчишки, начала набирать густоту и плотность. Нужно больше строительной массы!

Казуши прыжком вскочил на плечи ближайшего йома и, разинув рот, вонзил зубы в его черную чешую. Чешуя мгновенно обратилась в слизь и потоком хлынула в желудок мальчишки, откуда, контактируя с корнями печати, распространилась по всему телу, все глубже проникая в мышцы и кровь, в кости и нервную систему.

Опасно. Очень опасно. Хебимару наблюдал за действиями своего воспитанника, но не пытался его остановить. Без медицинского контроля, в боевой обстановке, поднимая уровень печати, Казуши может элементарно сойти с ума от боли и ненависти. Обратиться в неуправляемого психопата, единственная судьба которого — быстрое становление йома.

Но Казуши очень силен. Невероятно силен психологически. Сможет ли он одной волей перебороть действие черной печати и остановить ее распространение? Сможет ли начать сражение сразу, без курса реабилитации?

Восемьдесят метров до Садато. Семьдесят… шестьдесят…

Казуши обращался в уродливую тварь. Тело его ломало, костяные шипы, образуясь из черной слизи, вырывались из-под кожи. Сплав сил Акума и практически бесконечного запаса строительного материала черных земель.

То, что сидело на плечах пожираемого йома, уже мало было похоже на человека. Кривые лапы, бугры по всему телу, когти, шипы… только лицо и седая копна волос оставались те же.

Пятьдесят метров…

Казуши оттолкнулся от плеч демона с такой силой, что черную громаду опрокинуло на спину. Садато метнул навстречу прыгнувшему к нему монстру целое облако «Клинков», но нити Ци, оставляя на броне чудовища дюймовые рваные рытвины, прорубить защиту не смогли. Казуши как сжимал до сверхплотного состояния материал собственных костей, так же сжал и черную протоматерию, придав ей умноженную во много раз прочность. Мир вокруг юного воина пылал болью, сознание терзали жажда крови и чудовищные галлюцинации, но над всем этим довлела одна мысль — хозяин ранен! Защитить! Ценой жизни, ценой души! Хранить человека, давшего ему, последнему из Акума, смысл существования!

Казуши подлетел к Садато, замахнулся лапой и ударил, вышибая из рук врага меч. Боевая подготовка Акума и тренировки на базах Хебимару заложили молодому воину навыки рукопашного боя на уровень подсознания. Казуши бил, сметая защиту генерала, трепал человека, как волк треплет пойманную дворовую собачонку.

Надеешься на победу? Наивный демон!

Генерал, доспехи которого получили немало вмятин, ударив импульсами Ци из пяток, отпрыгнул от врага и, прежде чем ринувшийся следом Казуши настиг его, успел сформировать пальцами рук короткую череду высвобождающих энергию печатей.

— Р-рагх! — громко рявкнул Садато, разводя руки в стороны и в обратном движении ударяя кулаком о кулак. — Умри, тварь!

Внутренние врата, до третьих включительно, открылись. Садато перешел в режим берсерка и, замахнувшись, с бешеным ревом встретил врага ударом бронированной перчатки. Воин в режиме берсерка рвет собственное тело в запредельных усилиях, но несколько недель на больничной койке — малая цена за победу!

Казуши швырнуло прочь, и, прежде чем он отлетел за пределы радиуса атаки «Невидимых клинков», Садато ударил ими. Но клинки уже не были невидимыми. Из-за вложенного в них огромного количества Ци нити обратились в туманные синие ленты. Генерал торжествующе захохотал, видя, как чудовищная бестия, настигнутая лентами, распадается на куски. Даже укрепленная броня демона-Казуши не выдержала удара. Ленты прошли сквозь чудовище, прорезав мышцы, кости и внутренние органы.

Хебимару от ярости крепче стиснул зубы и, вскакивая в полный рост, поднял руки, густо замаранные его собственной кровью. Двое демонов, чувствуя волю хозяина, прыгнули к нему и подставили спины. Хебимару уверенным движением погрузил кисти рук в растекшуюся слизью черную броню.

— Отдайте мне свою силу! — выкрикнул саннин исключительно для того, чтобы дать выход ярости. Демонам голосовые команды не нужны. — Чувствуйте мою Ци! Настройтесь на поток!

Демоны беспрекословно подчинились, и Хебимару получил возможность контролировать их тела напрямую. На каждый импульс его Ци демоны молниеносно отвечали волной собственной энергии.

Желтые глаза саннина сверкали гневом, но здравомыслия он не потерял. Сначала — спасение ценного бойца.

Бронированные тела йома, состоящие почти целиком из черной протоматерии, растеклись подвижной слизью, которая выстрелила в сторону Садато и Казуши дюжиной длинных щупалец, обратившихся в змей уже в полете.

— Прочь! — Садато рубанул их лентами, но Ци прошла сквозь полужидкую субстанцию, и слизь снова воссоединилась, нисколько не пострадав от атаки самурая.

Щупальца-змеи разинули пасти и вонзили зубы в куски тела поверженного воина Акума. Высоко взмыв вверх, они швырнули голову, части туловища, руки и ноги, прямиком к горящему лесу. Туда, откуда, держась на грани испепеляющего жара, двое наблюдателей следили за боем. Йомигаэри Хитоми, подхватив пару кусков тела Казуши на лету, быстро собрала остальное и сложила в подобие человеческой фигуры.

— Ты сможешь восстановить его? — с изумлением воскликнул Нанаши, не зная куда смотреть — на работу реаниматора или на бой генерала самураев против демонов. — Кровь вытекла, почти все потроха разлетелись!

— Заткнись, без тебя вижу! — без тени уважения огрызнулась Хитоми. — Мозг еще жив. Не таких вытягивала!

Выхватив из-за пояса оби спрятанный небольшой нож, Хитоми полоснула им себя по ладоням, и из ран вместо крови хлынула розовая белковая субстанция. Межмышцевый наполнитель, насыщенный всеми веществами, необходимыми для восстановления тела. Фигура Хитоми окуталось зеленым свечением, тотчас перетекшим на разрезанное тело Казуши, которое, истекая черной слизью, постепенно теряло сходство с демоном.