Владыка Зла (СИ) - Наит Мид

— Дык это легкое наказание, если преступление не серьёзное. За серьёзное только смерть с поеданием тела. Еще они могут отдать на растерзание волкам.

— Поделом им, нечего было кидаться камнями в стражников. Хорошо еще, что не убили каждого третьего жителя деревни! Они это с радостью, для них мы всего лишь скот!

— Как жестоко, ужас! Владыку Майрона необходимо задобрить дарами!

— Да! Срочно нужно показать, что мы рады его пришествию и правлению!

— Но чем? Что ему можно принести в дар? Мы же крестьяне, у нас ничего нет!

— Тишина! Тишина! Призываю к тишине! — повысил голос местный староста, требуя уменьшения шума. Ему пришлось приложить некоторые усилия, чтобы в его доме воцарилось спокойствие, и все старосты окрестных деревень обратили на него внимание.

— Думаю, мы все уже поняли, что наш новый Повелитель…

— Новый Повелитель? Как-то ты быстро смирился с этим! Негоже стелиться под кого попало! — перебил его наглый голос из толпы.

— Дурья твоя башка! — ответил ему другой старик: — Как тебе хватает мозгов говорить такое! Его армия уничтожила имперцев за день!!! В то время как наше ополчение сопротивлялось Империи почти год! Единственный способ выжить нам всем — это склониться перед волей Ведьмака! Иначе он просто перебьёт всех людей, а тела скормит своим слугам!

— Тишина! Я разделаю мнение Игниса. И считаю, что нам необходимо задобрить Повелителя. Я помню, как процветали крестьяне под властью прошлого Владыки, нам необходимо показать, что мы верны ему! Кхе-кхе. Итак, какие ваши предложения? Что мы можем принести в дар нашему Владыке Майрону?

— Золото? — предложил первым один из молодых мужчин, кому не дашь и сорока лет.

— Дурень, у нас его не так много, а у него, наверняка, целые горы! Особенно теперь, когда он захватил золотые шахты Нордберга! — ответил ему другой человек из толпы.

— Тогда, может быть, шкуры животных? Или же мех?

— А после мы будем ходить к тебе в деревню, наблюдая чучело из твоей собственной шкуры. Нет, тут нужно что-то еще, что-то, что есть у нас всех, и что будет ему необходимо…

— Хм… — Агмунд почесал свою бороду, задумавшись над вопросом: — Что же это может быть?

— Я слышал, как некоторые из моих сорванцов подслушивали разговор демонов между собой, они говорили о мясе и скотоводстве. Возможно ли, что Владыке сложно прокармливать свою многочисленную армию, и ему требуется больше мяса?

— Логично, но мало, не похоже на дар. Думаю, в таком случае, он будет брать налог животными и мясом. Кто-нибудь жил во времена прошлого Повелителя? Нам бы не помешало узнать о том, что приносили ему в дар те крестьяне.

— Позвольте взять слово мне, молодой человек, — выйдя в центр, заговорившая старушка привлекла к себе всё внимание. Это была самая старая женщина из всех присутствующих. Она была старостой уже много лет, переняв эти бразды у своего мужа, и к её опыту многие прислушивались.

— Старейшина Илва? Вы что-то хотите сказать? — проговорил главный староста, в чьём доме все они и собрались.

— Да, хочу. Я помню те времена, я тогда была совсем молодой, неопытной девой. Тогда я слышала слухи, что добирались до наших краёв. В прошлом, Владыка был так же строг и зол, пока крестьяне не преподнесли ему великий дар! — старушка замолчала на полуслове.

— Возможно, вы помните, что принесли ему в дар те крестьяне? — обратился к ней ближайший старичок.

— Да, припоминаю… — спокойно ответила женщина в возрасте.

— И что же? — не выдержав ожиданий и чудаковатости старушки, воскликнул самый молодой в компании.

— А разве вы уже не догались? Хорошо, я скажу вам. Повелителю Майрону необходимо принести в дар двадцать девственниц! И тогда он подобреет к нам и примет, как своих подданных! Так, и только так, мы сможем его задобрить! — принялась объяснять староста своим коллегам простую истину.

