Сирены озера Молчания - Яна Черненькая

   - Тебе? - Линсин пронзительно посмотрел на сирену. - Тебе нужно изображать беспокойство и при этом постараться отдохнуть и набраться сил.

   - Но я тоже должна что-то делать. Я могу ходить вместе с Кидом...

   - За пределы посольства ни ногой, - отрезал посланник. - Хочешь чем-то заняться - иди в нашу библиотеку, попробуй найти сведения о Погребальном костре. Нет желания дышать книжной пылью - ступай в музыкальную комнату. Там ты найдешь много инструментов, которые должны прийтись тебе по душе.

   - Но почему? - растерянно спросила Илика.

   - Потому что твоя жизнь слишком дорога, - сказал Линсин.

   Кид и Элмор подозрительно на него посмотрели, но ничего не сказали. Им все меньше и меньше нравилось чрезмерное внимание к Илике.

   - А теперь, сударыня, позвольте проводить вас в вашу комнату. Вам просто необходимо выспаться, - Линсин поднялся и предложил руку сирене. Та растерянно протянула ему ладонь. Посланник увлек девушку прочь из зала, напоследок бросив встревоженным друзьям. - А вы подождите меня здесь. Нам еще нужно поговорить о деталях предстоящего предприятия.

   Проводив сирену до двери ее комнаты, посланник раскланялся:

   - Спокойной ночи, Илика, я тотчас пришлю к тебе горничную. Она принесет тебе все необходимое. В комнате есть колокольчик для вызова прислуги. Если что - смело вызывай.

   Илика что-то хотела возразить, но, посмотрев на своего покровителя, промолчала. Дождавшись, когда девушка зайдет в комнату, Линсин тут же послал к ней горничную, а потом торопливо направился обратно в каминный зал.

   Тимир напряженно вслушивался в тишину, царящую в подземной тюрьме. Ему иногда казалось, что вдалеке слышатся шаги, но проходило время, и он понимал - показалось. Асур не находил себе места от беспокойства за Илику и Кида. Одновременно ему не давал покоя и рассказ Зака о его отце. Не так просто смириться с тем, что некий образ, давно и прочно обосновавшийся в его сознании, оказался полнейшим враньем. Тим попытался вспомнить, как выглядел отец. Сколько раз он смотрел на парадный портрет и ненавидел изображенного на ней асура. Ненавидел за то, что, как оказалось, целиком было выдумкой его матери. Тимир закрыл глаза и словно наяву увидел бледное лицо, решительный взгляд, черные глаза, точно такие же, как у него самого, упрямый подбородок... Если подумать, то отец с его другом и впрямь были очень похожи. И даже время и обезобразившие лицо Зак'рейна шрамы не смогли скрыть этого сходства. Тимир поежился - в мозгу промелькнула тревожная мысль, а что, если... Уж больно странно себя вела тетушка. Она говорила с Заком так, как будто... Асур тряхнул головой - нет, бред, такого не может быть. Он же сам с матерью не один раз посещал могилу, в которой был похоронен... Но, позвольте, кто там был похоронен? Зак же говорил, что отец встал на пути драконьего пламени. А при такой температуре от него должен был остаться лишь пепел. Впрочем, допустим, могила была пустая, символическая. Что тогда? Зак бросился помогать Илике после того, как она сказала, что помощь нужна ему, Тимиру. Почему? - Он объяснил это вполне логично. Но чем же объяснить такую странную реакцию владычицы? И почему Зак сразу не признался в том, кто он на самом деле? Последнее, конечно, легко объяснить - если рассказ про отца был правдив, то возвращаться в Катан и снова влезать в дрязги за власть ему было не с руки. А что можно спросить с Зак'рейна? Сирота из ныне не существующего клана. Кому он нужен? Да, это многое бы объяснило. Тимир опять припомнил облик отца и мысленно сравнил его с лицом Зака. Сходство было слишком сильное, чтоб не обращать на него внимание.

   Асур тряхнул головой - нет, конечно же это все чушь. Мертвые не возвращаются. Кроме того, если предположить даже, что Зак - это на самом деле Тай'рел, то зачем бы ему рисковать всем ради сына, которого он никогда даже не видел? Какой в этом смысл? Родственные чувства? - Да глупость все это. Какие могут быть чувства через столько-то лет? Никогда не вспоминал, а тут вот тебе раз - примчался на выручку...

   В коридоре послышались шаги. Тимир насторожился. Вскоре дверь распахнулась, на пороге показался тот же ассасин, который приходил за Заком.

   - Следуйте за мной, - сказал охранник, и посторонился, пропуская пленника вперед. - Мне приказано сопроводить вас в ваши покои. Прошу не делать глупостей.

   Тимир, выйдя из камеры, увидел еще четверых конвоиров и усмехнулся - тетушка, пожалуй, уважительно относится к его боевой подготовке - целый эскорт прислала. Он с независимым видом поднял голову и прошествовал вперед, не оглядываясь на сопровождающих его асуров.

   - Не нравится мне, как Линсин смотрит на Илику, - сказал Кид Элмору, когда они остались одни. - Такое ощущение, что он догадался, кто она такая. Эх, зачем ты только выпендривался с этими твоими заклинаниями для роста волос?

   - Не думаю, что он заподозрил в ней сирену, - ответил ему клирик. - Если бы это было так, не смотрел бы он на нее так заворожено, словно на какое-то божество. Куда вероятней, что наш посланник влюбился в Илику с первого взгляда... Вернее, со второго. И эти его слова про то, что ее жизнь слишком дорога... Чушь, конечно, но, с другой стороны, Илика у нас девушка красивая, даже очень, если не знать, что она - сирена.

   - Не знаю, что и подумать, - пожал плечами Кид. - Если ты прав в своем предположении, то Линсин рискует стать третьим лишним. С Иликой ему совершенно ничего не светит.

   - Лишь бы он теперь глупостей не наделал. Все-таки выручать соперника - дело не слишком приятное, как ни крути. Всегда хочется сделать так, чтобы миссия провалилась.

   Элмор налил себе и Киду еще вина. Некоторое время они сидели в тишине. Каждый думал о своем. Наконец, дверь в зал отворилась, и в помещение зашел Линсин.

   - Нам с вами нужно серьезно поговорить, - с этими словами посланник уселся в свое кресло. Вид у него был торжественный донельзя. - И речь сейчас пойдет вовсе не о спасении Тимира и этого, как его, Зака. Вы от меня опять утаили важные сведения. И я спрашиваю себя, стоит ли дальше поддерживать вас в ваших замыслах или же отправить отсюда как можно быстрее и под надежной охраной.

   Кид и Элмор озадаченно переглянулись.

   - Вы о чем? - спросил клирик.

   - Я говорю о том, кем же на самом деле является Илика. Теперь хотелось бы услышать от вас всю правду.

   Кид тяжело вздохнул и признался.

   - Она сирена.

   Посланник уставился на него с нескрываемым удивлением.

   - Я просил правду, а не идиотские вымыслы. Сирена... -фыркнул он. - Умнее ничего придумать не смог?

   - Но я сказал правду! - возмутился Кид.