— Точно! Как я сразу не понял этого! Это же так очевидно! — прошлась волна шепотков, а все мужчины стали почёсывать затылок, смутившись от того, что они не догадались до такого банального ответа.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— И как мы до этого не догадались! Но как нам определить, какие девственницы ему необходимы?

— Устроим конкурс! Или выдадим самых симпатичных, да способных. Женщины всегда необходимы в доме! А такой мужчина, как Повелитель Майрон, может иметь столько жен, сколько пожелает! — с некой толикой зависти проговорил человек из толпы. Каждый мужчина желал иметь несколько жен, но не каждый был способен прокормить хотя бы любовницу.

Собрание старост принялось обсуждать будущий конкурс девственниц, где девы продемонстрируют навыки шитья, готовки и работы по хозяйству…

После конкурса из кандидаток отберут самых лучших и преподнесут в дар Повелителю. Старосты были опытными людьми и прекрасно знали, что отцы отдадут лишние рты ради блага деревни. Ну и чтобы не кормить прожорливых дев, которые не отыскали своих мужей вовремя. Как правило, в обычной семье было более пяти детей, среди которых имелась как минимум одна лишняя дочь. Поэтому такой дар был и выгоден крестьянам, и будет приятным сюрпризом Повелителю.

***

Тронный зал как всегда был величественен, изыскан и красив. Сидя на троне, я постоянно подпитывался магией Иного мира и чувствовал себя в лучшей форме. Я довольно часто сидел на нём, расслабляясь и набираясь сил. Именно со своего трона я слушал отчеты подчинённых и чаще всего отдавал приказы к исполнению, так же это было неплохим местом для размышлений. Из-за захвата северных территорий, отчетов в последнее время было слишком много, из-за этого я уже не мог, как раньше, проводить всё своё свободное время за тренировками или изучением магии с магическими экспериментами.

Пускай тронный зал и не особо подходил для работы правителя. Но пока всё складывалось наилучшим образом, я могу скинуть мелкие проблемы на своих слуг под командованием Кельды и Гнарла. Они регулярно отчитывались передо мной и вызывали доверие. Мне же только и оставалось, что следить за ситуацией, да держать руку наготове. Кельда была не особо рада новым свалившимся на неё обязанностям, но приняла их как должное.

Прошло несколько дней с момента моего воцарения, как Владыки Майрона. Около трёх, если быть точнее. За это время не случилось ничего непредвиденного. Недовольных, что слишком громко высказывали своё недовольство, казнили. Местами казни были максимально жестоки. Их проводили прямо на главных площадях городов в качестве урока для остальных. И это действовало, люди стали менее агрессивными к новой власти.

Но не за каждый проступок следовала казнь. Гражданских, не привыкших к новым властям, постоянно пытали ударами плетей, после чего ссылали на золотые рудники. Таков был мой указ. Фактически, я уничтожил кое-как существующие тюрьмы. Еще с приходом Империи тюрьмы потеряли свою актуальность. Ибо зачем человеку сидеть без дела, если его можно продать как раба? Теперь заместо тюрьмы в Северных Землях присутствуют исправительные работы в шахтах с ежедневными ударами плетью.

Вообще, всех, кто не работает, отправляли в шахты добывать золотую руду или же выращивать бельков, поскольку золота много не бывает никогда, а мясо для армии мне всегда нужно. Так что золотые шахты под моим правительством работают круглосуточно без перерывов все семь дней в неделю.

Со всеми делами города разбирается Кельда. Благо, мы в своё время получили лучшее образование с помощью Максимума и кое-каких книжек из Империи. Как бы неприятно ни было, но именно Империя сейчас самая образованная. Мне же оставалось только ознакомиться с отчетами, да, порой, помогать решать судьбы городских жителей.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

Править людьми оказалось удивительно просто. Только и делай, что наказывай или казни неугодных. Даже Тоскливий и Максимус с промытыми мозгами справлялись с этим. Для Кельды же это будет пустяковой задачей. К тому же, большинство проблем приносили только городские рабы, деревенские вели себя скромно и с удовольствием подчинялись моей власти. Стоило только моим бесятам парочку раз сожрать на глазах деревни человека, как любые волнения как ветром сдувало. Порой прихвостни перегибали палку в этом отношении, но ничего страшного не происходило, крестьяне были готовы многое стерпеть.